Русский фашизм: Миф или реальность? Э. Лимонов. К. Боровой.

По данным аналитического центра «Сова», в России с начала 2005 года от рук скинхедов и активистов других радикальных националистических организаций погибли 8 человек, пострадали – не менее 124 человек, в том числе граждане 23 государств, в частности Гвинеи, Анголы, Мали, Китая, Вьетнама и Албании.

Чаще всего преступления на национальной почве совершаются в Москве и Подмосковье (здесь был убит один и пострадали 25 человек). «Случаи насилия также были отмечены в Йошкар-Оле – там 5 человек пострадали во время одной акции, в Калуге скинхеды избили сразу 10 человек, в Санкт-Петербурге произошло 6 нападений. Нападения были зафиксированы также еще в 10 регионах России», – отмечается в докладе.

По данным центра, в 2005 году за убийства и избиения по мотиву национальной ненависти были осуждены 25 человек. Кроме того, еще не менее 30 человек находятся сейчас под следствием. Как сообщает центр «Сова», пять уголовных дел по обвинению в пропаганде национальной ненависти закончились обвинительными приговорами, не менее 10 дел в настоящее время находятся на стадии расследования.

Статистика преступлений практически не изменилась по сравнению с аналогичным периодом прошлого года – тогда были убиты 10 человек, пострадали 75. Однако вряд ли это свидетельствует о стабилизации расистского и нацистского насилия.

По данным МВД России, на учете в ведомстве находятся 150 экстремистских молодежных группировок, в которые входят до 5 тыс. человек.

Эдуард Лимонов, лидер Национал-большевистской партии.

СТ:Эдуард Венеаминович, что на Ваш взгляд является причиной активизации фашистских групп в России? Почти каждый день в СМИ появляется информация о нападениях на иностранных студентов, на выходцев из Кавказа и Азии.

ЭЛ: Я считаю, что началась предвыборная кампания Кремля, который на этих выборах уже не сможет воспользоваться жупелом коммунизма и пытается соорудить пугало фашизма из всяких сподручных материалов – в основном, из банальной бытовухи: подростки колотят друг друга, работяг возвращающихся домой с зарплатой, иностранцев, собак, кошек кого угодно. И все это намеренно выдается за фашизм. А я ответственно заявляю, как человек, который в политике уже 13 лет, что у нас нет ни одной сколько-нибудь похожей на фашистскую партию политической организации. У нас настолько зачищено политическое пространство тем же самым Кремлем, что ничего по определению возникнуть не может. У нас и трава не растет на политическом поле.

Все это придумано, чтобы выиграть выборы. Даже не столько выиграть, потому что напишут и нарисуют что угодно. А чтобы психологически оправдать победу перед народом: «Видите, мы не просто так победили, а благодаря тому, что «святой Кремль» поднялся и одолел фашистскую заразу.

СТ:Вы полагаете в обществе есть серьезный страх перед фашизмом, на котором может сыграть власть?

ЭЛ: Нет, страха никакого на самом деле нет. Есть одичание людей. Одичание, тем более молодежи, совершенно очевидно. А страха нет. Но нужно как-то извернуться и объяснить людям, почему они должны выбирать все тех же политиков, которые столько лет управляют страной. Для этого надо найти повод сказать: «Смотрите, от какой опасности мы вас избавили!» Необходимо избавить народ от чего-то, что ему угрожает. Как это сделать? Лучшей кампанией формирования такой искусственной угрозы были выборы 96-го года, когда у Ельцина рейтинг если не ошибаюсь, был в районе 2-х процентов. Политтехнологи через СМИ раздули истерику вокруг несуществующей опасности реставрации коммунизма, а потом власть, сфальсифициров итоги выборов, оправдала это борьбой с коммунистической угрозой.

СТ:То есть на отдельных эпизодах бытового хулиганства специально акцентируется внимание, чтобы вызвать страх?

ЭЛ: Все эти предосудительные, жуткие, варварские нападения, они действительно случаются. Они были всегда, я надеюсь, что когда-нибудь их удастся искоренить. Но мы видим, как этому уделяется ненормально огромное внимание. Потому аналогичных преступлений, в любом отделении милиции мы можем фиксировать, я думаю, до сотни ежедневно. Эти нападения, избиения просто не доходят до суда. Это чем считать, социальной рознью или работой спецслужб? Никто никогда этого не сможет этого с точностью сказать.

СТ:А каков реальный масштаб самого явления? Ведь действительно есть и кавказофобия, и ксенофобия и ненависть к инородцам…

ЭЛ: 12 лет идет чеченская война. И, безусловно, каждый человек похожий на кавказца вызывает определенную неприязнь как минимум. Если прекратить чеченскую войну, то мы увидим, как вот это в одночасье уйдет, исчезнет. Я еще раз хочу подчеркнуть, что все эти преступления бытовые. Они не являются преступлениями на национальной почве как пытаются это представить.
Если человек выйдет в белом костюме завтра куда-нибудь на окраину Саратова, то он подвергнется нападению все тех же людей. В белом платье девушка выйдет, любой, кто по виду будет отличаться от господствующей вокруг отвратительной серости, будет восприниматься также – чужой, его надо бить. Это ксенофобия, и ни в коем случае не фашизм.

СТ:А нападений на почве национальной вражды настолько мало что им не стоит придавать внимание?

ЭЛ: Нет, вы знаете, всему стоит придавать внимание. Но налицо социальное одичание, социальное неравенство, последствия 12 летней чеченской войны, масса других причин. Фашизма, как такового, как организованной силы, идеологии нет, ничего нет, ноль. Это ошибочное представление, навязанное провокационной пропагандистской кампанией властей. Вот сейчас каждый случай раздувается, подчеркивается. Ежедневно в СМИ сообщения – напали на иностранца. Это вполне возможно, поскольку уже 200 лет нападают на иностранцев, но раньше никого это не заботило. Но то, что нападают в эту же ночь еще на 200 русских или, скажем, татар, или на кого-то, кто выглядит как обычный российский гражданин, эти случаи никому не интересны. Никто не дергается и не публикует сообщений об этом на первых страницах газет.

СТ:А группы подростков в Питере, Саратове или где-нибудь в Рыбинске, которые верят в справедливость расовой теории, используют нацистские аксессуары – к ним тоже не стоит относиться всерьез?

ЭЛ: Нет, стоит относиться всерьез ко всему. Но ответственная власть пытается сбалансировать, понизить уровень ненависти и повысить уровень взаимопонимания. А то, что происходит на наших глазах – это чистой воды провокация, тех, кто намерен несмотря ни на что вновь придти к власти. Они заранее готовятся оправдать фальшивые результаты выборов, которые они уже заранее нарисовали в своих книжечках.

Константин Боровой — российский государственный деятель, предприниматель. До нач. 1990-х гг. на научной и преподавательской работе (ВТУЗ при Автозаводе им. Лихачева). В 1990-92 президент Российской товарно-сырьевой биржи. С марта 1992 председатель Российского национального банка. С мая 1992 председатель Партии экономической свободы. С 1995 по 1999 депутат Государственной думы Федерального Собрания Российской Федерации.

СТ:Что стоит за активизацией националистических сил?

КТ: Это безусловно явление созданное и управляемое. Вообще скинхеды выросли из движения футбольных болельщиков. Этот процесс был жестко управляем, у групп были кураторы в ФСБ и в 1999-м году, когда авиация НАТО бомбила Сербию – их просто автобусами подвозили к американскому посольству, и они там хулиганили. То есть, власть и спецслужбы используют это движение в своих интересах, что постоянно проявляется в разных очень каких-то смешных ситуациях.

СТ:Каковы цели властей?

КТ: Мне кажется, что во все времена в России националистические, черносотенные и радикальные движения использовались как угроза для урезонивания интеллектуальной части общества – либеральной интеллигенции, тех, кто пытается противостоять всепоглощающей, доминирующей роли государства. И сейчас происходит примерно то же самое.

С одной стороны, есть безусловно управляемое движение скинхедов, и не только скинхедов, но и других фашистских молодежных организаций, которые, между прочим, очень эффективно работают в Интернете. И, с другой стороны, у властей есть желание возглавить антифашистское движение. Это смешно, когда понимаешь, что и то и другое – и нашисты, и скинхеды, и радикальные фашистские организации, и государственные антифашисты, те, которых возглавляет Нарусова – это все родом из одной структуры, из президентской администрации. Там принимаются решения: сейчас чуть-чуть усилить антифашизм, а теперь добавить коричневатого.

СТ:Высказывается предположение, что Кремль пытается напугать народ фашизмом и на этой основе получить новую легитимность на следующих выборах.

КТ: Да, безусловно. Но только не так просто возглавить движение против спонтанного, органичного фашизма. Фашизм очень аккуратно, очень активно подпитывается, управляется. Я говорю о ниточках, которые иногда очень видны. Это процесс носит сегодня «антиоранжевый» характер. Потому что Кремль воспринимает как основную опасность для себя так называемый «оранжевый» сценарий развития событий.

И здесь удобно использовать сразу два инструмента. Один – это нацистские движения – фашисты, скинхеды, реальные фашисты которые проводят демонстрации в Москве. А с другой стороны, тоже управляемое из Кремля, антифашистское движение.

Есть, возглавляемый Евгением Прошечкиным, очень старый антифашистский центр, который очень много делает. Но сегодня он фактически запрещен, его активистов не видно на телевидении, они не появляются в радиоэфире. А антифашистские силы, созданные Кремлем, легитимные, я бы их так назвал, они все время на слуху и на виду. Смотрите, прокремлевские молодежные движения вдруг в какой-то момент начинают вести бескомпромиссную борьбу с фашизмом. До этого они наперебой выступали с совершенно нацистскими заявлениями о величии России, а потом неожиданно развернулись и стали антифашистами.

СТ:Неужели одни и те же люди придумали фашистов и антифашистов и теперь дергают за ниточки, сталкивая тех и других?

КТ: Предположения о едином управляющем центре неверны. Этих центров несколько. Есть различные группы в Кремле, каждая из которых преследует собственные цели. Есть Сечин и, условно говоря, антисемитская, националистическая группа, объединяющая каких-то олигархов, предпринимателей. У них – свои издания, такие как «Аргументы и Факты». Есть более умеренная, так сказать, пролиберальная группа, у нее другие цели. Она ведет свою борьбу за выживание и тоже использует инструментарий как «коричневый», так и «антикоричневый».

И этих групп не две, их больше. Сегодня есть два официально заявленных кандидата в президенты, которые тоже представляют разные группировки. Единой стратегии нет, потому что политическая конкуренция достаточно жесткая, предвыборная. Различные технологии, планы, предвыборные сценарии. Да, иногда интересы совпадают. Но, несмотря на то, что все делается от имени Кремли, нельзя сказать, что Путин поддерживает одно из направлений.

Но одно можно сказать точно: все официальные планы окрашены в «коричневатые» тона. Все кремлевские стратегии имеют различные оттенки коричневого цвета. Проще всего ориентироваться, наблюдая за официальными средствами массовой информации, которые вдруг начинают поддерживать ту или иную тенденцию, то или иное явление, которые не имеет никакого общественного значения. Вот возникло движение «Патриоты России», возникло из ничего. Это проект Кремля и СМИ Кремля пытаются его раскручивать. Это то, что должно придти на смену “Родине” или быть параллельным проектом.

Хорошо или плохо этот проект будет финансироваться и поддерживаться всеми СМИ или нет зависит от того, какой поддержкой внутри Кремля сумеют заручиться его авторы и та группа, которой он выгоден. Конкуренция различных кремлевских группировок, которые, конечно же, мешают друг другу, это определяющий фактор сегодня. Потому что каждая из них хотела бы придти к власти самостоятельно, уничтожив по дороге всех соперников.

Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *