Новый президент Чечни положил начало новым сомнениям

ЧЕЧНЯ, 6 апреля, Caucasus Times — Инаугурация Рамзана Кадырова прошла как-то празднично-буднично. О торжественности момента говорило, наверное, только присутствие большого количества гостей да взволнованно-пафосная речь ведущего — спикера нижней палаты парламента Чечни Дукувахи Абдурахмана.

Без преувеличения можно сказать, что многие жители республики с интересом ожидали ключевого момента процедуры, а именно – принесения клятвы, поскольку ранее Рамзан Кадыров объявил о своем намерении принести присягу на Коране и Конституции Российской Федерации. Но этого не произошло.

Ни священной для всех мусульман книги, ни Основного закона России в зале просто не было. Рамзан Кадыров присягнул на Конституции Чечни. Сделал он это как-то обыденно. Со стороны казалось, что он просто оперся рукой на Конституцию и, чуть запинаясь, произнес, видимо, заранее выученный текст присяги. Это обстоятельство не могло не разочаровать мусульман Чечни. Многие из них хотели бы, чтобы столь противоречивый и непредсказуемый лидер выполнил обещание, данное им во время совершения паломничества к главным святыням ислама в Мекке и Медине и таким образом, хотя бы отчасти, ограничил себя установлениями веры. Если бы Кадыров присягнул на Коране, то тем самым развеял , пусть и не в полной мере, сомнения многих жителей республики в искренности того, что он говорит и делает. Отказавшись в последний момент клясться на священной книге, новый президент Чечни положил начало новым сомнениям.
У этой медали — две стороны. Во-первых, отказ от принесения клятвы на Коране, возможно, является свидетельством того, что Рамзан Кадыров глубоко в душе — богобоязненный человек. Отказавшись давать пустопорожние обещания перед лицом Всевышнего и народа, он явил характерное для многих не слишком образованных мусульман суеверие. Они считают, что нет большего греха, чем нарушить ритуальную публичную клятву, хотя небесный счет не знает разницы между обетом в собрании и в собственном сердце. В любом случае, стало понятным, что Кадыров больше боится гнева Господнего, чем недовольства и неверия в него людей.

Во-вторых, Рамзан не может не понимать, что его заверения верно служить народу, не подкрепленные заявленной ранее клятвой, воспринимаются многими как очередное мелкое мошенничество, обман, на который пришлось пойти ради какой-то сиюминутной политической выгоды.

Надо знать чеченцев. В политической карьере Рамзана это пятно останется навсегда. Долгие годы люди будут задаваться вопросом: «Кто же заставил Рамзана или что его заставило «забыть» о своем обещании? И в какой из своих ипостасей — политика, «хозяйственника», «силовика», «друга и кумира молодежи» — он более всего неискренен? Словом, даже вступая в должность главы республики, Кадыров вновь продемонстрировал манеры шулера не слишком высокого пошиба.

Конечно, Рамзан вправе и далее делать заявления о своей богобоязненности, но можно сказать, что первая крупная его попытка подобрать ключ к сердцам соотечественников, апеллируя к вере, закончилась грандиозным провалом. Отныне он всегда будет недоверие во взглядах, которыми станут првожать его земляки. Чеченцы прощают многое, но область верований не терпит, с их точки зрения, ни легкомыслия, ни лжи. Требование и к властителю, и к обычному человеку — одно: если чист перед Богом и людьми, если не собираешься кривить душой перед Ним и людьми, то не отказывайся подтвердить это клятвой на Коране.

Неординарность ситуации, возникшей при вступлении Рамзана Кадырова в должность, заключается и в том, что никто не видел, как он принес присягу на Конституции России, хотя за несколько дней до этого дал и такое обещание. Что произошло? Если исходить из того, что в предыдущем случае, толчком к отказу от принесения клятвы на Коране стали религиозные убеждения Рамзана, то все сразу же становится понятным.

Дело в том, что Ислам обязывает мусульман не нарушать достигнутых договоренностей, выполнять взятые на себя обязательства и оставаться верным данному кому-то слову.

Иначе говоря, Рамзан Кадыров вновь отказался взять на себя какие-то дополнительные обязательства, кроме тех, что предусмотрены Конституцией Чечни, которую он и без того уже нарушил, поторопившись стать назначенным из Москвы главой республики, а не избравшись, как того требует местный закон.

Рамзана Кадырова некоторые аналитики назвали «обучаемым» политиком. И действительно, есть ощущение, что он «растет прямо на глазах». Но ошибки и промахи враз выдают искусственность вновь приобретенных навыков вменяемого политического поведения. На инаугурации была допущена еще одна вполне очевидная, но не всеми и не сразу замеченная «осечка». Так, в ходе официальной части Рамзан Кадыров заявил, что не видит «никакой необходимости в заключении договора о разграничении полномочий между федеральным центром и Чеченской Республикой». Менее чем через час, уже в ходе встречи с журналистами, он сообщил, что первым документом, который он подпишет в качестве полноправного главы республики, будет указ, базирующийся на «Концепции государственной национальной политики Чеченской Республики», принятая обеими палатами местного парламента. Стоявший в это время позади Рамзана Кадырова министр ЧР по национальной политике, печати и информации Мовсур Ибрагимов согласно кивнул головой, но в том и «закавыка», что подготовленная в недрах возглавляемого им ведомства «Концепция» как и раз предусматривает подписание указанного договора.

Так, в документе, где перечисляются основные цели и задачи государственной национальной политики Чеченской Республики, которые должны быть достигнуты в политической и в государственно-правовой сферах, вторым пунктом стоит: «Подписание Договора о разграничении полномочий и предметов ведения между органами государственной власти Российской Федерации и Чеченской Республики». Больше того, среди задач, которые должны быть реализованы в экономической сфере, значится «создание особой экономической зоны в ЧР на 10 лет». И в проекте федеративного договора, подготовленного к подписанию имеется пункт о создании такой зоны. Кроме того, депутатами чеченского парламента в порядке законодательной инициативы внесен в Госдуму законопроект о создании в Чечне зоны интенсивного экономического развития. Не совсем ясно, если речь идет речь о той самой «Концепции, базовые положения которой, «завязаны» на федеративном договоре, как можно отказываться «на голубом глазу» от заключения последнего?

То ли Рамзан Кадыров не помнит содержания документа, который собирается подписать в первую очередь, то ли он говорит об уже принятой парламентом Концепции, как об очередном фальшивом документе, который можно без ущерба «редактировать» в любую сторону?

Известно, что у Рамзана Кадырова и министров чеченского правительства своеобразные отношения — члены кабинета министров просто не представляют на подпись «шефу» документы, по которым последним высказано хоть какое-то недовольство. Видимо, министру Ибрагимову и парламентариям республики придется самим на скорую руку подкорректировать Концепцию.

«Мы не хотим быть ни первыми, ни последними в России, мы хотим быть равными среди равных в России, и этой политики я намерен твердо придерживаться», — так сформулировал Рамзан Кадыров то, ради чего многие чеченцы готовы были бы терпеть гражданство России. Есть только вопросы: какому усредненному эталону российской нормы может соответствовать и «быть равна» республика, не обладающая собственной экономикой, если трое из четверых взрослых ее жителей безработны, если единственно возможным источником ее доходов – нефтью — распоряжается не она сама, а «Роснефть»?… Если, наконец, глава республики не собирается просить и требовать у федерального центра условий, которые бы позволили республике стать вровень с другими субъектами?

В ходе инаугурации абсолютно понятную для всех жителей республики проблему обозначил полпред Президента РФ В ЮФО Дмитрий Козак. Он сказал: «Гражданин, который соблюдает законы, не должен быть ни в чем ущемлен». Рамзану Кадырову, таким образом, ко всему прочему, придется поменять не просто «имидж». Должно изменится содержание самой политики, проводимой внутри республики. Это будет очень трудно сделать и с тем «багажом», который у него был до сих пор, а особенно тому «другому» Рамзану, который «появился» после инаугурации

Адам Садаев, г. Грозный, Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *