Алексей Малашенко об осетинском «надрыве»

Алексей Всволодович Малашенко — советский и российский востоковед, исламовед и политолог. Доктор исторических наук, профессор. Один из ведущих российских специалистов по проблемам Кавказа.

Алексей Малашенко о причинах и следствиях осетинского протеста 20 апреля 2020 года.

 

Caucasus Times: Был ли ожидаемым для Вас бунт на Северном Кавказе и в чем главная причина такого массового неповиновения гражданского населения именно в Северной Осетии?

Алексей Малашенко: Я думаю, что нечто подобное должно было произойти.  Весь вопрос, когда и где. И с этой точки зрения какие-то регионы Северного Кавказа наиболее уязвимы.  В смысле того, что там крайне тяжелое экономическое положение и простите, в силу характера! Кавказцы более экспансивны! Кстати, я понимаю, что с Италией сейчас опасно сравнивать. Но, как мы помним, сначала в Италии к коронавирусу отнеслись сначала с юмором.

И что-то такое должно было произойти, и в данном случае Северная Осетия оказалась «слабым» звеном. В этом большой трагедии нет, но это предупреждение.

Мы как-то зачастую игнорируем национальный характер, но ведь специфика культуры влияет на события. Но повторюсь, никакой катастрофы в произошедшем выступлении нет!

Caucasus Times: Скажите, а почему выступление людей произошло именно в Северной Осетии? А, к примеру, не в соседней Ингушетии?

Алексей Малашенко: Дело в том, что такое ощущение, что люди терпели, терпели и наконец, прорвалось. А что касается Ингушетии. Там уже бывали выступления. Там уже энергия исчерпалась! А тут накопление этой энергии вырвалось наружу.

Caucasus Times: А какова роль Главы республики, Битарова? Его фактор, его низкий рейтинг имел место в этом выступлении? То есть личность Битарова имела отношение к этому выступлению?

Алексей Малашенко: Безусловно! Понимаете, Северный Кавказ и вообще Юг России – это те области, те регионы, где личностный фактор имеет огромное значение. Кстати, говоря в Северной Осетии он имеет, может быть даже меньшее значение, чем предположим, в Чечне или в Ингушетии. Но, так или иначе – это существует. И это не потому, что «плохие» осетины. А потому что такая история и традиция. И в этом нет ничего неожиданного. Кто-то в глазах людей должен быть виноват. Но не Путин же! Значит Биторов. Он ближе.

Caucasus Times: Почему на Ваш взгляд в России и, особенно на Северном Кавказе такое широкое распространение получила позиция отрицания угрозы коронавируса?

Алексей Малашенко: Тут у меня нет ответа на ваш вопрос. Сидя в Москве, здесь я прекрасно понимаю, что выходить на улицы не надо. И в Москве, кстати, ни оппозиция, ни либералы никто не выходит. Но помножьте это на кавказские эмоции и на кавказскую бедность. Особенно в Осетии.

Caucasus Times: Можно ли говорить о корреляции массового отрицания коронавируса с уровнем доверия к власти?

Алексей Малашенко: Смотря, к какой власти. Я думаю, что доверие к Путину как было, так и осталось. А конкретной власти, которую люди видят каждый день и которую они видят, в силу родственных отношений. Соседских отношений, вполне может быть и корреляция… опять же, понимаете, я никого не хочу обвинять. В данном случае, выступление во Владикавказе – это объективная ситуация. Ведь если бы все происходило на ровном месте – это одно. А когда люди выходят от отчаяния, то им нужен тот, кто виновен. А виновен тот, кто ближе, свой начальник.

Caucasus Times: Насколько на Ваш взгляд является осетинский надрыв показательным и можно ли ожидать его повторение, и при каких условиях его можно избежать в других республиках?

Алексей Малашенко: Хороший вопрос! На этот вопрос лучше всего может ответить окружение Путина. Ведь если это эксклюзивный акт, где-то связанный и с традициями – то это одно, а если он вызовет цепную реакцию.. Я лично думаю, что не вызовет. Так как Россия подходит к так называемому плато. А вот если бы что-то подобное случилось месяц назад. Даже три недели назад, то кто-то посмотрел на Юге России, на Кавказе, или на Урале, на Осетию и сказал бы «вот какие осетины решительные, а мы чем хуже..»  но сейчас все идет на понижение, поэтому продолжения этих событий. на мой взгляд, не будет.

Caucasus Times: Объявленный режим самоизоляции вступает в серьезный конфликт с правами граждан. В еще большей степени мы наблюдаем нарушения прав граждан в Чечне. Какова степень риска, что после прохождения кризиса пандемии нам вернут права в полной мере?

Алексей Малашенко:  Это вопрос, который сейчас всем задают. Я думаю, что так или иначе права будут возвращаться. Но процесс цифровизации и контроля над населением будет идти и это процесс необратимый. Это то, что пытались сделать в Китае, это то, о чем говорят даже в Европе! Это нехорошо. Это ограничение прав. Но мы не Европа и такую возможность контроля над обществом власть будет использовать. А как – посмотрим.

Caucasus Times: Рамзан Кадыров зачастую угрожает уже открыто своим оппонентам физическим устранением. Москва молчит. Означает ли это, что полномочия Кадырова по умолчанию расширились еще больше? И опять не опасная ли это ситуация для самого ВВП?

Алексей Малашенко: Я не совсем согласен с вами. Потому что помимо Путина наверху находятся те люди, которые не относятся к Рамзану с таким уж почтением и страхом. К примеру, было уже некоторое непонимание между Мишустиными Кадыровым.

Я думаю, что для Кадырова постепенно наступают очень непростые времена. Потому что одно дело иметь дело только с Путиным и с людьми, которые помнят чеченскую историю, а другое дело с технократами, которые более прагматичны и которые к Чечне как к эксклюзивному региону на Кавказе уже не относятся. Это очень интересный вопрос, и мы посмотрим, как он будет решаться летом и осенью этого года.

Caucasus Times: После пандемии?

Алексей Малашенко: — Да да!

Caucasus Times: Как на Ваш взгляд должна себя вести сегодня Москва на Северном Кавказе? Больше контроля за республиканскими властями в части исполнения?

Алексей Малашенко: Это очень большая проблема для Москвы! Именно для Кремля. Потому что одно дело — когда больше полномочий, когда Екатеринбургу или Алтаю. А другое дело передача больших полномочий на Северном Кавказе. Там очень много зависит от того, кто находится у власти, И как эта власть реализуется. И от многих других факторов! Представьте себе! Начинается протест против карантина? А если они примут исламскую форму? Поэтому федеральной власти на Северном Кавказе нужно быть поумнее!

 

Беседовал Сергей Жарков, специально для Caucasus Times

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *