Комплекс вины

 

ПРАГА, 15 апреля, Caucasus Times. Особое отношение к уроженцам  Северного Кавказа со стороны сотрудников пограничной службы России в российских аэропортах международного значения дело привычное.  Жители Чечни, Дагестана, Ингушетии и Кабардино-Балкарии к такой практике давно привыкли, несмотря на то, что она носит явный дискриминационный характер.

При этом, выработанный за все эти годы борьбы с терроризмом комплекс вины, заставляет несчастных кавказцев терпеть факты дискриминации и унижений не только со стороны российского общества, но и официальных государственных структур, политиков разных мастей, призывающих огородить этот регион колючей проволокой.

И это в то время, когда 90 % жертв терроризма приходятся именно на Северный Кавказ.

Я не раз слышал от самих жителей Кавказа мнение о том, что кавказцы сами виноваты в том, что самыми распространёнными рефлексиями в отношении них в России является страх и ненависть.

Именно по этой причине они молчат, когда их выгоняют из ВУЗов за лезгинку в парке с символическим названием парк «Победы», когда их часами допрашивают пограничники в аэропорту, прилюдно задавая оскорбляющие их достоинство вопросы.

Ярчайшим примером проявления нетерпимости и примером превышения должностных полномочий служит работа пограничной службы в Нальчикском аэропорту. Действия сотрудников пограничной службы, прикомандированных в республику из российских регионов, стали притчей во языцех.  Прохождение таможни в этом аэропорту международного значения становится настоящим испытанием для жителей Северного Кавказа, пользующихся турецкими рейсами.

В силу того, что некоторые из них проживают в Турции или Европе, будучи гражданами России, вызывает массу вопросов у представителей пограничной службы, которые намерено допрашивают молодых женщин публично, на глазах у всего самолета, задавая вопросы в том числе и касательно семейно-брачных отношений.

И какими бы благим намерениями и мерами безопасности российские службы безопасности не отговаривались, трудно отнестись с пониманием к ситуации, когда на глазах твои детей тебя и твою семью выделяют из группы вылетающих, и прилюдно задают тебе вопросы о том с какой целью ты вылетаешь, к кому собрался, и кого оставил дома?  А затем по возвращению снова выделяют из толпы и задают те же вопросы, но уже о целях возвращения домой?

А затем он, пограничник исчезает в здании аэропорта с твоим паспортом, а ты сидишь и ждешь в одиночестве и недоумении, когда он вернется и в конце концов объяснит в чем собственно дело?

А все это время твои дети смотрят на тебя с испуганным взглядом, и ты не знаешь, как им объяснить, почему из тысяч вылетающих и прилетающих граждан России и иностранцев, выбор сотрудников ФСБ или таможни пал именно на тебя и твою семью.

А затем он возвращается с невозмутимым выражением лица и в лучшем случае, глядя на тебя с снисхождением, позволяет продолжить свой путь. Никогда не попросит извинения. И так раз, за разом.

И если молчание кавказцев объясняется навязанным и культивируемым комплексом вины, то чем объясняется такая изуверская потребность в унижении со стороны многочисленных официальных служб в аэропортах?

Обеспечением безопасности, скажите Вы?

Даже когда, прилюдный допрос устраивается по прилету в «зеленой зоне», а ответчику уже далеко за 60?

И чем чаще ты сталкиваешься с этой несправедливостью в силу того, что часто летаешь, тем меньше у тебя остаётся аргументов в пользу мер безопасности и другой дребедени, которой прикрыт нынешний государственный шовинизм.

Врач, сердечно-сосудистый хирург, научный сотрудник, кандидат медицинских наук Сардар Алиханов вот уже длительное время пытается получить от Пограничной службы ФСБ РФ и Федеральной таможенной службы России ФТС ответ на вопрос о том, почему каждый раз, когда он выезжает заграницу на тематические конференции по специальности при прохождении паспортного контроля в аэропортах г. Москвы его, регулярно подвергают унизительным допросам относительно целей его поездки, снимают копии его документов, в том числе и бронь в отеле.

«Очень часто пограничники забирают паспорт и покидают кабинку на некоторое время без объяснений причин, что унижает меня в глазах коллег, которые ездят со мной на конференцию. Коллеги проходят контроль за несколько секунд, я могу стоять 15-30 минут. Понимая, что меня будут длительно допрашивать, они не становятся за мной в очередь на погран. контроле, и это вызывает хроническую насмешку»,- сетует Сардар.

Сардар – уроженец Дагестана, много лет работает в Москве. В 2009 году он защитил кандидатскую в Научном центре сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева. По его словам, среди его постоянных больных, как обычные москвичи, так и те же сотрудники силовых структур, которые видят в нем врача, с внушительным опытом работы в Бакулева.

После того, как сотрудники пограничной службы в ходе служебных поездок Сардара начали снимать копии его документов (приглашения, брони отеля, обратного билета и т.д.), в то время, когда его коллегам русской национальности даже не задавали вопросов, он всерьез стал беспокоится не вписали ли его имя ненароком в какой-либо профилактический список?

После его многочисленных обращений в ФСБ, Федеральную пограничную службу с вопросом от том, нет ли его в «черных списках», настрадавшегося врача принял у себя заместитель начальника Федеральной таможенной службы (ФТС) Александр Попов, который заверил Сардара в том, что в «черных списках» он не состоит, а к особому отношению нужно относится с снисхождением.

Однако, на этом проблемы в аэропортах у врача не закончились.

Последней каплей, по словам Сардара, стала последняя поездка 19.03.17 г. когда он по прилету в аэропорт «Домодедово» из Дубая, после прохождения паспортного контроля и получения багажа, в зоне «Зеленого коридора» был остановлен сотрудницей Таможни — Нестеровой Юлией Владимировной, которая устроила прилюдный допрос, несмотря на то, что у Сардара не был с собой ручной клади, что собственно могло бы послужить основанием для действий сотрудника Таможни.

«Мало того, что она действовала за рамками служебных инструкций, женщина не представилась, не предъявила удостоверение сотрудника таможни, на форме не было ни значка, ни бейджа, как и у других рядом стоящих и сидящих коллег. Она начала задавать мне вопросы вне ее компетенции относительно моей поездки в Дубай, моей семьи и места жительства членов моей семи. Затем заставила еще раз пройти таможенный досмотр, хотя у меня не было с собой ручной клади», — рассказал Caucasus Times Алиханов Сардар.

По его словам, поведение Нестеровой Ю.В. носило явно дискриминационный характер. Но проблема, по его словам, не в отдельно взятом сотруднике. Проблема в государственной шовинизме, оправдываемом борьбой с террором.

Сардар написал письмо в редакцию Caucasus Times после многочисленных переписок с официальными государственными органами, от которых тщетно пытался получить объяснение по фактам бесконечных допросов на таможне, сопровождающихся унижениями.

«Вы знаете, подобное творилось в нацистской Германии, когда под предлогом борьбы с большевистским подпольем сначала проверяли документы у евреев, а затем убивали их», — говорит Сардар.

В последнем ответе подразделения департамента пограничной службы России от 12 апреля 2017 года за подписью И.О Шияна В.Ю, многочисленные факты дискриминации в отношении Сардара и остальных уроженцев Северного Кавказ объясняются действием постановления Правительства РФ от 2 февраля 2005 года «О порядке применения средств и методов контроля при осуществлении пропуска лиц, транспортных средств, товаров и животных через государственную границу Российской Федерации»

 

 

 

Самого же Сардара просят отнестись с пониманием к фактам дискриминации, так как связаны они с обеспечением безопасности государства.

 

Ислам Текушев, Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *