Фактор Галунова на Северном Кавказе

Дагестан, 17 июля, Caucasus Times. Июнь этого года, несмотря на свой летний, уже курортный статус оказался богатым на резонансные события. В числе самых заметных из них – арест трех российских журналистов. Общественный резонанс вызванный этими задержаниями заставил силовиков полностью снять обвинения с Голунова, Мартина Кочесоко выпустить под домашний арест. Журналист авторитетного дагестанского еженедельника Черновик, Абдулмумин Гаджиев, который работал в издании с 2008 года,  пока еще остается под арестом.

Попробуем разобраться – случайно ли российские силовики почти одновременно задержали трех журналистов, и при этом каждое задержание получило широкий общественный резонанс. Сделают ли российские правоохранители какие-то выводы.

Наркотики как орудие силовиков

Голунов

Самым ожидаемым событием июня 2019 года для российской политической элиты был так называемый ПМЭФ – Петербургский международный экономический форум, который по числу участников и заключенных контрактов обещал быть рекордным. Так оно и случилось: на форуме присутствовало шесть глав государств, в их числе, глава КНР Синь Цзипинь, более 1300 участников из 145 стран мира. Было заключено 650 контрактов на общую сумму 3,1 миллиарда рублей.

Но неожиданно, мероприятие, обещавшее стать триумфом российской дипломатии и лично Владимира Путина, по своему резонансу, как в России, так и мировых СМИ уступило аресту российского журналиста Ивана Голунова, задержанного в самый разгар петербургского форума московскими полицейскими. Журналисту вменяли 30 и 228 статьи УК России: хранение, производство и сбыт наркотиков. Общественный резонанс, вызванный незаконным задержанием и арестом журналиста, был столь велик, что уже 11 июня произошло беспрецедентное событие: с журналиста были сняты все обвинения. А 13 июня Путин уволил двух генералов МВД, причастных к незаконному задержанию журналиста.

Кочесоко

Седьмого июня, практически синхронно с Голуновым, в Кабардино-Балкарии, за хранение наркотиков сотрудниками республиканского УВД  был задержан Мартин Кочесоко. Общественный деятель, член ОД «Черкесский конгресс», Аида Герг, в интервью обозревателю Caucasus Times сообщила, что это задержание было совершено неожиданным. «Такое событие как задержание Мартина Кочесоко в черкесской национально-политической жизни произошло впервые».  Однако версия, что его задержание  это «провокация ФСБ направленная на дискредитацию Кочесоко», появилась уже на следующий день.

 

При этом, ситуация с Кочесоко и Голуновым при всей похожести двух задержаний (обоим инкриминируется 228 статья за наркотики, задержание произошло с разницей в один день). Имеет и явные отличия — Кочесоко является известным общественным деятелем, председателем национальной черкесской организации Хабзэ. Он выступал с критикой законопроекта о добровольном изучении языков, против которого высказывались общественники многих национальных российских республик, в том числе и Кабардино-Балкарии. В то время как о журналисте Голунове до его задержания фактически никто не знал.

Однако известность Кочесоко не помогла ему избежать преследования со стороны силовиков. Возможно, системе нужен был молодой лидер, представитель адыгов, который является несогласным с происходящим в России в целом и в республиках Северного Кавказа, в частности. «Вряд ли у этого задержания был конкретный заказчик, — отметила в разговоре Аида Герг. Но в тоже время арестовывали Мартина, местные силовики, замечает представительница Черкесского конгресса. При этом силовики не ожидали того отпора и единодушия, которое проявило черкесское общество, отстаивая одного из своих лидеров. За Кочесоко вступились даже действующие, инкорпорированные в систему черкесские политики: бывший глава республики, а ныне сенатор, Арсен Каноков,   представители совбеза республики. А нынешний врио главы республики Коков, поручил представителям совбеза разобраться в ситуации. В итоге Мартина Кочесоко выпустили из СИЗО и перевели под домашний арест.

«Недодоказанный» экстремизм

Гаджиев

Ситуация с Абдулмамином Гаджиевым гораздо сложней. Абу-Умар Саситлинский, (в связи с благотворительными фондами которого, обвиняется дагестанский журналист) в интервью чеченскому блогеру Тумсо отметил, что экстремизм, который инкриминируют Гаджиеву — это гораздо более серьезная статья, чем хранение наркотиков. Журналиста обвиняют по статье 205, финансирование терроризма и участие в террористической деятельности. Известный российский телеграм канал Бойлерная пишет, что по версии следствия Гаджиев финансировал терроризм через Саситлинского. При этом сам Саситлинский, преследования которого начались после конфликта с официальным духовенством республики, отрицает отношения с Гаджиевым, кроме того, что в 2009 году Саситлинский давал интервью журналисту для Черновика. По версии телеграм канала Бойлерная, Абдулмумина Гаджиева власти Дагестана преследуют за профессиональную деятельность, «поскольку для глав республик Северного Кавказа идеалом является тоталитаризм кадыровского толка. А неподконтрольная журналистика неприемлема..».

Коллеги Абдулмумина Гаджиева по Черновику выдвинули три версии задержания коллеги. Первая – экономическая теория – Гаджиев – выступал против банковских кредитов. При этом он собрал вокруг себя молодых и перспективных предпринимателей, поддерживавших его идеи. А «в банковских кругах и у их кураторов в погонах возникли серьёзные опасения: потеря прибыли» от деятельности Гаджиева. Ну а 205 статья в Дагестане – это волчий билет, закроют, даже если нет никакой доказательной базы.

Вторая версия Черновика – Борьба силовиков. Черновик отмечает, что в России в ближайшем будущем должен произойти трансферт власти от Путина и в этих условиях идет война всех против всех. «На кону вопрос сохранения должностей, ресурсов и полномочий». Поэтому расследование дела Гаджиева должно показать, что силовики в «горячей точке» еще нужны и «нужно сохранить им безграничные полномочия (безотчётность), финансирование, зарплаты, премии, звания». И третья версия – сама газета «Черновик» — задержание Гаджиева – это борьба с независимой прессой в республике.

Вероятно, что истинной причиной задержания может быть весь комплекс указанных Черновиком косвенных и явных причин по которым преследуется известный в республике журналист, за которого заступились все хоть сколько нибудь известные дагестанские СМИ. Но ни со стороны властей, ни со стороны народных избранников поддержки Гаджиеву оказано не было. Притом, что за Тамбиева, который проходит по одному и тому же с Гаджиевым делу, заступился Общественный совет при МВД КЧР, а также пять народных депутатов парламента республики. «Казалось бы, дагестанские народные избранники должны пользоваться имевшимся  резонансом. Но никто не поддержал Гаджиева, что говорит об отсутствии какой-то серьезной позиции, или они просто не хотят ее засвечивать», — высказал свое мнение в разговоре с обозревателем Caucasus Times, коллега Гаджиева, журналист Нового дела, Мурад Мурадов.  Притом, что и судебная и надзорная инстанции в Дагестане настроены очень серьезно, отмечает Мурадов. «Судья хладнокровно подошел к вопросу и как в первой инстанции, так и во Верховном суде, оставил Гаджиева в СИЗО».

Свобода слова «по-новому»

Становится очевидным, что начиная с июня этого года общественно-политическая ситуация в России начала быстро и сильно меняться. И триггерами этих изменений выступают самые активные представители общественности – журналисты и общественные деятели. Движение в новые общественно-политические реалии особенно заметны на Северном Кавказе. Где, к примеру, довольно аморфная в политическом отношении Кабардино-Балкария неожиданно вся была взбудоражена задержанием Кочесоко и вступилась за него настолько сильно, что силовой системе пришлось идти навстречу обществу. Безусловно, не останется без внимания и дело Гаджиева в Дагестане. Более серьезная статья – финансирование терроризма, возможно, заставила быть более осторожными в высказываниях своей позиции дагестанских политиков, но после вынесения обвинительного заключения, очень вероятно, заговорят и они. «Сама эта статья – финансирование терроризма, она в принципе должна быть доказана помимо свидетельских показаний какими-то бухгалтерскими, скажем так документами.», — заметил в интервью с обозревателем Caucasus Times Мурад Мурадов. А пока можно констатировать, что общественная ситуация с делом Голунова, Кочесоко, да и с резонансной поддержкой Гаджиева, изменилась в пользу общества и его самых активных представителей. Остается надеется, что первые победы получат дальнейшее развитие: позитивное эволюционное изменение закостенелой силовой системы, все еще нацеленной на подавление любых ростков свободного общества, как в России, так и на Северном Кавказе в особенности.

Жарков Сергей, специально для Caucasu Times

 

 

%MCEPASTEBIN%

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *