Российские санкции в абхазском измерении

ПРАГА, 9 декабря, Caucasus Times. Политический конфликт, начавшийся 24 ноября 2015 года после внезапного уничтожения российского бомбар-дировщика Су-24 турецким истребителем F-16 и продолжившийся 28 но-ября анонсированным введением экономических санкций, имеет целый ряд геополитических ракурсов, одним из которых является абхазская реакция на развивающееся противостояние. Конфликтующие стороны имеют раз-нообразные официальные и неформальные связи с Абхазией, что суще-ственно сокращает реальное пространство для дипломатического и идео-логического маневрирования, отведенное официальному Сухуму. Россия является единственным официальным союзником абхазского государства, инициировавшим международное признание регионального партнера и оказывающим существенную финансовую помощь местным властям. Кро-ме того, российские туристы являются существенным источником разно-образных доходов рекреационной отрасли, пополняющий небольшой бюджет Абхазии и обеспечивающий сезонную занятость в приморских районах и в ограниченной зоне туристических маршрутов. Однако, в Тур-ции проживает большая часть зарубежной абхазской диаспоры, которая совместно с местным бизнесом активно инвестирует средства в различные экономические проекты на исторической Родине. Кроме того, турецкое продовольствие и промышленные товары занимают значительный сегмент регионального рынка, составляющий по различным оценкам от 20 до 25% общего объема реальных торговых оборотов.

В настоящее время абхазское руководство занимает выжидательную позицию, тогда как авторитетные специалисты и непрофессиональные пользователи социальных сетей предлагают различные пути безболезнен-ного выхода из наметившегося кризиса. Очевидно, что неопределенная по-зиция официального Сухума будет раздражать противоборствующие сто-роны, которые уже начали латентную борьбу за дальнейшее сохранение собственных региональных позиций. Президент Абхазии Р. Хаджимба вы-сказал достаточно компромиссную позицию относительно сбитого самоле-та, указывая на объективную необходимость дальнейшей борьбы с между-народным терроризмом, выражая негативное отношение к атаковавшему летчику, но не называя известного государства, правящая элита которого санкционировала последующее уничтожение российского бомбардиров-щика. Абхазские власти пока еще не присоединились к официальной пози-ции РФ, но при затянувшемся конфликте вынуждены будут сделать оче-видный выбор в пользу главного стратегического союзника и основного инвестора. В контексте указанного обстоятельства целесообразно посмот-реть на возможные потери местной экономики, которая естественным об-разом пострадает от вводимых ограничительных мер.

По справедливому замечанию известного депутата абхазского пар-ламента С. Гогуа, «указ, подписанный Владимиром Путиным, будет иметь экономические последствия для Абхазии». В первую очередь они коснуть-ся масштабного товарооборота, который по официальной информации заместителя председателя Таможенного комитета У. Квициния в текущем году составляет 1400 миллионов рублей. Абхазия перестанет экспортиро-вать ткуарчальский уголь и морскую рыбу, добываемые турецкими ком-паниями, а также разнообразную древесину и традиционный лом черных металлом. Среди ввозимых товаров не окажется горюче-смазочных и строительных материалов, специальной колесной техники, некоторых пи-щевых продуктов и разнообразной одежды. Указанные потери при опре-деленных обстоятельствах могут быть успешно компенсированы за счет дальнейшего расширения торгово-экономического сотрудничества с РФ, хотя определенная часть мелкого и среднего бизнеса, ориентированного на турецкое направление, будет обречена на существенные убытки или полное банкротство. Следует также заметить, что официальные санкции могут не принести ожидаемого эффекта, что определяется специфическими особенностями местного рынка. В частности, в восточных районах Абха-зии можно встретить грузинские товары, хотя прежняя метрополия не имеет легитимных экономических и политических связей с отделившимся регионом. В контексте указанного обстоятельства нетрудно предположить, что и отдельные турецкие товарные группы могут аналогичными путями оказаться на абхазском рынке.

Турецкий бизнес, связанный с угледобывающей и рыбной отраслью, также может быть замещен российскими предпринимателями, хотя он мо-жет и не оказаться в особой зоне действия санкционного режима. Значи-тельная часть соответствующих бизнес-структур управляется недавними репатриантами, принадлежащими в этническом плане к титульной нации, а потому обладающие неофициальным иммунитетом от возможного госу-дарственного преследования. Следует учитывать и то существенное обсто-ятельство, что местная общественность давно выражает недовольство эко-логическими последствиями рыбной ловли в территориальных водах, осуществляемой турецкими кораблями, а потому может поддержать сек-торальные санкции в данной отрасли.

Отдельные группы абхазского общества связывают с санкционной войной России и Турции оптимистичные экономические ожидания, отно-сящиеся преимущественно к возможному росту рекреационной сферы и сельскохозяйственного производства. Однако, как представляется, подав-ляющее большинство российских туристов, отлученных от турецких и египетских курортов, либо отправиться по запретным маршрутам при за-интересованном посредничестве казахских и белорусских компаний, либо предпочтет привычный отдых с определенным уровнем личного сервиса в Израиле или Испании, согласившись на повышенную стоимость предлага-емых путевок. Ожидаемый рост долларового курса, увязываемый с суще-ственным снижением нефтяных цен, также не сможет существенно изменить рекреационные приоритеты российских граждан, имеющих ясные сервис-ные предпочтения. Некоторое увеличение туристического потока можно ожидать преимущественно с курортных объектов Краснодарского края, традиционно включающих абхазские достопримечательности в собствен-ные маршрутные листы. Следует признать, что действующая рекреацион-ная структура Абхазии уже достигла предельных показателей количе-ственного роста обслуживаемых туристов, возможное продолжение кото-рого требует существенных инвестиций в строительные проекты и целена-правленное совершенствование различных отраслей сопутствующего об-служивания (прежде всего, общественного питания и досуговой инду-стрии). Аналогичная проблема существует и применительно к сельскохо-зяйственному производству, которое эксплуатирует личный энтузиазм и морально устаревший советский материально-технический фундамент, а потому также требует технологического обновления и масштабных капи-таловложений.

Политические последствия возможного следования Абхазии россий-ским курсом не будут иметь существенного характера, что определяется двумя очевидными обстоятельствами. С одной стороны, Турция никогда не поддерживала официальных связей с местными властями, что не пред-полагает и легитимного сокращения подобных контактов. Более того, ту-рецкая элита стремиться сохранить завоеванные позиции в стратегически важном регионе, что исключает принципиальную возможность односто-ронней эскалации потенциального конфликта. С другой стороны, своеоб-разным сдерживающим фактором может стать и достаточно многочислен-ная абхазская диаспора, способная как осуществлять конструктивный диа-лог с абхазскими властями, так и опосредованно воздействовать на поли-тический курс официальной Анкары.

В целом, очевидно, что абхазские власти будут максимально откла-дывать возможную конфронтацию на турецком направлении, ожидая по-тенциального разрешения масштабного геополитического конфликта. Од-нако, перспективное введение санкционного режима не сможет существен-но изменить экономическую и политическую ситуацию в Абхазии, систем-но зависящей от российских трансфертов и трансграничного сотрудниче-ства.

Николай Трапш, Кандидат исторических наук, специально для Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *