Пробуждение «спящей красавицы»

ПРАГА, 1 июня, Caucasus Times — 21 мая 2007г. в День памяти жертв Русско-Кавказской войны американская организация «Jamestown Foundation» провела конференцию: «Черкессия: прошлое, настоящее и будущее». В работе конференции приняли участие известные академики и политики, представители черкесской диаспоры из разных стран мира. Представляем вашему вниманию доклад журналиста из Кабардино-Балкарии Фатимы Тлисовой.

Кабардино-Балкария: взгляд изнутри

КАБАРДИНО-БАЛКАРИЯ, 1 июня, Caucasus Times — На фоне «горячих точек», вспыхивающих на Северном Кавказе повсеместно на протяжении последнего десятилетия, Кабардино-Балкария дольше всех других республик сохраняла репутацию самого мирного, стабильного и лояльного к России региона. Именно за эту устойчивую стабильность Кабардино-Балкария с легкой руки покойного ныне лидера чеченского сепаратистского движения Шамиля Басаева получила прозвище «спящая красавица». И именно Кабардино-Балкария оказалась тем самым Рубиконом, после пробуждения которой, стало возможным говорить о распространении конфликта на Северо-западный Кавказ, то есть фактически о вступлении в военное противостояние с Россией самого многочисленного на Кавказе этноса – черкесов (адыгов, кабардинцев). Этот доклад попытка анализа причин и последствий пробуждения «спящей красавицы», а так же подробное изложение хронологии и описания событий октябрьского мятежа в Нальчике 2005.
1.Краткое описание географического положения и структуры управления

Кабардино-Балкария (КБР) — федеративная республика в составе РФ. Управление республикой осуществляют президент и парламент. Депутаты парламента избираются прямым всеобщим голосованием на 5 лет, имеют право переизбираться неограниченное количество раз. Президент КБР до 2005 года избирался прямым всеобщим голосованием, с 2005 года после изменения Путиным избирательной системы в регионах назначается президентом России и утверждается местным парламентом сроком на 5 лет. Президент имеет право распустить парламент. Парламент правомочен объявить президенту импичмент.

Территория КБР 12,47 тыс. кв. км. Население приближается к 1 миллиону человек.
Республика граничит на юге с Грузией, на востоке с Ингушетией и Северной Осетией, на западе со Ставропольским краем и Карачаево-Черкесией.

По своему социально-экономическому положению Кабардино-Балкария долгие годы считается наиболее стабильной среди других регионов Юга России, несмотря на высокий уровень безработицы и высокую задолженность перед федеральным бюджетом. Традиционное представление о стабильности экономики и социальной сферы КБР объясняется во многом внешней презентабельностью республики, обладающей обширной курортно-туристической рекреационной зоной в Приэльбрусье и в столице КБР Нальчике.

Нальчик с населением около 400 тыс. человек имеет репутацию крупного и красивейшего города Северного Кавказа. Здесь устойчивый бизнес и развитая культурная индустрия. Наиболее успешными в КБР считаются строительный и нефтяной бизнес, банковское дело, туристическая индустрия. По территории республики проходят две главные федеральные дороги Москва-Баку – железная и автомобильная. В КБР имеется собственный авиапарк и аэропорт с прямым регулярным сообщением с городами России, Турции и Объединенных Арабских Эмиратов.

Республика обладает обширными запасами полезных ископаемых, собственной нефтью и природным газом. Однако нефтедобывающая индустрия находится в зачаточном положении. Оценки инвестиционной привлекательности остаются достаточно низкими. Среди факторов риска называются – нестабильность военной ситуации, высокий уровень коррупции во властных и контролирующих органах, высокая доля собственности чиновничества в бизнесе, несовершенство бизнес регулирующих структур.

2. Национальный состав: позиции, интересы и конфликты

По данным переписи 2002 года, кабардинцев в республике — 498702 чел., русских — 226620 чел., балкарцев — 104951 чел.

Кабардинцы в силу преобладающей численности традиционно занимают лидирующие позиции во всех сферах общественно-политической жизни. Кабардинцы являются частью черкесского (адыгского) этноса и связаны общей историей, языком и культурой с черкесами в Карачаево-Черкесии и адыгейцами в Адыгее.

Так же как и все остальные черкесы подверглись депортации в Османскую Империю в 19 веке в ходе и после войны с Россией.

По существующему в республике национальному паритету государственных кадров кабардинцам принадлежат руководящие должности в высших структурах управления: президент, ключевые министры, руководители надзирающих и фискальных органов.

Балкарцы являются вторым по величине и значительности этническим составляющим Кабардино-Балкарии. Тюрко-говорящие балкарцы близкородственны карачаевцам, проживающим в Карачаево-Черкесии. Были депортированы Иосифом Сталиным в Среднюю Азию в 40-е годы, впоследствии возвращены на Кавказ Никитой Хрущевым и реабилитированы Борисом Ельциным. Несмотря на небольшую численность, балкарцы являются главными игроками в перманентном межнациональном противостоянии, регулярно перетекающем в открытые конфликты. Ареал проживания балкарцев ограничивается в основном горными районами республики — Эльбрусским, Чегемским, Черекским. На территории перечисленных районов находятся важнейшие объекты экономики республики — Черекская ГЭС, Тырныаузский горнообогатительный комбинат (ТГОК), горнолыжные курорты Приэльбрусья. Балкарцы традиционно занимают вторые-третьи места во власти: спикер парламента, вице-премьер.

Русские в Кабардино-Балкарии составляют этническое меньшинство и не оказывают серьезного политического влияния. Они также не могут претендовать на роль буфера между противоборствующими сторонами в межнациональных конфликтах, в отличие от соседней Карачаево-Черкесии, где русские играют значительную роль в обществе и политике. Русским в КБР традиционно предоставляется пост премьер-министра, они также занимают руководящие должности во всех силовых и правоохранительных структурах.

Необходимо отметить, что силовая составляющая власти полностью находится в ведении Федерального центра. К примеру, руководители МВД, ФСБ, Налоговой полиции и других федеральных структур не подчиняются руководству Кабардино-Балкарии, а находятся в прямом подчинении Москвы. Такая структура фактически обнажает формальность и несостоятельность всех гражданских институтов управления в республике и действует не только в КБР, но практически во всех республиках Северного Кавказа.

Кабардинские национальные движения в республике пережили пик свой активности в начале 90-х годов. В сентябре- октябре 1992 года существовавшие в КБР мощные и влиятельные организации «Адыгэ Хасэ» и «Конгресс Кабардинского народа», во главе с профессором Юрием Шанибовым, заявили о намерении выйти из состава России и создать независимое государство. Лозунг нашел массовую поддержку среди населения КБР, Нальчик лихорадило от беспрерывных митингов, республика была близка к войне.

Ситуацию разрешила позиция президента КБР Валерий Кокова. Юрий Шанибов был похищен и, как выяснилось в последствии, арестован. Митинги разогнаны с применением сил милиции и армейских подразделений. Руководящий состав Конгресса подвергся массированному преследованию. Кабардинец Коков жестко расправился с кабардинским национал сепаратистским движением, показав себя как интернационалиста и государственного чиновника в глазах Кремля.

Вслед за Конгрессом Кабардинского народа в КБР было уничтожено и общественное движение «Адыгэ Хасэ». Офис организации подвергся милицейскому погрому, архив был сожжен, лидеры избиты, общество расформировано. Взамен этого «Адыгэ Хасэ», фактически осуществлявшего функции общественного парламента, в 2002 году была создана инертная структура с тем же названием, но совершенно иными целями и задачами. Судя по систематическим заявлениям действующего «Адыгэ Хасэ» КБР, главной задачей организации является пропаганда идей всеобщей любви и благодарности черкесов к Российскому государству. Кабардинские общественные организации разобщены, подавлены и контролируемы. Авторитет и влияние их на кабардинскую среду достаточно низкий.
Межэтнические противоречия в Кабардино-Балкарии имеют не давнюю, но достаточно регулярную и устойчивую структуру. Фундамент недовольства между двумя титульными народами (кабардинцы и балкарцы в конституции КБР обозначены как титульные нации) был заложен во время сталинской депортации. Балкарцы были выселены поголовно, кабардинцы остались на своей родине. Это неравенство и несправедливость впоследствии сказались на взаимоотношениях после возвращения балкарцев. Последние остались не удовлетворены реабилитационными процессами. В частности, выплатой федеральных компенсаций и возвращенными территориями.

Нужно уточнить, что все компенсационные финансовые потоки бывший в то время президентом КБР Валерий Коков публично передал в полное ведение балкарским национальным обществам и запретил кому-либо из кабардинских руководителей иметь отношение к этим деньгам. Это был мудрый шаг, который Коков объяснил так: «Эти деньги могут стать причиной упреков в любом случае, даже если будут направлены по назначению. И если ими будут заниматься кабардинцы, это может положить начало конфликту между нашими народами». Бывший президент оказался дальновиден в своих предположениях, большая часть денег была действительно растрачена не по назначению, компенсации дошли до населения в мизерных объемах. Но отсутствие в числе расхитителей кабардинцев не смогло предотвратить национальных претензий балкарцев. Главной из них стала территориальная претензия. Балкарцы до депортации владели 4 районами в республике, после возвращения балкарскими остались только 3. Четвертый – Хуламобезенгийский район был упразднен, территория его поделена между двумя другими районами.

Впервые об ущемлении национальных прав балкарцев публично было заявлено в начале 90-х годов, во время «парада суверенитетов» в России. Нальчик охватила волна митингов. На политическую арену вышел яркий и амбициозный балкарский лидер – отставной генерал российской армии, бывший начальник Закавказского военного округа Суфьян Беппаев. Харизматичный с громовым командным голосом и манерами Беппаев стал врагом №1 президента Кокова и собирал многотысячные митинги на главной площади столицы республики. Главные требования генерала были: возвращение всех балкарских территорий в границах 1942 года, выход Балкарии из состава КБР, объединение с Карачаем, который также должен выйти из состава КЧР, создание отдельной республики в составе России.

Российская пресса, освещая события 1994-1996 г.г. в Кабардино-Балкарии, проводила параллели между двумя генералами: чеченским лидером Джохаром Дудаевым и балкарским лидером. Авторитетный журнал «Профиль» в № 18 за 1996 год вынес заголовок «Конфликт в Кабардино-Балкарии: станет ли Беппаев Дудаевым?» на первую полосу.

Местная «Газета Юга» в №21 за тот же год озаглавила свой репортаж цитатой из интервью с генералом: «Я приступил к формированию балкарской армии». В Нальчике на общенациональном съезде был создан Государственный Совет Балкарии, лидером которого избран Суфьян Беппаев. Съезд заявил о выходе Балкарии из состава КБР и послал в Кремль прошение о временном введении в новой республике прямого президентского правления.

Но, несмотря на высокие амбиции, Беппаев не шел в своих заявлениях и призывах дальше «республики в составе России».

Лозунг «Независимая свободная Балкария» выдвинул другой лидер — Расул Джаппуев, создавший сепаратистское крыло балкарского национального движения, имевшее не меньше последователей, чем более удобное и управляемое — беппаевское.

Однако президент Валерий Коков снова смог сохранить Кабардино-Балкарию в составе России. Но теперь уже не репрессиями, как это было в 1992 году по отношению к кабардинскому сепаратистскому движению, а дипломатическими методами. В результате длительных переговоров генерал Беппаев согласился принять пост уполномоченного по правам человека при президенте КБР вместе с правом распоряжаться федеральными компенсациями, возмещавшими балкарцам ущерб, нанесенный депортацией. О компенсациях и их расходовании шла речь выше.

Переход Беппаева в лагерь Кокова в балкарской среде был воспринят как предательство, что привело к утрате генералом авторитета, расколу в балкарском национальном движении и в дальнейшем к созданию двух самостоятельных и враждующих балкарских национальных объединений.

Очередное обострение кабардино-балкарских взаимоотношений возникло в 2004-2005 годах. В течение этого времени в республике горячо обсуждался новый закон «О границах муниципальных образований». Балкарцы посчитали его новым покушением на их земли. Причиной недовольства стало возникновение территорий с новым статусом «межселенные». Эти земли отчуждаются у муниципальных образований в пользу республики. К категории «межселенных» по закону были отнесены все земли между населенными пунктами, раньше находившиеся в свободном владении местных жителей и используемые ими как пахотные и пастбищные. Реформа коснулась всех без исключения муниципалитетов Кабардино-Балкарии, но возмущение выразили только балкарцы, посчитавшие новый закон намеренным ущемлением своих прав и свобод.

В мае 2005 года в Нальчике произошло убийство одного из самых авторитетных лидеров балкарского народа 40-летнего Артура Зокаева. Отец 5 детей, глава пригорода Нальчика был расстрелян на пороге своего дома. Все балкарские лидеры, включая лояльного к властям генерала Беппаева, выступили с жесткими заявлениями, расценивая это убийство как политический заказ. Республику снова охватила волна митингов.

В конце мая 2005 года в Нальчике был объявлен общенациональный балкарский митинг памяти Зокаева. Милиция не допустила на него людей из пригородов. Дом правительства был взят войсками в тройное кольцо оцепления. Власти всерьез опасались массовых народных волнений. Вслед за разгоном демонстрации в Нальчике, в Эльбрусском районе республики, где население преимущественно балкарское, митинги не прекращались, а группой балкарских женщин была объявлена бессрочная голодовка. Здесь также милиция применила насилие. Все въезды в Баксанское ущелье, где находится район, были перекрыты. Ограничен доступ транспорта, задерживались журналисты, направленные для освещения ситуации. Несмотря на давление власти и силовых структур, демонстрации балкарцев продолжались в течение всего лета 2005 года.

Конец этой митинговой волне положила смена политического режима, последовавшая после смерти Валерия Кокова. Новым президентом КБР был назначен кабардинец Арсен Каноков. Балкарцы это назначение так же расценили как очередной проигрыш в борьбе за национальные интересы. И возможно следовало ожидать нового всплеска активности балкарского национального движения, но произошедшее вскоре восстание мусульманской молодежи в октябре в Нальчике «свело на нет» все национально-политические разногласия.

Сегодняшняя картина представляется вялотекущим, близким к нулю уровню конфликтности на почве национальных интересов. Актуальным остается противостояние и противоборство национальных элит в сфере туристической индустрии. В данном случае национальный фактор эксплуатируется лишь как инструмент давления и спекуляции в достижении собственных коммерческих интересов отдельными небольшими группами людей.

Речь идет о распределении собственности в туристической зоне в Приэльбрусье, где балкарцы составляют большинство населения. До 2005 года территории в курортной зоне и вблизи горнолыжных трасс распределялись стихийно местными властями. Наиболее привлекательные места для альпинистов и лыжников, стремящихся десятками тысяч к самой высокой горе Европы Эльбрусу, оказались застроенными мини отелями низкого класса с минимальным сервисом и не лучшими санитарными условиями. Владельцы этих отелей – местные жители пытаются извлечь сверхприбыль за счет минимальных затрат и высоких тарифов на сервис. Приход к власти нового президента, являющегося одновременно крупным бизнесменом, стал угрозой благополучию этих владельцев. Каноков решил облагородить Приэльбрусье, привлечь в туристический бизнес крупный капитал, зарубежный и московский. Это стало причиной конфликта интересов между балкарской элитой и командой нового президента. Переговоры с владельцами отелей в Приэльбрусье, носившие вначале националистический характер, Канокову удалось перевести в деловое русло. Но предсказать исход этого противостояния все же сложно, учитывая местный менталитет. Тем не менее, совершенно ясно, что конфликтный потенциал в данном случае не достаточен для возникновения серьезного межнационального противостояния.

Как уже говорилось выше, балкарское движение сегодня представляет собой два самостоятельных крыла. Одно из них «Алан» по-прежнему возглавляется Суфьяном Беппаевым, имеет хороший офис в центре Нальчика, что является знаком благосклонного отношения власти. Но «Алан» в сегодняшнем виде служит лишь послушным рупором властных структур. Авторитет Беппаева перестал быть бесспорным после перехода на службу в команду Кокова и скандалом с непонятной пропажей реабилитационных денег.
В ряде выступлений в 2005-2006 г.г. генерал Беппаев высказал резкое осуждение репрессивной политики силовых структур по отношению к молодежи. Вскоре после этого в апреле 2006 г на него было совершено покушение, в результате чего генерал получил несколько серьезных ранений.
Второе крыло национального движения — «Балкария», лидером которого остается Расул Джаппуев, длительное время подвергалось мощному давлению со стороны различных силовых структур, и даже привлекалось к суду за экстремистские призывы. Но судебное и силовое давление завершилось незначительными санкциями и в итоге «Балкария» также трансформировалась в более послушную и управляемую структуру. Это крыло балкарского движения тоже отказалось от идеи выхода из состава России, и продолжает создавать проблемы только местной власти многочисленными письмами в Кремль об ущемлении прав балкарского народа в Кабардино-Балкарии.

Содержание последнего по хронологии письма аналитического центра «Балкария» в Кремль, направленного осенью 2006 года, позволяет высказать предположения, что «Балкария» перестала быть самостоятельной организацией и превратилась в одну из подручных организаций ФСБ. В обозначенном письме лидеры «Балкарии» вполне серьезно разоблачают «всемирный черкесский заговор», целью которого является развал России и создание «Великой Черкесии». Балкарские аналитики пишут о разветвленной сети «черкесских резидентов» во всех правительствах мира и даже о существовании «черкесского лобби» в Кремле.

Информация, использованная в данной «аналитической справке», не оставляет сомнений в том, какая организация была источником, предоставившим «Балкарии» подобные материалы.
Как следует из вышесказанного, в Кабардино-Балкарии в начале 2000-х не осталось ни одной общественной организации или структуры, способной оказывать серьезное влияние на общественное сознание. Наступила ситуация духовного вакуума. Эту пустоту заполнила религия. Возрождающийся после 70 лет коммунизма ислам оказался той пищей, которая утолила духовный голод самых активных слоев общества — тысячи молодых людей в возрасте от 14 до 40 лет потянулись в мечети.

3. Религиозная структура: место и роль различных конфессий

В июле 2004 года комитет по делам религии КБР опубликовал в местных средствах массовой информации данные о количестве и состоянии религиозных общин Кабардино-Балкарии. Сообщалось, что в республике зарегистрировано около 160 религиозных организаций, принадлежащих к различным конфессиям. Наибольшее количество последователей ислама, христианства и иудаизма, говорилось в сообщении. Ведомство подчеркивало, что все религиозные общества проявляют толерантность по отношению к представителям другой религии. Вместе с тем комитет намекал, что есть определенные разногласия в мусульманской общине: «Не все мусульманские общества Кабардино-Балкарии вошли в состав Духовного управления мусульман. Тем, кто отказался подчиняться официальным исламским лидерам и объединился в отдельные группы, Министерство культуры не предоставило официальной регистрации», — говорилось в документе.

Это заявление стало по сути пусть и завуалированным, но все же признанием свершившегося факта: конфликт между официальным и неофициальным мусульманским духовенством в Кабардино-Балкарии, в котором власть однозначно приняла сторону официального мусульманства, привел к формированию разветвленной сети молодежных группировок, объединенных религиозной идеей. Группировок многочисленных, хорошо структурированных, внушающих властям тревогу и потому жестоко преследуемых.

Движение, названное в последствии исследователями «младомусульманским», начиналось как молодежная, умеренно оппозиционная официальному духовенству, параллельная структура. В дальнейшем «младомусульмане» трансформировались сначала в духовную, затем и политическую оппозицию власти. Причем оппозиция не означает в данном случае союза с каким-либо оппозиционным движением или лидером. Лидеры джамаата отвергали все попытки известных в республике оппозиционеров привлечь их в качестве союзников. Джамаат был самодостаточной и мощной политической оппозицией. В конечном итоге он трансформировался в военный джамаат, объявивший Кабардино-Балкарскую республику частью Кавказского фронта.

4. Ислам: раскол, его предпосылки и последствия

По мнению большинства российских исследователей ислама, мусульманами в Кабардино-Балкарии исповедуется традиционное течение — ханафитский маcхаб. Профессор Центра Карнеги в г. Москве Алексей Малашенко побывал в Нальчике в августе 2002 и встречался с лидерами молодежного крыла исламской общины республики. В своей книге «Исламские ориентиры Северного Кавказа», написанной спустя год после визита в КБР, Малашенко причислил членов молодежных джамаатов Кабардино-Балкарии к последователям традиционного ханафитского масхаба. Позиция известного российского исламоведа резко отличается от позиции государства и ДУМ, которые называют молодежные джамааты в КБР «ваххабитскими и экстремистскими».

Началом раскола в исламской среде Кабардино-Балкарии местные и многие внешние наблюдатели склонны считать скандал с исчезновением денег на строительство соборной мечети в Нальчике в 1993 году. Деньги были собраны всенародно, для чего проводились масштабные благотворительные акции с участием СМИ. Все пожертвования переводились на счет муфтия Кабардино-Балкарии (официального мусульманского лидера, председателя Духовного управления мусульман) Шафига Пшихачева в коммерческом банке «Нарт», где главным бухгалтером работала родная сестра Пшихачева. Вскоре выяснилось, что деньги на мечеть исчезли. Скандал имел широкий общественный резонанс и освещался в локальных и центральных российских СМИ. В свое оправдание муфтий Пшихачев не смог привести сколько-нибудь убедительных объяснений. Вот в частности, что говорит Шафиг Пшихачев в интервью российскому интернет агентству «Портал Кредо» в ноябре 2005 года: «Да, средства были собраны и положены в вышеупомянутый банк. Но здесь мы, увы, тоже недоработали. Пять лет согласовывалась проектно-сметная документация, и решался вопрос с земельным участком. Так продолжалось до августа 1998 года, когда наступил дефолт. И банк «Нарт» «лопнул», причем не без участия некоторых чиновников из тогдашней администрации республики».

В связи с пропажей благотворительных денег власти не предприняли никаких законных санкций в отношение муфтия. Но в мусульманской среде его авторитет лидера и доверие было утрачено полностью. Шафиг Пшихачев предпочел покинуть республику и перебраться в Москву, где ему был предложен пост исполнительного директора организации Международная исламская миссия. Место муфтия занял по протекции властей племянник Шафига, выпускник Исламского университета в Ливии Анас Пшихачев.

Анализ последовавших событий показывает, что разногласия между младомусульманами и ДУМ носили более глубокий и претензионный характер, чем просто конфликт, вызванный растратой денег отдельным лидером. Смена муфтия не принесла успокоения в мусульманской общине. Претензии отколовшегося молодежного крыла к ДУМ были достаточно жесткими, позиция становилась все более бескомпромиссной.

В чем заключались разногласия между «единоверцами»? Чтобы ответить на этот вопрос нужно проанализировать позиции сторон.

ДУМ

Что собой представляли и представляют сейчас Духовные управления мусульман в республиках Северного Кавказа? Это единый орган управления мусульманским обществом в регионе. ДУМ имеют ставленников (имамов мечетей) в каждом населенном пункте. ДУМ регулируют все законы и обряды мусульман, включая рождение, свадьбу, смерть, раздел имущества и пр. Штат имамов сформирован в основном из бывших коммунистических функционеров пенсионного возраста, не имеющих богословского образования, не владеющих арабским языком. Эта структура полностью подконтрольна спецслужбам и власти.

Духовные управления республик Северного Кавказа подчиняются Координационному Центру мусульман Северного Кавказа. Эта структура создана в 1999 году. Интересна история формирования центра. Cовет муфтиев России два раза собирался по требованию Кремля. Власть настаивала на принятии определения явления «ваххабизм». Признание Советом муфтиев факта угрозы со стороны ваххабизма было важным условием легализации борьбы с этим явлением. Муфтии Поволжья и Татарстана отказались признавать «ваххабизм» «религиозным экстремизмом», тогда как Северокавказские муфтии согласились с такой установкой. В результате раскола Совета муфтиев был создан Координационный центр, на первом же заседании принявший и огласивший все необходимые Кремлю установки. В него входят семь духовных управлений мусульман: Дагестана, Чечни, Ингушетии, Северной Осетии, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Ставропольского края, Адыгеи и Краснодарского края.
Карачаевец, житель села Учкекен на юге Карачаево-Черкесии Исмаил Бердиев возглавляет Координационный центр с 2003 года, в 2006 году он был повторно избран на пост председателя. Действующий на родине Бердиева Карачаево-Черкесский джамаат неоднократно называл муфтия предателем. Бердиев без вреда для своего здоровья пережил несколько покушений на его жизнь. Однако в 2004-2006 годах в Карачаево-Черкесии были убиты 7 служителей ДУМ, в том числе и первый заместитель Бердиева имам мечети в Кисловодске Абубекир Кербижев. Накануне своей гибели Кербижев читал проповедь в главной мечети столицы Карачая Карачаевска. Имам проклинал членов джамаата, назвал их ваххабитами и экстремистами и призвал каждого мусульманина бороться с ними. Кербижев был убит на следующий день у входа в свой дом.

Убийства официальных мусульманских лидеров регулярно происходят и в другом неспокойном регионе – Ингушетии. И можно предположить, что это явление распространится и на другие республики на Кавказе. Военный амир Кабардино-Балкарии Анзор Астемиров в своем обращении к мусульманам республики, опубликованном на сайте Кавказ.центр летом 2006 года, сообщил, что составляются списки «предателей из числа имамов, они будут предупреждены, им будет дано время исправиться. В случае если они не воспримут предупреждение, они будут уничтожены».

Координационный центр мусульман Северного Кавказа, проводит политику Кремля. Представители центра, как правило, сопровождают президента России в его визитах в страны арабского мира и Турцию. До назначения главой Чечни покойный Ахмад Кадыров был постоянным членом подобных делегаций. Задача представителей Координационного Центра во время визитов – создание положительного имиджа Владимира Путина.

Любопытно и требует упоминания обращение Исмаила Бердиева к Владимиру Путину с просьбой об изменении Конституции России с тем, чтобы сохранить за Путиным пост президента России еще на один срок.

Заявление опубликовано 8 мая 2007 г. в центральных российских СМИ и в региональных изданиях. Письмо Бердиева показательно и заслуживает того, чтобы привести его текст полностью:

«Не за горами выборы руководителя Государства Российского — президента. За последние семь лет мы все стали свидетелями преображения России: окрепла политическая система, налицо подъем экономики, усилилось российское влияние на международной арене. Наконец-то мы вновь стали ощущать себя гражданами Великой Страны.
Можно называть разные причины этого чуда. Однако я, как богослов, не стал бы преувеличивать значение благоприятной экономической или политической конъюнктуры. Более того, считаю это глубоким заблуждением. Благословенно государство, во главе которого находится правитель справедливый. Именно справедливость, праведность, стремление следовать заповедям Всевышнего, делает правителя угодным Аллаху, который в ответ дарует свою милость, делает общество богатым и процветающим.
Уверен, именно такого правителя Россия обрела семь лет назад в Вашем лице. В том уверены миллионы верующих, мусульман и христиан, которые воочию убедились, что обращение страны к духовным корням есть не элемент манипуляций политтехнологов, а проявление воли человека, вне всякого сомнения, глубоко религиозного, стремящегося использовать власть не для личного обогащения, но во благо полутора сотни миллионов избравших его людей.
В марте следующего года россияне должны выбрать нового президента. Кто придет Вам на смену? Будут ли у него такие же крепкие руки, чтобы удержать кормило власти? Будет ли у него такая же ясная голова, способная осмыслить дела Великого Государства? И самое главное: будет ли у него такое же чистое, обращенное к Всевышнему сердце, чтобы устоять в великих искушениях, которые посылает власть имущим Иблис ( в исламе – Иблисом называется дьявол)? Эти вопросы часто задают простые верующие.
Уверен, что вопрос преемства власти волнует сегодня не только северокавказских мусульман, от имени которых я сейчас говорю, но и многих россиян. У меня нет мысли просить Вас нарушить закон. Напротив, убежден, что именно сейчас, как никогда важно закон исполнить, дать слово единственному источнику власти — народу, проведя референдум по вопросу внесения в Конституцию поправки, разрешающей президенту баллотироваться на третий срок.
Народ верит Вам, любит Вас, а потому, убежден, никогда не солжет Вам и в ответственный для страны момент подскажет правильное решение.
С молитвами о Вас, гражданин России, председатель президиума Координационного центра мусульман Северного Кавказа Исмаил Бердиев».

Оставим без комментариев подобострастный стиль обращения, но резко негативная реакция на это заявление в мусульманской среде Северного Кавказа вполне предсказуема. Понятно также, что подобная позиция не может послужить преодолению противоречий между официальным духовенством и джамаатами.

Так же как и российские спецслужбы, Духовные управления мусульман называют своих молодых оппонентов религиозными экстремистами и ваххабитами. В частности, в своем последнем по хронологии выступлении на брифинге в МВД Кабардино-Балкарии 27 апреля 2007 года муфтий Анас Пшихачев обозначил три основных направления деятельности ДУМ: взаимодействие с органами государственной власти и правоохранительными структурами, борьба с проявлениями религиозного экстремизма и ваххабизма, связь с представителями традиционных религий. Нужно отметить, что действующий муфтий КБР дословно повторил программу, озвученную его предшественником — Шафигом Пшихачевым пять лет назад на подобном брифинге в МВД в мае 2002 года. («Газета Юга» 02.20.2002). Последовательное сотрудничество Духовного управления мусульман с правоохранительными структурами в данном случае налицо.

Кабардино-Балкарский джамаат

Кто противостоит ДУМ? Кто такие младомусульмане? Молодежные джамааты Кабардино-Балкарии представляют собой разветвленную сеть из небольших групп – от 5 до 100-150 членов в каждом джамаате. Группы формируются в основном в местах проживания. Каждая группа имеет лидера – амира. Члены одной группы очень близки между собой, они совершают совместные молитвы, между ними принята взаимопомощь и поддержка. Местные джамааты входят в состав более крупных – районных, городских и все вместе образуют единый республиканский джамаат, подчиняющийся одному амиру, который является выборным лицом, и должен пользоваться непререкаемым авторитетом. У джамаата есть институты самоуправления, такие как суд, высший совет (шура), образовательные учреждения, производственные и торговые предприятия.

Подобная структура была сформирована на территории Кабардино-Балкарии в рекордно короткий период – с середины 90-х до 2003 г. По оценке доктора исторических наук, профессора РАН Ирины Бабич, специализирующейся на изучении исламских процессов в Кабардино-Балкарии, численность членов джамаата Кабардино-Балкарии в 2005 году приближалась к 10 тысячам. «В Кабардино-Балкарии можно сегодня поднять 10 тысяч молодых людей на вооруженную борьбу с властью», — заявила Ирина Бабич в интервью российскому интернет агентству «Кавказский узел» 27 мая 2006 года.

Сформировать эту масштабную структуру удалось небольшой группе молодых людей, обладающих даром убеждения и лидерским талантом. Лидеры молодежного крыла высокообразованны. Помимо светского высшего образования в России многие из них получили духовное образование в исламских университетах в Саудовской Аравии, Иордании, Египте. Некоторые из них принимали участие в первой или второй Чеченской кампании. У многих есть опыт участия в черкесских национальных движениях. Подробно об этих личностях речь пойдет чуть ниже.

Возвращаясь к теме противостояния официального духовенства и молодежи, приведем перечень основных претензий к ДУМ, которые озвучил лидер (амир) Кабардино-Балкарского джамаата Муса Мукожев в интервью российскому информационному агентству «REGNUM» осенью 2004 года:

1.Представители ДУМ сотрудничают со спецслужбами, способствуют репрессиям против молодежи. Имамы занимаются составлением тайных списков молодых мусульман, регулярно посещающих мечети. Эти списки передаются спецслужбам, по ним затем проводятся аресты, фабрикуются уголовные дела, практикуются пытки и моральные унижения.
2.Безграмотность и алчность имамов Мукожев назвал второй причиной разногласий с ДУМ. Имамы ДУМ не знают основ ислама, не понимают содержание священных книг, берут у людей деньги за исполнение обязательных молитв, практикуют нетрадиционные для ислама обряды, обременяющие население большими расходами. Если следовать местным традициям, поддерживаемым имамами, семья усопшего должна потратить на его похороны и поминки не меньше 60000 рублей. В некоторых случаях эта сумма переваливает за 200000. Большинство населения Кабардино-Балкарии не может заработать такие деньги в течение десятка лет.
Безграмотность амир Кабардино-Балкарского джамаата проиллюстрировал курьезным примером, когда на похоронах в одном из сел он обнаружил, что местный имам отпевал покойника по арабскому учебнику географии, будучи уверенным, что это Коран.

Указанные выше разногласия между ДУМ и молодежным джамаатом в дальнейшем переросли в непреодолимую пропасть, когда силовые структуры приступили к массовым репрессиям в среде младомусульман, а официальное духовенство подтвердило свою непримиримую позицию, выразив солидарность со спецслужбами «в борьбе с религиозным экстремизмом и ваххабизмом».

6. Главные действующие лица в Кабардино-Балкарском джамаате

Мусса Мукожев, 40, в силу многих причин стал главным действующим лицом на политической арене Кабардино-Балкарии с конца 1990-х годов . Мукожев, обладавший большим авторитетом в молодежной среде, был избран амиром Кабардино-Балкарского джамаата с момента его формирования.

В 1990 году окончил курсы исламоведения при Духовном управлении мусульман в Нальчике, затем Кабардино-Балкарский исламский институт. Проходил стажировку в Иордании.
С 1994 года руководитель Исламского Центра при Духовном управлении мусульман.

С 1997 года имам-хатыб мечети селения Вольный аул (пригород Нальчика). Пятничные проповеди Мукожева были настолько популярны среди молодежи, что мечеть не вмещала всех желающих послушать имама. В Вольный аул приезжали сотни мусульман не только из разных районов Кабардино-Балкарии, но из соседних республик. Подобная популярность имама не могла не встревожить российские власти. Мечеть Мукожева много раз подвергалась зачисткам, верующих арестовывали прямо во время молитвы с применением насилия. В итоге мечеть была закрыта правоохранительными органами КБР летом 2004.

В 1998 году Мусса Мукожев – избран амиром (лидером) мусульманской общины (джамаата) Кабардино-Балкарии.

Джамаат амира Мукожева с момента создания находится в оппозиции к официальному Духовному управлению мусульман КБР.

Муса Мукожев обвинялся генеральной прокуратурой РФ в причастности к серии террористических актов в Пятигорске, Минеральных водах и Карачаево-Черкесии. Уголовное дело №91169 в отношении Мукожева Артура (Мусы) по обвинению в подготовке и совершении террористического акта в г. Пятигорске 8 декабря 2000 г., в городах Минеральные воды, Ессентуки и поселке Адыгее-Хабль Карачаево-Черкесской республики 24 марта 2001 г. прекращено Генеральной прокуратурой РФ на основании статьи 208 ч.2 УПК РСФСР за недоказанностью причастности к совершению преступления.

Правоохранительными органами Кабардино-Балкарии Мукожев подозревался в связях с чеченскими полевыми командирами и помощи им, а также в распространении идей ваххабизма среди молодежи. Однако ни одно обвинение в адрес Мукожева не было доказано в суде.

Несмотря на постоянные аресты и преследование, есть основания предполагать, что власти считали Мукожева достаточно умеренным и способным к диалогу. Об этом свидетельствует заявление начальника отдела по борьбе с религиозным экстремизмом УБОП на брифинге в Министерстве внутренних дел КБР 21 сентября 2004 года: «Нельзя ставить мусульман из джамаата Мукожева, которые не совершали противоправных действий, но находятся в оппозиции к официальному духовенству на одну доску с бандитами. Пришла пора наладить диалог и объединиться против настоящих бандитов»

В интервью российскому информационному агентству «REGNUM» в сентябре 2004 года Мукожев сообщил, что его джамаат объединяет около 40 мусульманских обществ Кабардино-Балкарии, общая численность его сторонников не менее 10000 молодых мусульман. Эти данные впоследствии подтвердила в своих исследованиях профессор Ирина Бабич (см. выше).

Мукожев дольше Астемирова оставался на легальном положении. Во всех выступлениях в СМИ амир показывал себя категорическим противником начала войны на территории Кабардино-Балкарии. В 2004-2005 годах он неоднократно заявлял, что с трудом удерживает свои джамааты от вооруженной мести в ответ на репрессии со стороны силовиков и власти.
До сих пор остается неясной роль Мукожева в организации нападения на наркополицию и на силовые структуры в Нальчике 13 октября, так как Мукожев не взял на себя ответственность ни за одну из акций. Амир хранил молчание вплоть до конца сентября 2006 года, что породило различные версии и предположения. В частности, ФСБ Кабардино-Балкарии в мае 2005 года распространило информацию о расколе между лидерами Кабардино-Балкарского джамаата, в результате которого Астемиров якобы убил Мукожева. Автор этих строк является очевидцем того, что заявления об убийстве были пропагандистским трюком. В начале лета 2005 года Муса Мукожев встретился со мной для интервью, уже находясь в подполье. Мукожев, продолжал утверждать, что остается противником начала войны в КБР, однако, из его слов следовало, что эта тема является горячо обсуждаемой, и у него, как у амира, все меньше аргументов в пользу мирного развития ситуации. Обстановка конспиративной встречи давала возможность заключить, что решение о начале серьезных военных акций было уже принято.

Анзор Астемиров, 31, в военных сводках SaifuLLah – меч Аллаха. По происхождению князь (The Lord). В кабардинском дворянском списке фамилия Астемировых находится на высшей ступени. Получил религиозное образование в Саудовской Аравии в университете в Эр-Рияде. Принимал участие в военных действиях в первой и второй чеченской кампании. После возвращения в Нальчик работал журналистом.

Заместитель и близкий друг амира Кабардино-Балкарского джамаата Мусы Мукожева. Вместе с Мукожевым был арестован Генеральной прокуратурой в 2001 году по обвинению в подготовке и совершении террористических актов: в г. Пятигорске 8 декабря 2000 г., в городах Минеральные воды, Ессентуки и поселке Адыгее-Хабль Карачаево-Черкесской республики 24 марта 2001 года. Они были помещены на два месяца в известный на Северном Кавказе изолятор «Белый лебедь», расположенный в Пятигорске.
Дело Мукожева-Астемирова вел старший следователь по особо важным делам Управления Генпрокуратуры РФ на Северном Кавказе Игорь Ткачев. Тот самый, который расследовал дело по обвинению журналиста Андрея Бабицкого в участии в незаконных вооруженных формированиях, дело о «заговоре в Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии с целью свержения государсвенного строя», о «русских талибах» — бывших узниках Гуантанамо.

В ряде своих публикаций на протяжении нескольких лет оппозиционная российская «Новая газета» рассказывает о деятельности Игоря Ткачева. В статьях приводятся многочисленные свидетельства изощренных пыток, которые применяет в работе следственная группа Ткачева, приводятся так же свидетельства о вымогательстве группой Ткачева крупных взяток за освобождение обвиняемых или облегчения их участи. Журналисты газеты сообщают, что именно Ткачеву поручаются самые сомнительные дела, итог которых уже предрешен, чтобы сфабриковать необходимые доказательства и предъявить такое обвинение, на какое был сделан заказ, часто заказы носят политический характер. (# 40 за 2004 г., #88 за 2002, #71 за 2006, #26 за 2003, #10 за 2000 и пр.).

Сказанное позволяет предположить, что дело «Мукожева-Астемирова» должно было стать очередным громким успехом Генпрокуратуры в борьбе с терроризмом. Однако уголовное преследование в отношение Мукожева и Астемирова по этим обвинениям было неожиданно прекращено Генеральной прокуратурой РФ на основании статьи 208 ч.2 УПК РСФСР за не доказанностью причастности к совершению преступления.

После освобождения из сизо и снятия обвинений Астемиров выступил в числе учредителей Института исламских исследований в Нальчике, где занимал пост заместителя директора по научной работе до ухода в подполье.

В октябре 2005 года назначен командующим Кабардино-Балкарским сектором Кавказского фронта. Специализируется на организации крупных военных операций.
Анзор Астемиров взял на себя ответственность за организацию нападения на офис Наркополиции в Нальчике в декабре 2004 года. В результате операции четверо офицеров наркополиции были убиты, при этом группе Астемирова удалось похитить весь арсенал: около 275 единиц стрелкового оружия, большое количество гранат и боеприпасов и скрыться без потерь. Нападение на Наркополицию в Нальчике российские власти назвали одной из самых дерзких акций на Северном Кавказе. Расследование дела ведет Генеральная прокуратура РФ. Часть похищенного оружия была найдена в тайнике в Ингушетии, часть – использована в следующей крупной операции, организованной Астемировым 13 октября 2005 г. в Нальчике.

Расул Кудаев, 33, на исламском Кавказе получил признание как ученый, один из мусульманских богословов, чьи познания в исламской науке позволили получить звание шейха. Нужно отметить, что в Кабардино-Балкарии два человека известны как Расул Кудаев. Один из них – бывший узник лагеря Гуантанамо, в настоящее время арестован и находится в СИЗО в Нальчике, как руководитель одной из групп, участвовавших в атаке на силовиков 13 октября 2005. Этот Кудаев не входил в группу лидеров Кабардино-Балкарского джамаата. Речь в нашем исследовании идет о другом Кудаеве, занимавшем в джамаате одну из лидирующих позиций.
Расул Кудаев бучался в исламском медресе, затем Исламском институте, которые были открыты в Нальчике при Духовном управлении мусульман в 1992г.
По направлению ДУМ поступил и закончил Институт арабского языка, затем отдел исламских наук в городе Эр Рияде в Саудовской Аравии. Выпускник факультета шариата самого престижного ВУЗа Саудовской Аравии Исламского Университета имени Мухаммада ибн Сауда в городе ар-Риаде в 2000 году.
В 200-2002 г.г. преподавал исламские науки в Арабской Академии в Москве. Аспирант Арабской Академии финансовых и банковских наук под эгидой Лиги арабских стран. По возвращении на родину в Нальчик в 2002-2004 годах читал лекции и уроки по исламским наукам, проводил молитвы и проповеди в мечетях Кабардино-Балкарии. Вместе с Мукожевым, Астемировым и Нахушевым – выступил как соучредитель и сотрудник Кабардино-Балкарского Института Исламских Исследований.
В Кабардино-Балкарском джамаате, благодаря своему образованию, занимал одну из главных позиций – должность судьи. За разрешением споров к Расулу Кудаеву обращались не только члены джамаата, но и представители других слоев общества, в том числе и власти. География приезжающих в Нальчик в поисках исламского суда была так же обширна – все республики Северного Кавказа.
Летом 2004 года Расул Кудаев по настоянию друзей из джамаата покинул Россию, и уехал за границу. Причиной отъезда Кудаева стали опасения за его жизнь, так как он подвергался постоянным преследованиям со стороны правоохранительных структур России. Кудаев не вернулся в Нальчик, однако по утверждениям российских спецслужб, сохранил связи с Кабардино-Балкарским джамаатом. Так весной 2006 года в пригороде Нальчика в бою со спецслужбами были убиты два моджахеда. Среди вещей погибших были найдены CD диски с личной перепиской, обращенной к лидерам джамаата Кабардино-Балкарии. Аудио запись на дисках обосновывала с точки зрения ислама обязательность джихада в Кабардино-Балкарии. Голос проповедника был идентифицирован, как голос Расула Кудаева. Однако статус Кудаева остается неясным – его имя периодически вносится и удаляется из списка разыскиваемых. По информации от источника в спецслужбах РФ Расул Кудаев находится в оперативной разработке.
Руслан Нахушев, 49, с отличием кончил академию КГБ ССР и Академию внешней разведки имени Андропова, арабист. Ушел в отставку по собственному желанию в чине майора.

После увольнения возглавил Кабардино-Балкарское отделение Миротворческой миссии генерала Лебедя на Северном Кавказе. Нахушев занимался поисками и спасением людей из плена в Чечне. Он лично без сопровождения ездил в лагеря и вел переговоры с похитителями. В 2001 году сблизился с лидерами джамаата и помогал им в решении юридических проблем. В частности, освобождение из СИЗО в Пятигорске Мукожева и Астемирова стало возможным благодаря участию Нахушева.
В Институте исламских исследований, который Нахушев создал и возглавлял, Мукожев и Астемиров были его заместителями. О роли Нахушева в джамаате существуют различные версии. В частности во многих российских СМИ высказывались предположения о том, что работа с лидерами джамаата была заданием Нахушева, остававшегося тайным агентом ФСБ. По этой версии его задачей было не допустить перехода джамаата к вооруженному сопротивлению властям. По второй версии Нахушев действительно входил в состав джамаата. В тайных списках ваххабитов, созданных в республике в начале 2000-х г. Нахушев значился, как заместитель амира по юридическим вопросам и взаимоотношениям с официальными структурами. Кроме того, ряд СМИ, контролируемых спецслужбами опубликовал материалы о «предательстве» бывшего офицера КГБ, перешедшего на сторону сопротивления. (Газета «Северный Кавказ», издание правительства РФ «Российская газета»).
В период репрессий в отношение членов джамаата Руслан Нахушев регулярно выступал в интересах молодых мусульман. В частности в интервью российскому агентству REGNUM в сентябре 2005 года Нахушев отметил следующие проблемы джамаата Кабардино-Балкарии: массовые нарушения прав мусульман правоохранительными органами, фактически антиисламский экстремизм местных властей; религиозное невежество большой части молодых мусульман; дискриминация по религиозному признаку на работе, в учебных заведениях, в обществе и семье; масштабная безработица и низкий уровень жизни.
После октябрьской атаки на силовые органы прокуратура Кабардино-Балкарии обвинила Нахушева по трем статьям – терроризм, подстрекательство к терроризму, пособничество террористам. ФСБ КБР настаивало на возбуждении уголовного дела еще по одной статье – отмывание денег и финансирование джамаата. Однако прокуратура республики сочла доводы ФСБ недостаточно убедительными. Нахушев бесследно исчез 4 ноября 2005 года в Нальчике после первого допроса в ФСБ.
В МВД и ФСБ Кабардино-Балкарии считают, что Нахушев жив, и скрывается от правосудия. Он объявлен в розыск в числе других организаторов и участников Нальчикских событий. Однако
российские правозащитники заявили, что Нахушева, скорее всего, убили российские спецслужбы.

Между тем прогнозы и заявления Нахушева оказались правильными. Ситуация в Кабардино-Балкарии стремительно обострялась.

7. Социально экономический коллапс и усиление влияния МВД в КБР

Возглавлявший Кабардино-Балкарию с 1985 г. в качестве коммунистического секретаря Валерий Коков, в январе 1992 г был избран президентом республики и оставался в этой должности вплоть до смерти в сентябре 2005 г. С начала 90-х годов Коков был уже вторым лицом в Совете Федерации РФ, членом Госсовета России и пользовался огромным влиянием в высших кругах. Кремль считал политическую тактику президента Кабардино-Балкарии, основанную на личном авторитаризме близком к диктатуре, удачной для управления раздираемой противоречиями и конфликтами северокавказской республикой.

Правозащитники и оппозиция обвиняли Валерия Кокова в разгуле коррупции, торговле должностями, разворовывании бюджета и обнищании республики. В последние годы правления Кокова, когда больной раком президент большую часть времени отсутствовал на рабочем месте, Кабардино-Балкария представляла собой клубок проблем и конфликтов. В частности долги республики перед федеральным бюджетом превышали в два раза годовой бюджет Кабардино-Балкарии и достигли 2.9 миллиардов рублей. Таких же размеров достигали задолженности по заработной плате перед работниками бюджетной сферы. Врачи, учителя, чиновники не получали зарплату по 2-3 месяца даже в середине 2005 года, тогда как в общем по России эта проблема была решена на два года раньше.

Из-за огромной задолженности властей Кабардино-Балкарии перед энергетическими компаниями население терпело лишения и в быту: отключения тепла, света и воды носили регулярный характер. С 2003 по 2005 год правительство КБР работало без министра финансов, так как никто из местных чиновников не соглашался занять эту престижную должность, из-за страха оказаться ответственным за ужасающие своими размерами хищения государственных средств.

На фоне всеобщих проблем в столице республики Нальчике вырастали новые микрорайоны с роскошными дворцами, принадлежащими чиновникам. Социальное недовольство и социальные различия в обществе достигли критического уровня.

Многократно возросла роль силовой ветви власти. Особенно сильными стали позиции Министерства внутренних дел КБР. Штат милиции в Кабардино-Балкарии достиг беспрецедентной в масштабах Северного Кавказа численности – около 15 тысяч сотрудников. Милиция вмешивалась во все сферы жизни общества и установила контроль над бизнесом и криминалом. Взаимоотношения силовых структур и населения характеризовались взаимной ненавистью и финансовой зависимостью населения от милиции.

Республиканская «Газета Юга» в номере от 18 сентября 2001 года приводит сводку по 362 преступлениям, совершенным сотрудниками МВД в этом году. Среди преступлений большую часть составляют такие тяжкие, как убийства, изнасилования, грабежи, вымогательство взяток, превышение служебных полномочий.

Хачим Шогенов — генерал, министр внутренних дел Кабардино-Балкарии с 1992 по 2006 г.г., кабардинец по национальной принадлежности, фигура сильная и для республики зловещая. При официальной заработной плате размером менее тысячи долларов в месяц, Шогенов считается одним из подпольных долларовых миллионеров. Его семье принадлежит отель в Приэльбрусье, ипподром в Нальчике, несколько особняков в Нальчике и квартир в Москве. Все это имущество генерал приобрел за время службы в должности главы МВД КБР. Шогенов живет в особняке в пригороде Нальчика, Чегеме. Общая площадь территории поместья генерала составляет около пяти гектаров. В усадьбе есть собственный водоем, прислуга, конюшня с десятком чистокровных скаковых лошадей арабской породы.

Феодал-министр установил средневековые методы работы и в своем ведомстве. Именно при Шогенове в республике впервые начали практиковаться массовые аресты, пытки и унижения. При нем были сформированы тайные списки ваххабитов, в которых оказались 422 жителя республики. Как показывают опросы общественного мнения в КБР с начала 2000-х годов, милиция стала злом, которого больше всего опасалось население.
В условиях абсолютизации власти силовиков в 2001 году в Москве прозвучало заявление, поставившее крест на многолетних усилиях президента КБР Валерия Кокова по созданию имиджа самой спокойной республики. Бывший в то время генеральным прокурором России Владимир Устинов заявил о раскрытии заговора в КБР и КЧР с целью свержения конституционного строя и создания исламского государства.

Заявление прозвучало накануне визита президента России Владимира Путина в Кабардино-Балкарию в сентябре 2001. По данным генпрокурора отряд чеченского полевого командира Руслана Гелаева направился из Панкисского ущелья Грузии через Кавказский хребет в Кабардино-Балкарию и Карачаево-Черкесию. В этих республиках Гелаева якобы ждали готовые к вооруженному восстанию группы местных боевиков.

Заявление Устинова вызвало резкую критику, в публикациях российских СМИ его признали безосновательным или, по крайней мере, раздутым. Тем не менее, большая группа жителей КЧР и КБР была арестована, но только четверо впоследствии предстали перед судом и были осуждены.

Спустя два месяца после заявления Устинова, МВД Кабардино-Балкарии подтвердило информацию о существовании в республике групп местных жителей, связанных с чеченским боевиками. На брифинге в МВД КБР в ноябре 2001 года начальник УБОП Фуад Шурдумов сообщил, что группу Гелаева в КБР ждали: «Но конкретных лиц и адресов не было установлено».

8. Черные списки, зачистки, спецоперации

Начиная с 2002 года, сообщения о происшествиях в Кабардино-Балкарии напоминают сводку боевых действий в Чечне, хотя КБР продолжает считаться мирной республикой.
В 2001 году только в одном Эльбрусском районе, граничащем с Грузией, проводится шесть крупных спецопераций – вооруженных столкновений с группами или отдельными моджахедами.

Выступая на брифинге в МВД республики в марте 2002 года президент Кабардино-Балкарии Валерий Коков сообщает, что созданы списки экстремистов, которые «хотят поцарапать прекрасную Кабардино-Балкарию. Но мы никому не позволим этого сделать. Каждый из 400 человек находится под круглосуточным наблюдением и правоохранительные органы готовы к любым мерам по отношению к этим людям, вплоть до физического уничтожения, если это понадобится».

В 2002-2003 годах власти приступают к массовому наступлению на «религиозных экстремистов». В республике повсеместно закрываются мечети, происходят необоснованные аресты, появляются сообщения о пытках и унижениях во время допросов.

В 2003 году в городе Баксане в 20 километрах к западу от Нальчика спецназ вступает в бой с группой неизвестных в одном из частных домов. МВД сообщает, что в доме находится Шамиль Басаев. Басаеву удается уйти невредимым вместе с женой и телохранителем из города, взятого под контроль на земле и с воздуха. Один из рядовых участников операции анонимно рассказывает республиканской «Газете Юга» (от 29 августа 2003г.), что с наступлением темноты все силы были отозваны по приказу высокопоставленного руководителя одного из силовых ведомств.

Вслед за этим задерживаются одновременно около 170 членов джамаата КБР, все они жестоко избиваются, группе задержанных принудительно сбривают бороды битым стеклом, другой группе на голове выбриваются кресты, некоторым заливают в рот водку. Все эти унижения и насилие подробно описаны в заявлениях, которые массово рассылаются во все инстанции – от прокуратуры до президента России. В заявлениях мусульмане просят наказать сотрудников милиции и ФСБ, оскорбивших их религиозные чувства. Однако все эти обращения остаются без ответа.

В апреле 2004 года в городе Тырныаузе на юге Кабардино-Балкарии происходит первое в республике массовое похищение людей. 9 местных жителей исчезают из автобуса, который находят брошенным на дороге со следами пуль. Пропавшие нашлись через двое суток – все они были выброшены на обочины автодорог на территории Северной Осетии и Ставропольского края. По рассказам пострадавших, их похитили сотрудники российских спецслужб, пытали, кололи иглами и ножами, применяли специальные электронные аппараты и электрошок. У похищенных пытались выяснить, связан ли президент Кабардино-Балкарии Валерий Коков с чеченскими сепаратистами и местными исламистами.

К этому времени в республике военные столкновения с группами моджахедов становятся регулярными. В июле 2003 г. совершено нападение на милицейский патруль в Тырныаузе, тяжело ранен офицер милиции. В это же время УБОП (управление по борьбе с религиозным экстремизмом) сообщает об изъятии при обысках у членов джамаатов книги «Низам муджахида» о методах ведения джихада и учебника «Подготовка разведчика по системе спецназа ГРУ»

В октябре 2003 г. в перестрелке в пригороде Нальчика убит сержант милиции. В октябре 2003 г. в спецоперациях в Эльбрусском районе убиты восемь моджахедов, которые по информации МВД являлись членами группировки «Ярмук», состоящей из местных жителей, бывших участников отряда чеченского командира Руслана Гелаева. Лидером группы называют жителя балкарского села Кенделен Муслима Атаева.

Летом 2004 года в Нальчике и пригородах по приказу властей одновременно закрываются все мечети. Члены джамаата продолжаются собираться и совершать молитвы на улицах у закрытых мечетей.

В августе 2004 г вблизи дачи министра внутренних дел Шогенова происходит 8 часовой бой, в котором погибают 2 сотрудника милиции и 2 моджахеда. Это нападение так же приписывается группировке Атаева.

В сентябре в пригороде Нальчика поселке Хасанья спецслужбы похищают близкого друга Атаева – Расула Цакоева. Через три дня его выбрасывают на свалку со следами пыток. Перед смертью Цакоев успевает рассказать, что от него требовали подписать признание в том, что он снабжает чеченских боевиков сотовыми телефонами и продуктами. Гибель Цакоева вызывает массовые выступления в Нальчике. После чего с лидером джамаата Кабардино-Балкарии Мусой Мукожевым в доме правительства встречаются премьер-министр, глава МВД и прокурор республики. На встрече Мукожев требует прекратить репрессии и открыть мечети. Представители власти требуют от джамаата прекратить вмешиваться в политику и присоединиться к официальному ДУМ. Единственная в истории конфликта попытка мирных переговоров, предпринятая властью, заканчивается провалом.

Вскоре после этого в конце сентября 2004 г. на сайте Кавказ-центр появляется сообщение: «Доводим до сведения всех, что на сегодня, милостью Аллаха, сформирован Кабардино-Балкарский боевой джамаат «Ярмук». Подразделения джамаата «Ярмук» дислоцированы на территории Кабардино-Балкарии и приступают к выполнению поставленных перед ними боевых задач в соответствии с требованиями джихада»
14 декабря 2004 года происходит нападение на наркополицию, о котором писалось выше. Дерзость и безукоризненная организация операции заставляют российские власти делать заявления о существовании в Кабардино-Балкарии серьезного очага сопротивления, организатором нападения власти считают группировку Муслима Атаева.
Через неделю после нападения на наркополицию министр внутренних дел КБР Хачим Шогенов заявляет о формировании в республике специального подразделения МВД по борьбе с терроризмом, штат которого составит 300 сотрудников. Одновременно на 100 процентов увеличивается состав СОБРа и ОМОНа КБР.

2005 год в Кабардино-Балкарии начинается с крупнейшей на территории всех мирных республик Северного Кавказа показательной акции силовиков. В январе на северной окраине Нальчика проводятся карательно-показательные учения по уничтожению лидера «Ярмук» Муслима Атаева. Подобная масштабная войсковая операция с участием всех подразделений МВД, ФСБ и Армии впервые вне территории Чечни проводится в жилой зоне города. Тяжелая техника (танки, БМП и БТР), спецназ ГРУ, авиация, ОМОН, СОБР, полк регулярной Армии – в общей сложности более 3 тысяч бойцов, приняли участие в операции против четырех женщин, трех мужчин и 8 месячного ребенка. Подготовка к штурму продолжалась двое суток, все это время жители трех пятиэтажных 100 квартирных домов оставались на улице при 27 градусах мороза по Цельсию. Без теплых вещей и без питания. Штурм продолжался около 6 часов, в результате все «7 членов «Ярмук» вместе с лидером Муслимом Атаевым уничтожены», — заявил на пресс-конференции по итогам операции руководитель антитеррористического центра на Северном Кавказе генерал Аркадий Еделев. Фактически в двух квартирах были заблокированы без права капитуляции и уничтожены три семьи, в том числе семья Муслима Атаева вместе с восьмимесячной дочерью, тело которой было тайно вывезено из квартиры. Факт убийства ребенка власти отрицают, несмотря на свидетельства очевидцев, о месте захоронения девочки родственникам не сообщили.

Впоследствии подобные совместные учения в условиях, приближенных к реальным, с реальными жертвами, стали практиковаться и в других республиках Кавказа.
Спецоперация против Атаева создала для силовиков новую задачу: обнаруженное в квартирах убитых оружие не имело отношения к похищенному в наркополиции. Это обстоятельство ставило под сомнение единственную версию следствия о причастности Атаева к похищению арсенала Наркополиции.

Одновременно с усилением МВД в 2005 году продолжаются репрессии в отношение мусульман, приобретающие все более общий характер. Два случая требуют отдельного внимания, потому что все задержанные участники октябрьских событий в Нальчике в ходе допросов указали именно эти случаи, как главную причину, побудившую их вооруженному сопротивлению. Весной 2005 года в Государственном Университете в Нальчике происходит арест 9 студенток, оставшихся после занятий в аудитории для совместного чтения Корана. Девушки задерживаются на 10 часов, их подвергают унизительному допросу и обыску. Руководство университета не встает на защиту своих студенток, а наоборот, предупреждает их об отчислении, в случае повторного ареста, хотя все 9 девушек входят в группы отличников.

Духовное управление мусульман КБР так же оставляет униженных студенток без своего покровительства. Экс-муфтий КБР Шафиг Пшихачев подвергает сомнению факт ареста девушек: «Инцидента с девушками, возможно, не было», — заявляет он в своем выступлении на сайте Портал-кредо (19 апреля 2005 г.)

Второй случай, упоминаемый во всех протоколах допросов арестованных в Нальчике – избиение беременной жительницы Нальчика Елены Гасиевой летом 2005 года. Молодая женщина вышла купить хлеб, и была арестована офицером МВД, который отвез ее в свой офис и бил по почкам, требуя поставить свою подпись на пустом листе бумаги. После побоев Гасиева оказалась в больнице, врачам с трудом удалось спасти ее ребенка.
Нетрудно объяснить, почему в длинном списке репрессий именно эти два случая больнее всего ранили молодых мусульман. На Кавказе, особенно в Кабардино-Балкарии менталитет населения веками складывался на устоях, которые не прощают насилия по отношению к женщине.

В течение 2005 года в Кабардино-Балкарии бои между правоохранительными органами и повстанцами стали регулярными.
В феврале 2005 г. в Нальчике были похищены два ближайших помощника Мукожева и Астемирова. Через неделю поисков родные похищенных обнаружили их в Пятигорске в СИЗО Белый лебедь со следами пыток. По результатам их допросов вина за организацию нападения на наркополицию была возложена на Анзора Астемирова и еще 13 участников Кабардино-Балкарского джамаата, все они были объявлены в розыск.
Количество погибших в регулярных боевых столкновениях с обеих сторон исчислялось уже десятками. В пригородах и в самом Нальчике летом 2005 г. были обнаружены крупные тайники с оружием, в городе Чегем два моджахеда подорвались во время изготовления бомбы. В подвале дома была обнаружена оборудованная лаборатория по изготовлению взрывных веществ.

На сайте Кавказ-центр появилось очередное обращение Кабардино-Балкарского джамаата «Ярмук» к жителям республики. Джамаат предупреждал о готовящейся военной акции, просил мирных жителей по возможности избегать офисы правоохранительных структур, чтобы не стать случайной жертвой. Сотрудников силовых структур джамаат призывал уволиться пока еще есть возможность сохранить свои жизни.
Нальчик, 13 октября 2005

Небольшими группами боевиков одновременно были атакованы 18 объектов силовых и правоохранительных структур в Нальчике и в пригородах. Президент России Владимир Путин приказал заблокировать город, чтобы не допустить в него возможные группы поддержки из других республик. Одновременно с этим в Нальчике были заблокированы все виды связи, включая сотовую и стационарную телефонную, а также радиосвязь. Эти меры помешали координации действий повстанцев и серьезно повлияли на исход акции.

События 13 и 14 октября достаточно подробно освещались во всех СМИ мира, исследования на эту тему не являются редкостью. Вкратце можно напомнить, что в результате боев были убиты 35 сотрудников различных структур, 12 мирных граждан и 37 повстанцев. Впоследствии количество убитых моджахедов увеличилось больше чем вдвое. Подавляющая часть нападавших не имела военного опыта, вооружение так же не было достаточным. В нападении участвовали менее 200 человек. 99 процентов повстанцев были жителями республики. Среди убитых один осетин, четыре балкарца, один ингуш, один русский, все остальные кабардинцы. По социальному положению повстанцы были более разнородны, чем по национальному. Среди погибших есть врачи, адвокаты, сыновья влиятельных и богатых семей, бизнесмены, учителя. Территориально джамааты, принявшие участие в акции, относились к различным районам республики. Практически полностью погибли или были замучены на допросах члены Зольского джамаата (селение Залукокуаже на западе КБР в 10 км от Пятигорска), джамааты Нартана, Терека, Чегема, Шалушки, Кенже, Нальчика, Москвы понесли значительные потери.

Наблюдатели отметили странную деталь – со стороны боевиков раненых не оказалось. Очевидцы событий и родственники убитых повстанцев заявили, что даже легко раненых моджахедов добивали, так как был приказ не брать никого живыми. Тела убитых по приказу президента России не убирали с улиц до утра 16 октября. Все это время жители Нальчика находились в состоянии шока, убитых родственников и учителей узнавали на улицах дети.

Впоследствии варварское обращение с телами убитых в Нальчике повстанцев получило подтверждение видео и фотодокументами. Тела не выданы родственникам и не захоронены.

Сразу за 13 октября последовал период жесточайших репрессий. По Кабардино-Балкарии прокатилась волна массовых арестов и зачисток. Появились заявления о гибели арестованных на допросах. А также сведения о составлении новых черных списков, в которые на этот раз вносили даже детей. Для составления списков неблагонадежных детей спецслужбы привлекли администрации школ. Несовершеннолетних допрашивали в кабинетах директоров школ, без уведомления и присутствия родителей. (REGNUM, 2 марта 2006 г.)

Существование новых списков подтвердил и новый начальник УБОП Арсен Тишков. На брифинге в МВД в июле 2006 года Тишков сообщил, что созданы новые списки приверженцев радикального ислама, в них включены уже не 422, как было раньше, а 5000 жителей республики.

В настоящее время в следственных изоляторах Кабардино-Балкарии находятся более 90 человек. Генпрокуратура предъявила всем обвинение по пяти статьям уголовного кодекса РФ, в числе которых – терроризм, попытка свержения государственного строя и участие в незаконном вооруженном формировании.

Восстание повстанцев в Нальчике потерпело поражение, джамаат понес невосполнимые потери, что объясняет тот факт, что последовавшие за акцией 1,5 года республика была спокойной с позиции активности моджахедов. Однако с точки зрения идеологии Россия в Нальчике понесла сокрушительное поражение, равное по силе поражению в Беслане. Так же как лояльные к России осетины осознали, что лояльность не спасла их детей от массового убийства, многие черкесы осознали, что война пришла в их дом независимо от того, как они относятся к России, Россия не намерена с ними церемониться.

Показателем перемен в общественном мнении стали многочисленные случаи увольнения людей из правоохранительных органов по собственному желанию. Конечно, большой процент увольнений был связан с давлением со стороны родных, многие говорили, зачем нужна работа, из-за которой тебя могут убить. Но было и немало таких, кто уволился сознательно, отказавшись служить государству, заставляющему убивать братьев по крови. Однозначно можно констатировать рост сепаратистских настроений в черкесской среде, как следствие атаки 13 октября.

Что в настоящее время мы знаем о Кабардино-Балкарском джамаате?

Официальная информация и заявления лидеров джамаата в данном случае, во многом сходятся, хотя подобное сходство официальной и неофициальной информации нетипично для пропагандистской войны.

«Поступающая оперативная информация свидетельствует о том, что недобитые лидеры и члены бандформирований не отказались от преступных замыслов и готовят новые террористические акты против мирных граждан, называя это «джихадом», — заявил в январе 2006 года на коллегии МВД КБР министр внутренних дел республики Хачим Шогенов.

Он подчеркнул: «Оперативные данные свидетельствуют о том, что в их распоряжении имеются значительные денежные средства. Нападение на Нальчик, ответственность за которое взяли на себя известные международные террористы, часть большой, проплаченной программы по дестабилизации ситуации, как на Юге России, так и в стране в целом».

Вскоре после этого выступления Хачим Шогенов был отправлен в отставку с поста министра. Аналитики расценили отставку Шогенова, как крупную победу нового президента КБР Арсена Канокова, 49. Кроме личных неприязненных отношений между ними происходила еще и серьезная борьба за сферы влияния. Укрепившийся при прежнем руководстве Шогенов, продолжал чувствовать себя хозяином республики и при молодом президенте настолько, что позволял себе не присутствовать на заседаниях правительства, игнорируя приглашение президента.

Увольнение министра в какой-то степени облегчило президенту поиски стабильности в урегулировании балкарского вопроса. Балкарцы, считавшие Шогенова националистом и виновником большинства зачисток, стали более доступны для диалога. У Канокова появилась возможность решать вопросы с балкарцами «мягкими методами», приверженцем которых он себя заявил с момента вступления в должность. Кроме того, президент получил «плюс» в глазах членов джамаата, уволив их заклятого врага. Однако с другой стороны, уход с арены Шогенова не изменил существенно расклад сил в большой игре – позиции Российских силовых структур и противостоящих им на Кавказе сил сопротивления остались прежними.

Это подтвердил в выступлении на брифинге в Ростове-на-Дону руководитель оперативного штаба в Чечне, заместитель министра внутренних дел РФ генерал-полковник Аркадий Еделев в марте 2007. Генерал заявил: «Чечня уже не является лидером нестабильности на Северном Кавказе. Нас больше беспокоят Ингушетия, Дагестан и Кабардино-Балкария. Здесь действуют две хорошо подготовленные и глубоко законспирированные террористические группы. Это банда Астемирова и Мукожева, а также группа Солпагарова». (Салпагаров – один из амиров Карачаево-Черкесского джамаата).

Еделев не случайно упомянул группу Салпагарова в одном контексте с лидерами джамаата КБР.

По информации от источников в лагере сопротивления, наиболее тесные связи джамааты Кабардино-Балкарии имеют с Карачаево-Черкесским джамаатом и с джамаатом «Кутаиб-аль-Хоул» (Бригады мощи) в Северной Осетии. Возможно, эти связи укрепились уже после Нальчика 10.13.2005, так как по информации от источника в период подготовки атаки на Нальчик лидеры Кабардино-Балкарского джамаата предпринимали попытки привлечь к участию в операции джамааты в Карачаево-Черкесии и Адыгее, с тем, чтобы организовать одновременное выступление в трех республиках. Однако этот план не имел успеха. Связи с Ингушетией до октября 2005 года носили более тесный характер. В КБР долгое время находил убежище приближенный Шамиля Басаева, Ильяс Горчханов – один из лидеров ингушского фронта. До сближения с лидерами джамаата КБР Горчханов был объявлен Генеральной прокуратурой в розыск, как участник группы Хаттаба, а позже – как один из организаторов нападения на Назрань летом 2004 года. Ильяс Горчханов сыграл важную роль в подготовке Нальчикской атаки и принял в ней личное участие. Группе Горчханова был поручен один из самых важных объектов – управление ФСБ, где он был убит в ходе перестрелки. С гибелью Горчханова связь с ингушскими джамаатами, возможно, была утеряна. Но источников достоверной информации об этом найти не удалось.

Анзор Астемиров в своем видео выступлении, размещенном на Google.com и опубликованном на нескольких информационных сайтах моджахедов (kavkaz.center.com, camagat.com, kabardeyonline.org) сообщает, что численность сторонников и членов джамаата в Кабардино-Балкарии и за ее пределами увеличивается с каждым днем. Содействие моджахедам оказывают представители всех слоев общества, включая чиновников и сотрудников силовых структур. По словам амира, джамаат на ближайшее время избрал тактику партизанской войны, которая предполагает адресные акции, в числе которых физическая ликвидация наиболее одиозных служащих российских властных и правоохранительных структур.

23 сентября 2006 года через год после Нальчикской атаки амир Мукожев нарушил годовое молчание. Кавказ-центр опубликовал заявление Мукожева под заголовком «Выйдя на джихад, мы обрели настоящую свободу». Выступление очень важно для понимания того, в каком состоянии находится джамаат в настоящее время. Есть несколько фундаментальных заявлений, которые необходимо отметить.

Первое – это признание ошибочной прежней тактики «мирного сосуществования государства и джамаата»:
«Не замечать тот факт, что рядом с нами, в Чечне, идет война, и делать вид, что мы не имеем к моджахедам отношения, мы не могли. Поэтому, когда у нас образовался джамаат, мы выбрали «золотую середину» и решили сочетать мирный призыв с Джихадом. На самом деле, это была не золотая середина, а попытка совместить несовместимые вещи — мир и войну».
Второе — сообщение о расформировании джамаата и преобразовании мусульманских общин в боевые группы:

«Сегодня, джамаат Кабардино-Балкарии в том виде, в каком был раньше, уже не существует. Амиры джамаатов решением Шуры (совет мусульманской общины) освобождены от своих полномочий, вместо них назначены военные командиры».
Третье – призыв к вооруженному сопротивлению:

«Если сегодня я встречаю человека, который думает, идти ли ему в мечеть совершать молитву или делать Джихад, первое, что я ему говорю: нужно воевать».

В выступлении Мукожева есть так же признание в личном участии в Чеченской войне.
«Амиры Кабардино-Балкарского джамаата на протяжении многих лет участвовали в войне против кафиров, организовывали тыловое обеспечение моджахедов, сами перевозили оружие, занимались лечением раненых и лично принимали участие в боевых операциях».

Нужно отметить, что участие Астемирова в военных действиях в Чечне факт известный, тогда как Мукожев впервые открыто признается в этом.

В общем, сведения, изложенные в выступлениях Мукожева и Астемирова, дают представление о современном состоянии Кабардино-Балкарского джамаата. Вкратце ситуация представляется таким образом:
1.Раскол в Кабардино-Балкарском джамаате имел место во время принятия решения о начале военных действий. В результате, какая-то часть членов джамаатов вышла из подчинения амиров.
2.На территории КБР созданы автономные военные группы, имеющие своих командиров.
3.Лидеры групп связаны между собой, решение по важным вопросам принимается ими совещательно (Шура).
4.Военные джамааты связаны с сопротивлением в других республиках и считают себя частью Кавказского фронта.
5.Джамааты имеют поддержку среди разных слоев общества, включая власти и силовые структуры.

В настоящее время Мукожев и Астемиров, объявлены в федеральный и международный розыск. Несмотря за обещанное за их головы крупное вознаграждение, серьезные усилия различных спецслужб РФ по их поискам в течение двух лет (с декабря 2004 г.), остаются безрезультатными. Этот факт можно считать свидетельством, подтверждающим широкую поддержку движения сопротивления среди населения Кабардино-Балкарии и других республик Северного Кавказа.

Фатима Тлисова, The Jamestown Foundation, Washington DC

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *