Нескончаемое окончание бесконечной войны

ПРАГА, 9 февраля, Caucasus Times — На днях в Чечне произошло событие, в очередной раз продемонстрировавшее, что Рамзан Кадыров «взрослеет» как политик в одном, раз и навсегда избранном направлении. Воссоздавая, ставшие уже каноническими федеральные ритуалы, чеченский президент получает возможность почувствовать себя уменьшенной копией своего политического кумира. Речь идет об онлайн-конференции Рамзана Кадырова, проведенной с широкой предварительной рекламой.

Пресс-служба Рамзана Кадырова, казалось, по часам отсчитывала время до ее начала, предоставив возможность желающим задавать вопросы чуть ли ни с помощью всех современных средств коммуникаций. Очевидно, что организаторы мероприятия, разрабатывая его сценарий, попытались воспроизвести стиль, в котором с народом уже на протяжении многих лет общается Владимир Путин.

Впрочем, и без того известно, что Кадыров-младший претендует на новые политические вершины, если пока еще не в столичных пределах, то, по крайней мере, на Северном Кавказе. Достаточно вспомнить, что он никогда первым не удостаивает президентов и глав субъектов федерации юга России своими визитами, как правило, отношения с ними завязываются после того, как они наведываются в Чечню. Это, конечно, не поездки за ярлыком на княжение в Орду, но общая схема развивается куда-то в том направлении.

На он-лайн конференции Рамзан Кадыров в очередной заявил об окончании войны – в преддверии предстоящих президентских выборов жанр победной реляции, видимо, вновь оказался востребован. Собственно, понятна и логика самого Кадырова, который счел совсем не лишним напомнить следующему руководителю России о себе как о человеке, благодаря которому удалось подавить антигосударственный мятеж в Чечне. У путинского преемника не должно быть сомнений в том, что удержать республику от мятежа способен только один человек. И имя его хорошо известно..

Однако Кадыров явно озабочен не столько сохранением власти, которой, кажется, ничто не угрожает, сколько упрочением своего влияния на регион. Поскольку лучше всего ему, как он сам думает, удается организовывать расправы с противниками ныне действующей власти, чеченский президент, похоже, рассчитывает оказывать подобные услуги государству и далее. Но на следующем витке карьеры уже далеко за границами подведомственной ему территории.

Еще в 2004-м году, когда отряд Шамиля Басаева захватил практически всю Ингушетию, явившийся по такому случаю в Грозный министр внутренних дел России Рашид Нургалиев. разрешил Кадырову использовать свои вооруженные формирования за пределами республики. Уже тогда это означало, что Кадырова, минуя всякие формальности, назначили кем-то вроде начальника северокавказского жандармского корпуса.

Вскоре кадыровские нукеры появились в Ингушетии, затем в Дагестане, Нальчике, везде, где они считали нужным. Действовали чеченцы не слишком элегантно, в привычной для себя манере: с излишними шумовыми эффектами, используя неоправданное и экстремальное насилие. Несколько раз местные милицейские подразделения задерживали «гостей», пребывая в абсолютном шоке от их первобытной наглости, но по требованию высоких покровителей из ФСБ или даже самого Кадырова «пленников» освобождали. В целом «кадыровцы» пусть и грубо, изымая из «мирного оборота» неких нежелательных лиц. Последние очень быстро переправлялись либо на Ханкалу, либо в Хоси-юрт, в вотчину Кадырова, где в неофициальном порядке уже давно и успешно функционируют никем особо не скрываемые тюрьмы. .

Справедливости ради стоит отметить, что в подобных мероприятиях задействуют, кроме кадыровских формирований, и осетинский ОМОН, который уже вполне освоился на территории «дружественной» Ингушетии. Людей, которых там задерживают (законно и незаконно), увозят во Владикавказ и там содержат, подвергая различным малоприятным процедурам. Часть «задержанных» бесследно исчезает. Таким образом, возрождается применявшаяся в 19-м веке практика использования «пришлых», из соседних, этнически чужеродных районов, карательных подразделений. А в качестве базовых территорий избраны Чечня и Северная Осетия.

В последнее время Кабардино-Балкария становится одной из наименее стабильных точек на Северном Кавказе. И вполне может случиться, что здесь тоже появятся чеченские спецподразделения.

Во-первых, Рамзан Кадыров, давно считает войну с «ваххабитами» своим личным делом. Своей вотчиной. Президент Чечни уже приезжал к кабардино-балкарскому лидеру Арсену Канокову и обсуждал с ним вопросы, связанные с этой проблемой. Во-вторых, необходимо обеспечить работой многочисленные чеченские подразделения, которые уже не мыслят свою жизнь без оружия. А федеральный центр уже давно считает вполне успешным опыт использования местных карательных отрядов в операциях, которые по большей части носят неправовой, карательный характер. Участие в подобных мероприятиях федеральных подразделений наносит репутации Кремля ощутимый ущерб.

Но, увы, и дома кадыровским подразделениям еще долго придется иметь дело с противником, который нисколько не уступает им по опыту ведения боевых действий. Об этом свидетельствует резкая активизация боевиков в первые дни февраля. Боевые столкновения происходят не только на юго-западе Чечни, где позиции подполья всегда были более надежны, чем на юго-востоке республики. Там размещена мощная группировка российских войск.

О том, что моджахеды не знают ничего о проигранной ими войне, свидетельствуют недавние бои в Ца-Ведено, Гордали, Бас-Гордали. 3-го Февраля возле селения Меседой, к примеру, недалеко от треугольника Ведено, Дарго, Джанни-Ведено, боевики, обычно в зимние месяцы, избегающие столкновений, атаковали кадыровский спецназ. Двое убитых и несколько раненых (только по официальным российским данным). Боевики захватили снайперскую винтовку (СВД), ручной пулемет Калашникова, 2 автомата Калашникова, 3 пистолета (2 АПС и 1 ПМ), около 1500 патронов к стрелковому оружию и 30 выстрелов к подствольному гранатомету. Всего за несколько дней до этого, крупный отряд боевиков атаковал базу чеченского батальона на западе Чечни возле села Бамут. О потерях официальные структуры умалчивают, однако, судя по тому, что после этого некоторые ингушские районы, включая и приграничные с Бамутом окрестности станицы Нестеровской, были объявлены «территориями проведения контртеррористической операции», без них не обошлось.

Активизация боевиков, возможно, связана и с еще одной причиной.
Рамзан Кадыров на днях заявил о том, что перед силовыми структурами республики поставлена задача «добить» боевиков до конца февраля, до появления так называемой «зеленки», когда распускается листва и обнаружить моджахедов в лесу становится практически невозможно. Похоже, эта задача решается с применением всех освоенных во время активной фазы войны боевых средств.

Жители Шали, Гехи-чу и ряда сел Урус-Мартановского района, расположенных в предгорье, в эти дни живут под грохот артиллерийской канонады. В горах Веденского района, южнее Шали и Урус-Мартана проводятся крупномасштабные спецоперации. Российская артиллерия как раз и обеспечивает огневое прикрытие кадыровских батальонов. Правда, нынешние операции не слишком афишируются, как раньше, ввиду сомнительной политической ценности сообщений о продолжающихся боевых действиях на фоне бесповоротно установившегося мира.

Тем временем в пятницу утром боевики распространили информацию о том, что они казнили российского военнослужащего, захваченного ими в плен две недели назад, 30 января. Солдат-контрактник Зароченцев был похищен боевиками, когда в составе спецгруппы он проводил разведку местности в урочище Гойчу в Урус-Мартановском районе. Некий полевой командир Абдулмалик Дишни, назвавшийся амиром Урусмартаноского района, сообщил, что это «месть за убийство двух наших сестер Малики и Замы, ставших шахидами в городе Джохар».

Мансур Муратов, Грозный, Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *