Республика по имени РАМЗАН — 2

ПРАГА, 28 февраля, Caucasus Times — Мы публикуем статью, представляющую, спорный, на наш взгляд, и неполный портрет Рамзана Кадырова. Автор обходит молчанием такие моменты жизни республики как продолжающиеся похищения людей, пытки, существование тайных тюрем. При том, что часть ответственности за произвол и насилие традиционно несут федеральные силовые структуры, кадыровские подразделения никак не уступают им в изощренной жестокости и использовании преступных репрессивных методов. И создателем чеченской карательной системы является именно и.о.президента Чечни Рамзан Кадыров. Тем не менее, статья представляется нам крайне важной для понимания того, какие настроения сегодня определяют самочувствие чеченского общества.
Республика по имени РАМЗАН — 2
Рамзану Кадырову не раз предрекали скорейший уход из политики, а заодно и из жизни.. Предсказатели сладострастно живописали различные варианты насильственной смерти – от банальнейшей автокатастрофы до модного ныне отравления или удачного покушения, якобы организованного боевиками. Подобные слухи начинали расползаться каждый раз, когда в результате очередного катаклизма — гибели отца или уничтожения Шамиля Басаева — позиции Кадырова-младшего кому-то казались пошатнувшимися или, по меньшей мере, не слишком ясными. И по сей день многие российские политологи и эксперты, именующие себя знатоками Чечни, любят обстоятельно размышлять на эту тему в СМИ. Оно и к лучшему. Чеченское общество внутри себя, отталкиваясь от продуктов иноплеменного интеллекта, продолжает неспешную дискуссию о будущем своей земли. Сторонников независимости вдохновляют любые спекуляции на тему внеположности фигуры Кадырова российскому политическому ландшафту, приверженцы «кадыровщины» лишь самодовольно ухмыляются в усы.

Кто в этом заочном, непримиримом споре одерживает верх, указывать излишне. Вопреки всем прогнозам, Кадыров находится в самом зените славы. Роль «отца народа» молодой чеченец с недавней репутацией «одноклеточного отморозка» исполняет сегодня с неуклюжей, но профессиональной грацией. Он уже привык к новому образу и не морщится от вспышек фотокамер. Его глаза светятся искренней (почему бы и нет?) радостью, когда он в перекрестье телекамер оказывает помощь очередному инвалиду. Благодарный народ (не специально отобранные статисты, а обычная чеченская публика) взахлеб славословит Рамзана с утра до вечера на всех телеэкранах. А он в ответ лишь странно ухмыляется. Не разберешь — то ли смущен, то ли с трудом сдерживает презрительную усмешку.

Месяца два назад, еще будучи премьер-министром, Кадыров лично участвовал в специальном милицейском рейде в центре Грозного. Журналисты сняли момент, когда он «потрошил» сотрудников ППС за то, что те без досмотра пропустили начальника Курчалоевского ГИБДД, пронесшегося мимо на полной скорости на роскошном джипе . Однако история, которую разнесла народная молва, богаче телевизионной версии. Рамзан велел догнать нарушителя и вернуть его на милицейский пост. Когда тот предстал пред его очи, Кадыров, якобы, сказал курчалоевскому «гаишнику»: «Человеку, который имеет такую машину, работа не нужна. На твоей должности такую машину не купишь. Значит ты вор». И вынес свой приговор: «Уволить!»

Другая история больше напоминает анекдот, но при этом мало кто сомневается в ее подлинности. На торжественное открытие проспекта имени Ахмат-Хаджи Кадырова министр культуры Мовла Асмаев явился в праздничной национальной бурке. Однако на его голове вместо каракулевой папахи, которая по идее должна была соответствовать облику чеченского джигита, красовалась дорогая норковая шапка. Рамзан оценил непорядок в одежде чиновника. Потом снял папаху с одного из присутствующих и, лично водрузив ее на голову министра, якобы сказал: «Вот так будет лучше. Носи ее всегда». Утверждают, что с тех пор Асмаев не снимает папахи, даже у себя дома.
Кадыров прекрасно совмещает абсолютно разные роли: он и обычный деревенский парень с несколько диковатым чувством юмора, но и «эффективный военно-политический менеджер, который знает цену федеральной власти», как однажды его назвал политолог Шамиль Бено.

Российскую общественность сегодня все меньше тревожит и интересует Чечня. В программах новостей почти нет «горячих» сообщений о маленькой мятежной республике. Бывшая долгое время костью в горле, она постепенно становится все еще различимой, но уже второстепенной российской провинцией. Россияне забыли о войне, они уже не воспринимают Чечню как источник ни плохих, ни хороших новостей. Хотя все это не означает, что они готовы считать очень своеобычного Рамзана своим соотечественником, российским чиновником чеченского разлива. Кадыров уж слишком специфичен: он вполне может появиться перед журналистами в баснословно дорогом костюме, у которого при ближайшем рассмотрении вдруг лезет наружу яркая розовая подкладка. При этом, вопреки этикету, общаясь даже с кремлевскими небожителями, он может по привычке держать руки в карманах. Но это и неважно. Не по фигуре Рамзана проходит исчезающая психологическая граница, отделявшая Чечню от России.

Чечня становится для федеральных телеканалов столь же необязательным информационным пространством, как и любой другой субъект федерации. Репортаж оттуда может базироваться на каком-нибудь совсем бессмысленном событии. На днях, к примеру, по ОРТ и РТР показали группу победительниц конкурса красоты, которые не ясно, что делали в Грозном и с какого перепугу оказались там.

На самом деле, этот вкус «нормальности», приданный сегодня Чечне в российских СМИ – результат продуманной, дорогостоящей пиар-кампаниии, оплаченной чеченскими властями.
Для самих чеченцев пиар – не более чем яркая упаковка. Они принимают Кадырова не благодаря рекламным трюкам, их вера в него основана на желании выжить. Сегодня жители Чечни окончательно смирились с мыслью, что их будущее зависит только от России, а точнее, от ее президента Владимира Путина. А значит, от Рамзана Кадырова установившего с Путиным, которого он считает мудрым и решительным политиком, близкие и доверительные отношения. «Путин все делает, не озираясь на то, что скажут о нем другие», — сказал Рамзан на своей последней пресс-конференции в Грозном, явно имея в виду и свои особые контакты с российским президентом.

«Восстановление», «налаживание мирной жизни», «позитивные изменения», «окончательный мир», — набор дежурных выражений на все случаи жизни уже стал обязательным даже в младших классах средней школы. Мода возносить хвалу Кадырову по любому поводу прочно вошла в быт чеченцев. А многие члены правительства, депутаты или простые клерки из третьесортных комитетов как будто соревнуются в умении наносить все новые краски и узоры на портрет Рамзана и без того отлакированный тысячами льстивых языков. Но во всем этом камлании, несмотря на изрядную долю страха, лакейства и лицемерия, несомненно, есть и реальная, искренняя любовь к своему лидеру.

Его популярность зиждется на простых составляющих. Он не только сделал единственно верный политический выбор — узнал «цену федеральной власти», но и на уровне понятных обывателю телодвижений держит в животном страхе (я уже говорил об этом) местное чиновничество, вороватость которого давно приобрела характер национального бедствия. Не санкционированные лично Рамзаном хищения средств, отпущенных на восстановление республики, караются не по писанному уголовному закону, а по «закону» Кадырова. Спросите у любого чеченца в Грозном: «Где сейчас бывший глава дирекции по восстановлению Чечни Шамсади Дудаев?». Никто не ответит. О дальнейшей судьбе Дудаева после того, как он был уличен в миллионных хищениях, предпочитают умалчивать. Он жив, но его заставили вернутьпохищенное, да и сверх того потянули немало. Все по понятиям.

Чеченцы в восторге от такого правосудия и расправ над чиновниками, которых в республике презирают и ненавидят. «Пусть Кадыров покупает дорогие машины или раздает направо и налево звания народных артистов кому угодно. Он такой один. Но его боятся бюрократы, от которых нет проходу», — примерно так рассуждают люди. Простая логика маленького человека: — «Лучше содержать одного начальника, чем целую армию взяточников».

Восстановление Грозного, как отражение кипучей хозяйственной деятельности кадыровской власти, не может не радовать горожан и остальных граждан республики. И пусть пока привели в порядок в основном только фасадную часть центральных проспектов, следом начинают отстраиваться все новые улицы.

Те, кто давно не был в чеченской столице, будут удивлены, когда узнают, что через центральный рынок уже можно проехать по свежему асфальту, что соседняя Ингушетия, всегда видевшаяся из Грозного как оплот стабильности, поменялась с Чечней ролями, и что можно вечером пройтись по ночному городу без проблем. Всего этого чеченцы были лишены и, по сути, только сегодня они могут сделать по-настоящему глубокий глоток свежего воздуха. И ничего, что подача его дозирована, главное, он есть.

Лема Мусаев, Грозный, специально для Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *