Нет тела, нет проблем

КАБАРДИНО-БАЛКАРИЯ, 9 июля, Caucasus Times – На днях Конституционный Суд РФ признал законным отказ в выдаче тел боевиков, а также подозреваемых в участии в терроризме родственникам для захоронения. Поводом для обращения в КС послужили жалобы жителей Кабардино-Балкарии Кунака Гузиева и Елены Кармовой, потерявших сыновей в результате боестолкновений 13 октября 2005 года при нападении боевиков на Нальчик.

В обращении, жители КБР утверждают, что во время событий 13 октября они потеряли своих сыновей. Отказ в выдаче их тел родственникам обосновывался нормой закона РФ «О погребении и похоронном деле в РФ». Между тем, этой нормой, по мнению авторов обращения, нарушаются их конституционные права. Право быть погребенным с соблюдением религиозных и национальных обычаев (ритуалов) гарантировано Конституцией РФ ч.4 ст. 15; ч1-2 ст.17; ст.28.

Противники же выдачи тел аргументируют свою позицию тем, что невыдача трупов террористов способствует профилактике терроризма, что могилы террористов могут стать местом поклонения. Они категорически настаивали на сохранении данной нормы закона, как необходимости.

Напомним, что Европейским судом по правам человека также принята к рассмотрению жалоба родителей погибших боевиков о нарушении прав родственников в связи с отказом в выдаче тел для погребения. Ранее Европейский суд по данному вопросу направил коммуникацию Правительству России. Позже из меморандума Правительства России от 29 мая этого года стало известно, что «тела погибших в связи с событиями 13 октября 2005 года в Кабардино-Балкарии 95 боевиков были кремированы 22 июня 2006 года».

За комментариями по делу о нападении на Нальчик, а также с вопросами о том, что намерены предпринимать родственники боевиков, чьи тела были кремированы, Caucasus Times обратился к адвокату Ларисе Дороговой, защищающей интересы родственников погибших боевиков.

Caucasus Times: У родственников погибших большой список претензий к властям. Каковы их основные требования? И, главное, удалось ли вам добиться результатов?

Лариса Дорогова:Родственники, которых я представляю по доверенности с первых дней, требуют справедливого расследования уголовного дела. До недавнего времени они в первую очередь добивались выдачи тел погибших, а теперь, когда стало известно, что тела кремированы, они хотели бы установить, в каких эпизодах, власти, прокуратура действовали, грубо попирая закон. Виновные, по их мнению, должны понести наказание.

Увы, результатов пока нет. Родители прежде всего хотели похоронить своих сыновей, но сейчас они считают своим долгом доказать, что решение о кремации было не просто негуманным, но и преступным. Закон был нарушен со всех сторон. Во-первых, что касается объективности или необъективности расследования уголовного дела. Родители и родственники погибших не были допущены к материалам дела, поэтому оценивать ход следствия, мы не в состоянии. Чтобы составить представление о том, насколько добросовестно ведется расследование, мы сами должны были быть участниками процесса. Мы прошли все судебные инстанции с требованием предоставить нам допуск, однако везде получили отказ. После этого дело было передано нами в Европейский суд по правам человека. В нашем обращении в Конституционный суд России мы попытались оспорить норму права о невыдаче тел по причине нарушения принципа презумпции невиновности. Т.е. эти погибшие не признаны виновными приговором суда. По Конституции и УПК правосудие пока еще осуществляется судом, но не прокуратурой. А здесь получилось так, что прокуратура ЮФО приняла решение и на этом все закончилось. Т.е. прокуратура присвоила себе функции суда. Заявители с этим не согласны.

Caucasus Times: Год назад президент Каноков пообещал родственникам погибших, что тела будут захоронены и их информируют о месте захоронения.

Лариса Дорогова:Действительно, трое матерей вместе со мной были на приеме у президента. Мы знали, что он, буквально с первых дней был за то, чтобы тела выдали для захоронения. Но как нам стало известно после, Каноков не был информирован, что уже на момент нашей встречи тела были подвергнуты кремированию. Кремация произошла 22 июня 2006-го года. А мы встречались с президентом в конце августа Он говорил о том, что даже если не пойдут навстречу и тела не выдадут, в крайней случае, они будут захоронены на территории республики (как того, кстати, требует норма Закона) и у каждой могилы будет свой номер, так чтобы можно было определить, чье тело, где находится. И, естественно, пообещал, что со временем родители узнают, где лежат их дети.

Но прокуратура пошла на нарушение Закона сразу по 2 основаниям. Статья 1-я Федерального Закона о погребении и похоронном деле, которая регулирует как раз погребение лиц, участвовавших в совершении террористического акта, требует, чтобы захоронение производилось по месту совершения преступления. Это первое. А второе, в соответствии с тем же Законом акт погребения проводят в субъекте российской федерации органы местного самоуправления. Т.е все должно было произойти в нашей республике.

Caucasus Times: А что, есть уже точная информация, что кремирование было совершено за пределами Кабардино-Балкарии?

Лариса Дорогова:Нет, это наше предположение, но мы уверены в том, что если бы погребение происходил на территории республики, кремация была бы исключена. Никто, начиная с президента, никогда не согласился бы на это. У нас нет ни малейших сомнений в том, что он не допустил бы кремации. И еще могу добавить, что согласно того же Закона погребение производится по местным традициям и обычаям. Этот пункт Закона также не был соблюден. У нас в традициях и обычаях нет такого, чтобы тело кремировали.

Caucasus Times: Как вообще Вы узнали о том, что произошла кремацуия.

Лариса Дорогова:Мы постоянно направляли запросы в различные инстанции и последний раз получили ответ от руководителя следственной группы в конце апреля 2006-го года о том, что тела содержатся в соответствующих условиях при необходимой температуре, позволяющую обеспечить их длительную сохранность. Кроме того, мы получали отписки со ссылкой, что в соответствии с законом таким-то тела не выдаются и о месте захоронения не сообщается. Но никто не сообщал о том, что захоронение состоялось. Они просто цитировали закон, который мы и так знаем. И вот в начале июня мы получили копию Меморандума, которую Россию отправила в Европейский суд по правам человека в ответ на его запрос по нашему делу. Там как раз и содержалась информация о том, что год назад были произведены кремация и захоронение.

Caucasus Times: Вы можете как-то объяснить логику тех, кто принял решение о кремации? Из чего они исходили?

Лариса Дорогова:Родители погибших считают, и я согласна с их мнением, что во-первых, с самого начала не были соблюдены условия хранения этих тел. Имеются прямые доказательства этого. Первые два дня тела лежали на улице под солнцем и дождем с открытыми ранами. Естественно, мухи откладывали личинки в раны. У нас есть видеозапись морга и хорошо видно, что на телах уже были черви. Этот процесс продолжался в вагоне-рефрижираторе, куда тела перевезли из морга. Люди, которых вызвали для опознания в вагон, говорили, что трупы находились уже в предельной стадии разложения, у них отпадали конечности. Родственникам приходилось вести долгие поиски в вагоне, они фактически разгребали тела, перекладывая их с места на место. Естественно, они видели, в каком ужасном состоянии они находятся. Швы на грудной клетке после вскрытия были разорваны. Люди выходили из вагонов и протирали спиртом обувь и одежду, поскольку по ним ползали черви. Были такие, которым приходилось по пять-шесть раз заходить в вагоны, чтобы найти близких, поскольку тела лежали вповалку, грудой, в полной неразберихе. Понятно, что после того, как вагоны отогнали отсюда, процесс разложения уже было не остановить.

Есть и еще одна версия у родственников. Некоторые считают, что их сыновья были убиты уже после событий 13 октября. Их забрали по завершении столкновений в Нальчике, а они оказались впоследствии в морге как участники нападения. Где и при каких обстоятельствах были нанесены увечья и повреждения, впоследствии обнаруженные на трупах, сейчас уже установить невозможно. Например, один из родственников рассказывал, что у одного из погибших был отрублен указательный палец. Каким образом это могло произойти, если человек погиб в перестрелке? Никаким. (Можно предположить, что в данном случае имело место издевательство над религиозным ритуалом мусульман-салафитов, которые поднимая указательный палец, демонстрируют таким образом свою приверженность вере в Единого Бога. — прим.ред.) Есть и эпизод, когда Заура Псанукова, одного из тех, кто оказался впоследствии в морге, забрали только 13-го октября вечером. . А через некоторое время родителям выдают свидетельство о смерти, которое, якобы, датировано 13-м числом, хотя он погиб 14-го. Когда мать написала жалобу, ей выдали второе свидетельство, в котором смерть датирована уже 14-м октября. Два свидетельства на одного человека! На наш запрос по поводу Псанукова нам сообщили, что он выбросился из окна. Мать не верит в эту версию, поскольку при опознании его лицо было в сплошных кровоподтеках, имелись следы побоев по всему телу, была сломана шея. Родители считают, что его уже убитого выбросили из окна. Его мать подала заявление в Европейский суд.

Есть дело Аслана Багова, который погиб 23 октября в колонии, куда его доставили тяжело раненного в коматозном состоянии в больницу. Он был задержан в ночь с 13-го на 14-е. Нам удалось получить Постановление об его аресте, в котором судья указывает, что он должен содержаться в условиях стационара ИТК, поскольку выбрана мера пресечения — содержание под стражей. Он был настолько тяжело ранен, что даже не мог поставить свою подпись под протоколом. Вместо него расписался адвокат, об этом в деле имеется пометка. Но 10 дней до 23-го октября он лежал в СИЗО в тяжелейшем состоянии, и ему не оказывали никакой помощи. И только уже перед самой смертью его привезли в больницу. Парню только исполнилось 18 лет.
Caucasus Times: Конституционный суд отклонил вашу жалобу, подтвердив, что государство имеет право не выдавать трупы родственникам. Вы планируете обращаться в другие судебные инстанции?

Лариса Дорогова:Пока мы планируем обжаловать действия по кремации, поскольку, как я уже говорила, они не соответствуют даже Закону о погребении.

В целом же в Европейском суде с 2005-го года находится дело по нарушению ряда статей Конвенции о правах человека по поводу нарушения прав родственников погибших в связи с невыдачей им тел для захоронения, отказом допустить к участию в процессе и т.д. В рамках этого процесса будут исследованы все обстоятельства, касающиеся противозаконных действий власти.

Caucasus Times: В какой атмосфере сегодня живут родственники? Подвергаются ли они давлению со стороны властей?

Лариса Дорогова:Буквально недавно некоторых вдов погибших вызывали в милицию, опрашивали их письменно, с кем они живут, с кем встречаются, чем они занимаются, их фотографировали. Поставили у стенки и снимали в фас и профиль. Одна спросила, для чего вы это делаете. Они ответили: «Для картотеки». Другой женщине сказали, что не знают, для чего это нужно. Видимо, было дано указание сверху без всяких объяснений. Т.е. все они на учете. Этим вдовам по 22-23 года. Они молодые женщины и, естественно, не могут сопротивляться, не подчиниться представителям власти. Я не понимаю, какое отношение вдовы имеют к тому, что совершили их покойные мужья. Почему их преследуют? Жен у нас вроде за кампанию с мужьями пока еще не сажают на скамью подсудимых! Это ненормально.

Ну а что касается матерей и отцов, которые продолжают еженедельно собираться у прокуратуры, они уже не боятся ничего. Ни смерти, ни тюрьмы. Они будут ходить туда до последнего, пока что-то не решится. Они говорят, что пусть через 5, пусть через 10 лет, но их сыновья должны быть реабилитированы. Они уверены в том, что их дети не террористы.
Справка: 13 октября 2005 года более 200 вооруженных боевиков совершили вооруженное нападение на силовые структуры КБР, в результате чего погибли 14 мирных граждан, 35 сотрудников правоохранительных органов и 92 боевика.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *