Русские на Кавказе: от экспансии к миграции

Прага, 19 апреля, Caucasus Times. Русский вопрос всегда занимал особое место в политике России на Северном Кавказе.  Десятки лет именно русское население занимало доминирующие позиции по численности и также по представленности во власти. Однако, сегодня, русские, некогда составлявшие большинство жителей региона, рискуют оказаться в меньшинстве в большинстве республик Северного Кавказа.

От «территориальной экспансии» к вынужденной миграции

Согласно данным, Института социально-экономических и гуманитарных исследований ЮНЦ РАН России, отток русских из региона — процесс, начавшийся задолго до распада СССР. Уже в 1960-х годах была зафиксирована миграция русского населения из Дагестана.  Однако в целом по региону миграционное сальдо русских всё еще оставалось положительным. Но уже в следующем десятилетии ситуация меняется кардинально — в 1970-е годы почти весь Северный Кавказ оказывается в зоне миграционный убыли русских. Такое положение сохраняется и в 1980-е годы. Основный отток в последние два советских десятилетия формируют две восточные республики региона — Дагестан и Чечено-Ингушетия. Процесс же оттока русских из Северного Кавказа, усилившийся в период СССР, представлял из себя несколько временных фаз, обусловленных рядом причин. Рассмотрим каждый из них в отдельности.

Так, в 1926-м году население Махачкалы насчитывало 34 тысячи человек. Всего за 5 лет его численность увеличилась в 1,5 раза, до 52 тысяч; а к концу 30-х годов уже составляло почти 86 тысяч человек. Из них 52 тысячи человек, то есть более 60%, составляли русские.

Те же тенденции в тоже время наблюдаются в отношении самого большого города Северного Кавказа — Грозного. В 1926-м году число жителей Грозного составляло 97 тысяч человек, а в 1939-м оно уже достигло 172 тысячи. И из них русских насчитывалось более 122 тысяч человек. Причем, население города выросло так быстро большей частью за счет русских: сравнительно в 1926 году в Грозном их проживало 68 тысяч человек, а в 1939-м уже 122 тысячи.

На Северо-Западном Кавказе мы наблюдаем ту же самую картину. В 1926-м году на 13 тысяч человек населения Нальчика приходилось соотносительно шесть тысяч русских. Но уже, через тринадцать лет, число жителей города увеличилось более чем в три раза, до 47 тысяч человек, и русских стало более 67% — до 32,5 тысячи человек. За следующие 20 лет население города увеличилось еще почти вдвое, до 87,5 тысяч человек. И прирост числа горожан по-прежнему шел фактически за счет русских, которых уже проживало к этому моменту в городе  60 тысяч человек.

Российский ученый демограф Виталий Белозеров назвал столь значительный рост числа русских в республиках и автономиях Северного Кавказа в период 1926 – 1959 гг. – «территориальной экспансией». 

При этом, как считает Виталий Белозеров, экспансия русских на Северном Кавказе имела выраженную специфику. Расселение русских происходило прежде всего в столицах и городах северокавказских республик.

По мнению ученого, такой характер расселения русских был связан с развитием городов в качестве индустриальных, научных и образовательных центров. Русские в таких городах преобладали или составляли большинство населения.

Подобный характер расселения русских был продиктован задачами индустриального и экономического развития национальных автономий и республик Северного Кавказа, развитием городской инфраструктуры.

Белозеров отмечает, что в довоенные, военные и послевоенные периоды в республиках и автономиях Северного Кавказа проходило формирование хозяйственного, промышленного комплекса, прежде всего за счет привлечения специалистов и квалифицированной рабочей силы из русских областей РСФСР, что также привело к росту  русского населения в городах и индустриальных центрах региона.

Всего же с 1926 по 1959 гг. численность русских в республиках и автономиях Северного Кавказа выросла более чем вдвое, с 601 тысячи человек в 1926-м году до 1284 тысяч человек в 1959 году.

При этом в состав северокавказских республик в эти годы были включены ряд районов, населенных преимущественно русскими: Кизлярский уезд Терской губернии вошел в состав Дагестана в ноябре 1922 года; Сунженский район — в Ингушетию, Шелковской и Наурский  район — в Чечню, Моздокский — в Северную Осетию, Прохладненский — в КБР. Все это также существенно сказалось на увеличении удельного числа русских на Северном Кавказе.

 

Начало негативного сальдо

В 1960-1970-е гг. демографические процессы на Северном Кавказе кардинально изменились. В большинстве республик Северного Кавказа среди титульных народов произошел демографический взрыв, который одновременно совпал с оттоком русского населения из сельских районов в города. Причем урбанизация русских имела место не только на Северном Кавказе, а активно шла по всему РСФСР, о которой, кстати, много писали советские писатели — «деревенщики».

Раньше всех «территориальная экспансия» закончилась там, где она раньше всех началась — в Дагестане. В 60-70 годы в республике вместе с взрывным ростом рождаемости возникло активное переселение горцев на равнину, в том числе, в «русские» районы, откуда шел отток населения в города. Похожие процессы завершения русскоязычной экспансии наблюдались и в Чечено-Ингушской АССР, и в Северной Осетии. В то время как в республиках и автономиях Западного Кавказа параллельно происходил все еще рост численности русских среди местного населения.

Российский демограф Алексей Ракша считает, что снижение числа русских в 70-е гг. на Северном Кавказе — это только часть общей картины. Тенденция снижения числа русских наблюдалась и в республиках Средней Азии, и на Южном Кавказе, в том числе и в христианских республиках — Армении и Грузии.

При этом рождаемость у русских между 1928 и 1968 годами снизилась очень сильно, в 3,5 раза. Как отмечает Алексей Ракша, до революции рождаемость у русских, и в особенности у украинцев, была одной из самых больших в мире: женщины рожали в среднем по 7 — 8 детей. Русские и украинцы расселялись в пределах всей Российской Империи. Но начиная с момента коллективизации рождаемость среди русских резко пошла на спад, что было усилено общим процессом — голодом, войной и урбанизацией. В то же время рождаемость титульных народов АССР и национальных автономий, особенно в мусульманских регионах СССР, снижалась медленнее или почти не снижалась. «Уровень жизни повышался, детская и младенческая смертность снижалась, и большинство титульных, особенно мусульманских народов реагировали на это хорошо и продолжали рожать много», — считает демограф.

Для этого периода характерен образовательный бум, который охватил молодежь коренных народов республик Северного Кавказа.

Причем, как отмечает Виталий Белозеров, уже в 60-е годы с целью формирования национальной интеллигенции в вузах Северного Кавказа были предусмотрены квоты для молодежи коренных народов. Это привело к изменению качественных характеристик трудовых ресурсов. Так, если до 70 -х годов русские были представлены большим числом врачей, инженерно-технических специалистов, что обеспечивало им конкурентность на рынке труда, то уже в 70-е годы качественные характеристики трудовых ресурсов русских и титульных народов выровнялись, а в 80-е поменялись не в пользу русских.

Удельный вес людей, окончивших высшие учебные заведения у титульных народов, особенно на Западном Кавказе, шел быстрее, чем у русских: в Адыгее в 1,5 раза, среди карачаевцев в 1,2 раза, среди черкесов в 1,1 раза. Темпы прироста молодежи среди титульных народов, получивших среднее специальное образование, были еще выше. И уже к концу 1980-х гг. коренное население республик и автономий Северного Кавказа имело  более высокий образовательный уровень по сравнению  с русскими.

Так же в 60 -70 годы, в условиях демографического взрыва, на Северном Кавказе, установился дисбаланс между ростом количества трудоспособного населения и объемом рынка труда. Особенно дисбаланс был заметен в восточной части Северного Кавказа. К примеру, в Чечено-Ингушетии число занятых выросло в 1960-е – 1980 гг. в 1,5 раза, а численность населения — в 1,8 раза. Налицо противоречие между количеством занятых и численностью жителей республики. Как следствие — в силу нехватки рабочих мест — многие русские переезжали в Центральную Россию или в соседние с северокавказскими республиками регионы Юга страны: Ставропольский, Краснодарский края, Ростовскую и Волгоградскую области.

Лихие 90-е

Темпы убыли русского населения, постепенно возраставшие к концу советского периода, максимально ускоряются в 1990-е годы. По разным данным, в первое постсоветское десятилетие регион покинуло около 340 тыс. русских. Около 200 тысяч из этого числа приходится на Дагестан, Чечню и Ингушетию.

И хотя в 90-е годы русское население все еще оставалось большинством среди квалифицированных рабочих на индустриальных предприятиях Северного Кавказа, к периоду конца 80-х и начала 90-х годов наметились серьезные изменения в нише профессий с высшим образованием. Русских стало в них меньше, что, по мнению Белозерова, сказывалось на карьерных возможностях и, в конечном счете, привело к увеличению миграции русских из республик Северного Кавказа.

В 1990-е годы конфликт между союзным центром и союзными республиками и последовавшее за ним повсеместное объявление независимости союзных республик поставили под сомнение укорененность русских на Северном Кавказе. Таким образом, распад СССР привел к увеличению миграции русского населения из Северного Кавказа в другие регионы России. Свой вклад в сокращение русского населения внесла и естественная убыль, к началу XXI века составившая 5-6% в год.

По известным нам данным, наибольшее количество русских уехало из Чечни. Так, согласно переписи 1989 года в Чечне проживало 269 тысяч русских,  а к 2002 году, после двух чеченских войн, их оставалось чуть больше 40 тысяч человек. И со временем, уже к 2010-му году число русских в Чечне сократилось до 24 тысяч человек.

Однако миграция русского населения в эти годы коснулась не только Чечни. С 1989-го по 2010-й годы число русских в Дагестане уменьшилось в 1,6 раза и, по официальным цифрам, сейчас составляет 104 тысячи человек.

В Ингушетии численность русских с 24 тысяч человек в 1989 году снизилось до «статистической погрешности» в 3,5 тысячи человек в 2010-м.

В Кабардино-Балкарии с 1989-го года численность русских уменьшилась на 40 тысяч человек. В Северной Осетии число русских уменьшилось также на 40 тысяч. В КЧР и Адыгее более чем на 20 тысяч человек в каждой из республик.

По мнению экспертов, ускоренное сокращение числа русских на Северном Кавказе стало устойчивой тенденцией, и если негативное сальдо сохранится и в будущем, то к 2030 г. сокращение числа русских на Северном Кавказе достигнет 690-780 тыс. человек.

человек, а к середине века будет находиться в диапазоне 490-700 тыс.

 

С целью приостановить отток русских из регионов Чечни, Ингушетии и Дагестана были разработаны программы по возращению русскоязычного населения на покидаемые места. Однако все они завершились провалом. По мнению российского правозащитника Александра Черкасова, программы по возвращению русского населения изначально были обречены на неудачу в силу их крайнем оторванности от реальности.

«Если в программе отсутствуют важные детали, а есть только общие соображения и пожелания, в стиле гоголевского Манилова, то можно вписать любые плановые показатели, но выполнятся они не будут»,- пояснил Черкасов.

«Люди собираются переезжать на новое место, они должны увидеть и почувствовать важнейшие потребности, ткань жизни: где работать, где жить и так далее», — отметил он.

По мнению политика, журналиста Максима Шевченко, программы по возвращению русскоязычного населения могут быть реалистичными, если будут создаваться технологические цепочки по привлечению специалистов: учителей, военных врачей, инженеров, созданием их и им семьям нормальных условий жизни и труда.

«Как можно, к примеру, русским помогать, а ногайцам или грекам, не помогать? Эти программы современные, это абсолютная фальсификация и выдумка. Это просто бюджеты под них украсть и все.  Ничего другого там нет», — считает политик.

Советский и российский востоковед, исламовед и политолог  Алексей Малашенко на вопрос Caucasus Times о том, почему программы по возращению русских на Северный Кавказ закончились неудачно,  пояснил что общество на Северном Кавказе становится более традиционным. Его жизнь все более определяется этно-культурными нормативами, с которыми русским становится все сложнее уживаться.

Он также отметил, что изменился экономический облик Кавказа. Промышленность на Северном Кавказе по большому счету деградировала и для русских, которые составляли костяк сотрудников промышленных и производственных предприятий, сейчас нет работы.

Таким образом, можно заключить, что русский вопрос не нашел адекватного отражения в текущей политике современной России.

Сергей Жарков, Caucasus Times

Русские на Кавказе: от экспансии к миграции: 2 комментария

  • 02.05.2021 в 00:20
    Permalink

    Уже в XVI веке русские совершили ряд походов на Кавказ ( Черемисинова и Хворостина ). Однако разгром русской армии в Дагестане в 1605 году на 100 лет затормозил экспансию России на Кавказ. Тем не менее на берегах реки Терек образовались русские поселения, которые переняли некоторые элементы кавказского быта. В XVII веке Русское царство содействовало миграции буддийских калмыков, которые потеснили из степей Северного Кавказа кочевавших здесь мусульман ногайцев. В 1644 году местное горское ополчение разгромило вторгшуюся в Кабарду калмыцкую армию .

    Ответ
  • 22.05.2021 в 22:43
    Permalink

    «Никто еще не отменил борьбу цивилизаций, она происходит. Важно, чтобы она выливалось в цивилизованное русло, – отметил Слюсаренко. – То, что произошло в Москве – вышло за рамки цивилизованного подхода к разрешению тех или иных конфликтных моментов, существующих в развитии различных культур, и их никто никогда не отменит. Жаль, что погиб Егор Свиридов. Кто-то попытался получить свои дивиденды на шумных акциях. Одни будут говорить – вот видите, какие ужасные русские, другие – какие плохие нацмены, «понаехали тут».

    Ответ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *