Знакомьтесь, новый представитель президента в ЮФО – Григорий Рапота!

ПРАГА, 11 октября, Caucasus Times — Эксперты и аналитики встретили недоуменным молчанием одно из самых необъяснимых кадровых решений Владимира Путина. Понять такую реакцию легко. Рапота — человек, которого нет нигде, в публичную политику он вошел в 2001-м году, возглавив Евразийский экономический союз и даже после этого удивительным образом умудрился остаться в тени, фигурой без лица и узнаваемых человеческих черт. В интернете можно найти лишь сухие биографические данные и ряд бесцветных интервью. Его послужной список выглядит «устрашающе» весомым: 30 лет жизни, самых увлекательных и креативных, как заявил он сам в интервью журналу «Кто есть кто в российской политике», отдано разведке. По биографии легко отследить, как в советские времена и некоторое время после гладко и «правильно», шаг за шагом наверх по служебной лестнице, складывалась карьера Рапоты: разведшкола КГБ, работа в управлении научно-технической работы Первого главного управления КГБ СССР, 3-й секретарь посольства в США, 2-й секретарь посольства в Швеции, 1-й секретарь в Финляндии, руководящие должности в ПГУ и СВР вплоть до кресла заместителя директора СВР в 93-98 гг. В конце 90-х — директор «Росвооружения». С отставкой главы правительства Евгения Примакова, опекавшего Рапоту, его карьера идет на убыль, но не катастрофически. Занимаемые им кресла теряют в качестве, он явно убирается в категорию «отставников» и уходит на вторые роли: в 1999 зам.министра торговли, потом зам.министра промышленности, науки и технологий РФ и, наконец, в 2001-м он становится генеральным секретарем Евразийского экономического союза.

За Григорием Рапотой не числится никаких достижений или провалов в роли публичного политика, собственно, и самой этой роли он, похоже, сторонился. Интервью, которые он давал журналистам будучи генсеком ЕврАзЭс, — это набор гладких, как морская галька, фраз. Глазу не за что зацепиться. Сухой канцелярит, в котором отсутствует даже малейший намек на эмоции. Понять, что этого человека раздражало или радовало, пусть даже как чиновника, абсолютно невозможно. Вместе с тем видно, что он досконально владеет предметом и может в режиме «робота-специалиста» бесконечно обсуждать мельчайшие технические подробности малых проектов ЕврАзЭс. Малых, поскольку глобальная цель Экономического союза, заявленная странами участницами в момент его создания — единое таможенное пространство — оказалась фикцией. Как утверждает обозреватель газеты «Время новостей» Аркадий Дубнов, за почти 13 лет своего существования интеграционные экономические структуры, на основе которых в 2001 году и был создан ЕврАзЭс, ни на миллиметр не продвинулись в решении поставленной задачи.

Таким образом, Григорий Рапота оказался хранителем обломков амбициозного гигантского проекта и все 6 лет аккуратно и обстоятельно играл эту сомнительную роль, делая вид, как можно судить по его интервью, что служит высшим интересам стран-участниц ЕврАзЭс. Один из столичных журналистов рассказал мне, что на закрытых брифингах, которые проводило для избранны агентство «РИА новости» Григорий Рапоты был одним из самых частых гостей. После первой же встречи, журналист перестал принимать приглашения на брифинги, несмотря на то, что его темами были Центральная Азия и Экономический союз. По его словам, ничего более унылого, чем выдержанное в советской бессмысленной стилистике, общение с Рапотой, он в своей жизни не встречал.

Однако, уже упоминавшийся Аркадий Дубнов, напротив, сказал мне, что Рапоту отличает эрудиция, порядочность и дипломатизм. Ему удавалось так виртуозно прокладывать курсы между участниками переговоров и встреч, очень непростыми фигурантами ЕврАзЭс, что ни разу никто из глав государств-участников не предъявил ему никаких претензий. Рапоте это также удавалось еще и из-за фантастического умения скрывать свои эмоции. Казалось, что они у него отсутствуют вовсе. Дубнов также называет Рапоту прекрасным аналитиком и экспертом в тех вопросах, которые требуют специальных технических знаний. Это, собственно, видно и по интервью генсека ЕврАзЭс.

Обозреватель «РИА Новости» Алан Кесаев говорил мне о таланте Рапоты добиваться безукоризненного проведения различных встреч и саммитов. Все мелочи, отсутствие или перекос которых так раздражает на различных постсоветских форумах, у Рапоты всегда наличествовали и были выверены до мельчайших деталей. В описании потенциала Рапоты как стратега, Кесаев использовал такую изящную и корректную формулу как «в меру инициативен».

Последний штрих от Аркадия Дубнова. Нельзя сказать, что Экономический союз окончательно превратился в гигантскую кафкианскую контору, пригодную лишь для демонстрационных шоу и бессмысленного оборота несогласуемых интересов. Совсем нет. В его рамках реализуется целый калейдоскоп минипроектов, имеющих весьма косвенное отношение к декларируемым задачам. Рапота старательно отрабатывал все жизнеспособные темы, такие как: поставка и транспортировка электроэнергии , которая будет вырабатываться строящимися гидроэлектростанциями в Кыргызстане и Таджикистане, железнодорожные перевозки грузов из Азии в Европу через Россию и многое другое.

Итак, что мы имеем в сухом остатке? Понятно, что речь идет о человеке, девиз которого по жизни — «умеренность и аккуратность». Исполнительный бюрократ, дипломат, специалист по технической стороне дела, чурающийся глобальных политических проблем. В какой степени такие качества могут пригодиться в должности постоянного представителя президента России в ЮФО. К сожалению, в очень малой. Самый сложный и взрывоопасный регион России безальтернативно запрограммирован на иной тип федерального чиновника. Северному Кавказу требуется жесткий, волевой, авторитетный и известный лидер с раскрученной политической биографией, способный оперативно и самостоятельно принимать масштабные решения и видеть перспективу. На юге России еще долго не будут востребованы специалисты бюрократического профиля, умеющие подчищать по мелочам и полировать поверхности. Для начала необходимо решить глобальные социальные, политические, социокультурные, психологические проблемы региона. Сам Рапота в уже цитировавшемся интервью журналу «Кто есть кто» говорит о себе, что он не любит рисковать, хотя и вынужден это делать по необходимости. В северокавказском контексте такие слова выглядят как-то особенно неуместно. Думаю, что неоцененным останутся на Кавказе и навыки разведчика, позволяющие Григорию Рапоте сливаться с окружающим ландшафтом до полной неразличимости. Здесь, напротив, уважают и боятся сильных, заметных, берущих нахрапом.

Выбор президента кажется случайным и необязательным, намеренной и почти издевательской ошибкой. В чем здесь дело?

Руководитель центра «Демос» Татьяна Локшина предполагает, что в преддверии парламентских и президентских выборов федеральной власти не до Южного округа, все силы брошены на реализацию сложной и не до конца продуманной схемы сохранения и упрочения власти нынешнего политического режима. Рискну предположить, что в условиях форс-мажора Кремль не может себе позволить разбрасываться кадрами. Талантливые, яркие политики и чиновники должны находиться в эти сложные времена в эпицентре событий, обороняя рубежи путинского авторитаризма.

Есть и другая, более фундаментальная причина того, что кресло представителя президента в ЮФО оказалось в одно мгновение девальвировано новым назначением. 5-го сентября спикер Совета Федерации Сергей Миронов обмолвился в интервью журналистам, что сам институт представителей скоро будет переориентирован или ликвидирован вовсе. «Я не исключаю, — сказал Миронов, — исходя из общих рассуждений, какие задачи ставились в свое время перед полпредами. Как мы видим, большинство из них решено. Возможна какая-то замена функций». Что это значит?

В начале 90-х Борис Ельцин был вынужден разослать по стране своих «нукеров», чтобы хоть как-то ограничить губернаторскую вольницу, которая явочным порядком отъедала у федеральной власти в собственность все новые и новые полномочия. Те же функции выполняли представители и при Путине вплоть до момента отмены губернаторских выборов. Сегодня надобность в надсмотрщиках над губернаторами отпала. Лишив их статуса представителей народа, превратив глав регионов в обычных назначаемых и снимаемых из Кремля чиновников, президент решил проблему неконтролируемого регионализма.

Правда, должность постпреда в ЮФО имела несколько иной потенциал. Сразу после назначения Дмитрия Козака, северокавказские элиты опасались, что он станет начальником всех губернаторов региона, ему будет передана вся полнота власти на Северном Кавказе. Однако сам Путин очень быстро развеял эти страхи, продемонстрировав, что он никому не доверит права лично заключать «унии» с руководителями субъектов, с каждым по отдельности и по собственным резонам. Дублирующие центры власти стали скорее раздражать Кремль, поскольку региональные лидеры, тотально контролируемые, оказались более управляемыми и лояльными, нежели постпреды с размытыми функциями и унаследованными с ельцинских времен непомерными амбициями.

Может и не стоит по сложившемуся обыкновению упрекать федеральный центр в небрежности и халатности. Вполне возможно, новое назначение продумано в том смысле, что знаменует собой очередную конфигуративную реформу. В этом случае, Григорий Рапота — это просто способ навесить большой амбарный замок на ворота института представителей президента в округах до фактической его реорганизации или упразднения.

Мурад Карданов, Прага, Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *