Сергей Арутюнов: «Мира можно добиться лишь разделом Чечни»

Сергей Александрович Арутюнов

Член-корреспондент Российской Академии наук. Работает в институте этнологии и антропологии РАН, заведует Отделом Кавказа. По образованию востоковед. Владеет японским и китайским языками. Работал в Индии, Японии, в Сибири, на Кавказе. Изучает этнические процессы, проблемы межэтнических взаимоотношений и другие аспекты традиционной народной культуры.

В традиционных, таких как чеченское, обществах любая модель власти, особенно навязанная извне, проходит серьезный экзамен на соответствие привычному укладу жизни, определяемому обычаями, адатом, инерцией социального этикета горской демократии. Поэтому закономерен вопрос: насколько модель управления, во главе которой оказался Рамзан Кадыров, и сама его фигура совпадают с требованиями, предъявляемыми чеченцами властителю и методам, инструментам, структуре, всей системе правления. Мой ответ прост: не совпадают. Дело даже не в личных качествах Кадырова, поскольку здесь мы имеем дело с нестатичной, эволюционирующей величиной. Он – человек молодой, а людям в конце концов свойственной взрослеть, пересматривать свои взгляды, менять модус поведения. От него можно многого ожидать и утверждать, что он неотвратимо сложился как личность, что та или иная тенденция развития фатально неизбежна, было бы преждевременно.

Проблема в другом. Какое-либо управление Чечни в целом, по моему убеждению, возможно лишь на основе консенсуса, поскольку оно коллективно по своей природе. И даже, если речь идет о едином правителе, будь то премьер, президент, эмир, имам, кто угодно, как долговременный проект такая власть должна быть уполномочена определенным консенсусом разных сил, сложившихся кланов и группировок, не обязательно традиционных тейпов. Скорее даже современные, а не классические группы интересов куда влиятельнее. В любом случае, такое общество и по сей день считает идеалом консенсуальную, по выражению Кисриева, демократию, образцом которой до недавнего времени был Дагестан. Сейчас в Дагестане ничего подобного уже, кажется, нет.

Известно, что штыки – это весьма полезная и инструментальная вещь, но сидеть на них слишком долго не получится. Чингизхан сказал по этому поводу: «Мы завоевали Поднебесную, сидя на коне, но управлять ею с конского седла нельзя». Чтобы осуществлять полноценное управление, требуются куда более сложные механизмы. Силовой метод, конечно, может действовать 5, 10, в конце концов, 20 лет, но потом наступает кризис и последующий взрыв. Для подавления опять-таки приходится использовать силу, но эффект это дает только временный. Новый кризис неизбежен. Новейшая история Чечни развивается именно такими циклами. Завершилась Кавказская война, установилось царское управление, но вывести абречество не удалось. Стабильный государственный порядок там так и не сложился. То же и при советской власти, которую чеченцы вначале принимают, но уже в 24 году приходится их бомбить. Потом коллективизация и снова восстания. Мятежи перед самой войной и во время. Потом они были выселены, и по возвращении их характер не изменился, хотя уровень репрессий еще настолько высок, что, кажется, делает невозможными любые формы сопротивления. И тем не менее, памятник генералу Еромолову в Грозном периодически взрывали и властям пришлось держать постоянно наготове несколько копий, чтобы вовремя устранять наносимый ущерб.

Так можно управлять долго, скажем, в течение столетия, но мы должны быть готовы к тому, что на пространстве этих ста лет произойдет пять, шесть, семь крупных взрывов, подавление которых будет сопровождаться весьма большим кровопролитием.

Несмотря на всю видимую разобщенность и отсутствие порядка, чеченское общество сохранило целостность и внутреннюю структуру, которая придает силу именно низовым структурам и образованным по их подобию различным традиционным и новым кланам, обеспечивающим своим многообразием своеобразный феномен «чеченской демократии».

Структура чеченского общества выстроена снизу, с уровня сел, деревень. Все эти села по отдельности могут выбирать разную стратегию, чтобы приспособиться к окружающим условиям, но в них живут люди не просто знающие друг друга в лицо, но и связанные достаточно тесно едиными верованиями, обычаями, представлениями, общим этикетом. Городская культура и по сей день не является нормообразующей, идеалом «правильного» устройства жизни, моральных норм, поведения остается сельская община. Отсюда вера не в унифицирующую управляющую волю сверху, а в свой отдельный и близкий интерес на уровне рода, племени, села, семьи. Похожую ситуацию мы можем видеть и в Индии, где власти менялись, но какая бы волна не накатила, сельская община оставалась незыблемой.

Вместе с тем, чеченское общество нецелостно, фрагментировано. Оно поделено на кланы и группы разного механизма происхождения и отдельные его части имеют несовпадающие или редко совпадающие интересы. Поэтому ни один властитель не в состоянии удовлетворить требованиям общества в целом. Часто ссылаются на Дудаева или Масхадова как на пример руководства, спровоцировавшего в мирное время€€ глубочайший раскол. Но это пример скорее неверный. Каждый из них избирался как DUX, а не REX т.е как военный предводитель, сахем, а не гражданский правитель. Племена выдвигают такого вождя на время военных действий. Он может быть каким угодно подлецом или мерзавцем, но поскольку он талантливый военачальник, пока ведутся военные действия, его авторитет безусловно признается. Когда же война идет на спад, он становится не нужен и мелкие вожди начинают грызться между собой, вступая в борьбу за власть.

Рамзан Кадыров как и любой другой руководитель Чечни не может, по причинам от него не зависящим, обеспечить какой-либо консенсус, который дал бы ему легитимность в глазах всего чеченского общества. И поэтому война будет продолжаться. Но вести ее бесконечно невозможно. Это по многим параметрам слишком дорогая история. Надо полагать, Федеральный центр заинтересован, чтобы там рано или поздно установилось относительное спокойствие.

Этого можно добиться лишь разделом Чечни и я сказал об этом Владимиру Путина еще в 2000 году. Тогда я еще не имел понятия об идеях Хож-Ахмета Нухаева, а ознакомившись с ними, выступил в их поддержку. Суть в том, что Чечня не может находиться под единой, единоличной властью. Она должна быть поделена на несколько территорий. Равниной частью будет управлять кто угодно, хоть тот же Кадыров как относительно нормальной республикой в составе Российской Федерации. А в горной части создаются (не будем бояться этого слова, оно давно потеряло свою одиозность) резервации, небольшие общины численностью 20-30 тысяч человек наподобие Андорры или Сан-Марино, которые управляются по своим внутренним законам. С ними которыми следовало бы заключить договор, что Федеральная власть туда не лезет, но и они не покидают пределы своих ущелий.
От редакции:

Мы отдаем себе отчет, насколько спорной является идея Сергея Арутюнова о необходимости раздела Чечни во имя мира. В свое время она снискала себе немало сторонников среди российских политиков различного толка, в том числе и принадлежавших демократическому лагерю (Б. Немцов), части российского генералитета, входившего в состав командования Федеральной группировки в Чечне в начале второй войны. Но за последние шесть лет это предложение было благополучно списано в архив утопических проектов. Тем не менее, Сергей Александрович продолжает настаивать на перспективности и органичности такой модели обустройства Чечни, черпая аргументы уже из новейшей политической реальности. Недавнее избрание Рамзана Кадырова премьер-министром Чеченской республики стало для российского ученого еще одним доводом в пользу раздела республики. Редакция не разделяет точки зрения Сергея Арутюнова, однако считает, что подобные парадоксальные проекты могут послужить хорошим поводом для начала серьезной дискуссии о происходящем в Чечне и ее будущем. Понимая, что среди наших читателей найдется немало таких, кто захочет возразить Сергею Александровичу, мы предлагаем несогласным присылать свои статьи и письма и обещаем опубликовать их в том или ином виде.

Дискуссия – дело необходимое и в высшей степени полезное.

Сергей Арутюнов для Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *