Кто заказал КБИБ?

ПРАГА, 27 февраля, Caucasus Times. Постфактум: по итогам проверки комиссии Рособнадзора деятельность Кабардино-Балкарского Института бизнеса (КБИБ ) была приостановлена решением нальчикского горсуда на два месяца. Срок ограничения истек на днях. Руководство вуза обратилось в арбитражный суд для апелляции, считая неправомерным и абсурдным вынесенное решение.

Но… процедура»приостановления»учебно-воспитательного процесса носила характер повторного запечатывания аудиторных дверей приставами, наглядно демонстрирующими, что чиновники от Рособрнадзора, пусть иррационально, но уж очень безапелляционно хотят почему-то проделать «эту скверную штуку» с устоявшейся системой образования в известном вузе. Вузовские преподаватели и студенты, которые время от времени слышали о происходящем казусе от своего начальства, при оглашении намерений комиссии Рособрнадзора испытали потрясение, сравнимое разве что с тектоническим движением почвы. Ведь речь шла об опасно травмирующей наше образование, (а под этим понимается конкретный вуз, где они учатся и работают), целенаправленной попытке со стороны комиссии ликвидировать его как культурно-образовательную сущность.

По сути: одним движением властной руки стереть всю матрицу вузовской жизни, проявляя удивительную нечувствительность к судьбам людей. Воистину сказано: «Не имеет ценности то, что имеет цену». В том- то и дело, что вопрос принципиальный. И нет сомнения в том, что он начнет наполняться голосами несогласных тем сильнее, чем непонятнее будет смысл происходящего.
В Кабардино-Балкарии были в курсе: по итогам мониторинга Рособнадзор отозвал лицензии у трети вузов, признанных неэффективными по итогам проверок, 185 лицензий вузов было исключено из реестра,36 вузам запрещено набирать студентов, еще у 14 образовательных организаций и филиалов приостановлена лицензия, но как- то искренне верили, что «желающие сделать образование как лучше» будут исходить при оценке деятельности их вуза объективно. Скепсис проявится позже…
Между тем, уклад жизни учебного заведения, и организация учебного и воспитательного процесса, наравне с учебными программами являлись важными факторами формирования общности людей с высшим образованием, для которых КБИБ ( сокращенное название вуза) сам по себе был ценностью самодостаточной, крепко стоящей на своих собственных ногах. Вуз, интегрированный в рынок, еще тогда, когда мало кто слышал и понимал слово «бизнес», зародился вслед за перестройкой, имея уже твердые представления о сути предстоящих изменений в экономике страны и общества благодаря его автору. И не имитировал образовательную деятельность, а «производил» все эти годы «продукт» достойного качества, востребованный населением республики. Будучи негосударственным, некоммерческим учебным заведением денег у бюджета страны не просил, а в последние годы получил не только бессрочную лицензию, но и государственный статус высшего учебного заведения.

Заметим прежде всего, что КБИБ готовит специалистов, знающих свою профессию, при очень скромных, сравнительно с другими вузами регионов Северного Кавказа, финансовых затратах. Система образования в Институте бизнеса выстроена гораздо экономнее, чем в государственном вузе. Она исключительно держится на самофинансировании и на ежегодных взносах студентов, размеры которых не превышают нескольких десятков тысяч рублей за полновесный год обучения, опираясь на другие реальные ресурсы, которые задействованы благодаря предприимчивости руководства, – материальные, кадровые, интеллектуальные. Вся активная общественная сила республики все эти годы вовлекалась в орбиту обслуживания интересов Института бизнеса; привлекались к совместному сотрудничеству, широкому взаимодействию научному и образовательному известные российские ученые и зарубежные эксперты.

Уверенность многих, кто сегодня открывает по стране многочисленные представительства и филиалы от разных престижных вузов, в том числе и в КБР, что их можно скопировать по чертежику, а затем по конвейеру «клепать» дипломы — иллюзорный обман. Создание своего вуз, прежде всего уникального по характеру и масштабу задач, требует соизмерения с личностью и способностью этой личности решать общественные запросы времени. Институт бизнеса сложился исторически, а не по прихоти его организатора. На деле ректор Феликс Хараев вложился в замысел своего творения всей жизнью. И аргументацией здесь выступает цена жизни и достоинство ученого и писателя, управленца, занимавшего высокие посты в органах власти, известившего мир о желании сделать его лучше и разумнее для наших с вами детей.

Дальше мы ничего не понимаем, ничего не знаем, возможности узнать еще больше не имеем. Тут вступает в силу казус. Или выверт Всесильного. В Институте бизнеса дают этому грозному явлению разные названия. А все об одном и том же, что нарушает порядок жизни: бумажном словотворчестве. Нарекания, которыми исписаны многочисленные листы бумаг, представленные членами комиссии Рособрнадзора по окончании скоропостижнейшей проверки, имевшей место в августе прошлого года и занявшей всего два дня для осмысления и ознакомления, всерьез принять никто в администрации вуза не может. В них не увязывается простая логика вещей. Как комментирует руководство вуза, «неадекватные» замечания мало что общего имеют с истинным положением дел в институте.

Сообщество образованных людей в Кабардино-Балкарии, которое по новой российской традиции, называют элитой интеллигенции через разные инстанции, включая и институты президентской демократической власти в республике и Москве, пытается добиться ответа на животрепещущий вопрос: Какой резон для такого странного шага имеет комиссия Рособрнадзора, чтобы уничтожить эффективно управляемый вуз? Звучит он в разных вариациях в заявлениях и протестных письмах общественности: от «Руки прочь!» до «Отстоим Институт бизнеса!» и вполне корректных, с просьбой объяснить происходящее в связи с неразумностью предпринимаемых шагов комиссией Рособрнадзора. Помимо этого в стенах вуза 18 февраля проводится общественная экспертиза, состоящая из авторитетных ученых и специалистов в области образования и культуры, подтверждающая соответствие учебного заведения высоким стандартам. Структурируем ситуацию из очевидных положений. Если вуз утратил чувство вектора, то есть игнорирует на практике фундаментальные основы своей деятельности, понятно, что тогда случился казус. Но если имеет место демонстративный отказ от определения критериев оценки при проверке вуза со стороны комиссии, как недоуменно рассказывает ректор Ф.Хараев, способность объективно делать свое дело подменяется явным злонамеренным интересом. И тогда правомерен другой вопрос: Кому это надо? И зачем? С какой стороны не посмотри, происходящее несет на себе отпечаток неразумности, нелепости. «Мы не знаем своих грехов, — говорит Ф.Хараев,- члены комиссии отказались от диалога. Ответ на мой вопрос был один: « Все у вас есть, и ничего нет». Судя по риторике, ломать устоявшийся на плаву вуз ради надуманных формальных нареканий имеет смысл, но вот какой?

Северный Кавказ последних десятилетий нового века представляет собой анклав республик с застойной бедностью, в котором наблюдается острый дефицит рабочих мест для квалифицированных и образованных людей. И в этом ничего естественного нет, поскольку усиливается беспросветность в оценках перспектив для молодежи.
В условиях длительной безработицы, архаизации социально — экономической жизни республики дифференциация в системе образования определилась по линии строго монетаристской: богатые ориентировали своих детей на обучение в столице и за рубежом, малоимущая часть населения искала социальную поддержку на местах.
Институт бизнеса был первым и единственным в республике, кто повернулся лицом к потребностям людей со скромным достатком, к неимущим, чтобы вновь превратить их в рациональных потребителей знаний. При этом, стоит отметить, что это был единственный ВУЗ на Северном Кавказе, который приглашал на семинары преподавателей из разных стран.

Новых знаний, которые помогли бы выжить в агрессивной среде рынка. В такой парадигме жил и работал вуз все эти годы. И никаких коррупционных следов. Только осуществлял доступное право на образование для наших детей, социализировал их, чтобы они «шевелили мозгами». Тем более, что мало кто из абитуриентов в республике исходит в своем выборе образования, будущей профессии из нынешнего аномального состояния рынка труда в регионе. Все и так знают, что состояние рынка «туманное», просчитать изменения в рейтинге профессий на ближайшие 30-40 лет, его потребности в специалистах разного профиля не под силу даже экспертам из правительства, не говоря уже о работодателях в сфере малого и среднего бизнеса. Но этот дисбаланс между рынком труда и рынком образования не может служить сигналом к действию, чтобы подвести Институт бизнеса и молодых людей, стремящихся получить воспитание в лоне образовательной культуры уникального учебного заведения, под неумолимые жернова планового сокращения, даже если такая кампания проводится руками Рособнадзора. Раз люди пришли в Институт бизнеса, заплатили за обучение детей, вложили не только деньги, но и силы, время — им это нужно. Нужно, чтобы их дети почувствовали себя актуальными в этой жизни. Для себя нужно. Чтобы исполнить свои обязательства перед детьми. Инвестиции в образование — это не только в голову, но и в душу, сердце ребенка, в судьбу будущего гражданина. И нельзя так опрометчиво — разрушительно относиться к судьбам молодых людей, которые не хотят оставаться отверженными где-то на обочине современной жизни, где их ожидает деградация культуры, воли и морали, тот самый протестный антимир «под наркозом». Ведь угасание трудовой и жизненной мотивации молодежи на Северном Кавказе означает разрушение самой культуры жизни. Да и потом, для кого и для чего озвучивает свои мысли Главный Ум нашей страны. Вот к примеру…

Президент В.В.Путин в ежегодных Посланиях Федеральному собранию РФ не раз акцентировал внимание на недоступности образования, качественного образования для молодежи, особенно для отдаленных городов и сел. Декларировал он и необходимость «приоритетной поддержки тех вузов, которые работают в регионах…, связывают свое будущее с тем местом, где живут». Мысли для нас с Вами. А там, кто как усваивает интеллектуальную пищу.

И вот вывод:

Культурно-образовательная политика Института бизнеса укладывается именно в те рамки регионального влияния на социальную и экономическую матрицу, которая должна кардинально измениться при грамотном и неравнодушном управлении республикой, о чем предупредительно говорит ректор КБИБ Ф.Хараев. Надо ли к этому что- то добавлять?

Конечно, весь этот казус прояснится со временем. Гадать на кофейной гуще, кто навел тень на плетень, когда и так ясно, что за этим стоит нездоровый интерес к вузу и профанация, — бессмысленно. «Держать удар! Пока за ширмой не откроются лица тех, которые очень хорошо понимают свой интерес, но действуют завуалировано, не обнародывая намерения,- так объясняет свое видение ситуации ректор.

Нетрудно увидеть, что комиссия Рособрнадзора выстроила согласно своей пралогической концепции примитивный образ Вуза и попыталась его втиснуть в реальную жизнь сотен людей, которые учатся и работают в Институте бизнеса. Дудочка крысолова отыграла свою партию, но откровенно фальшиво.

Алоева Лариса, специально для Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *