Натали Точчи: удачные решения для соседей России и Европы пока не найдены

ПРАГА, 14 декабря, Caucasus Times, продолжая «Кавказский меловой круг» — цикл интервью с экспертами по Кавказу, политологами из США, Европы и Азии, представляет вашему вниманию интервью с Натали Точчи

Натали Точчи (Nathalie Tocci)- итальянская исследовательница. В настоящее время она возглавляет отдел европейской политики соседства в Институте международных исследований (1) в Риме и является заместителем главного редактора журнала «The International Spectator» (старейшее англоязычное издание Италии по проблемам международных отношений). Ранее она работала экспертом в Центре европейских политических исследований в Брюсселе (1999-2003 и в 2007-2009), а также в Европейском университете во Флоренции (2003-2007) и Трансатлантической Академии в Вашингтоне (2009-2010). Ее научные интересы включают внешнюю политику Европейского Союза, взаимоотношения ЕС со странами-соседями (с особым вниманием к Турции, Кипру, Южному Кавказу и средиземноморскому региону). В 2008 году Натали Точчи была удостоена премии Анны Линд (2) за изучение европейской внешней политики. В настоящее время она работает над книгой об отношениях между США, ЕС и Турцией. Автор и соавтор большого числа и книг и статей по тематике разрешения конфликтов.

Интервью с Натали Точчи подготовил для Caucasus Times Сергей Маркедонов, приглашенный научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований (Вашингтон, США), кандидат исторических наук.

Caucasus Times: — 19-20 ноября 2010 года прошел саммит НАТО в Лиссабоне (3) . Интересно отметить, что и Россия, и Грузия провозгласили этот форум своим политическим успехом. Запад также доволен его итогами. Но кто реально стал победителем или проигравшим? И какие критерии победы/поражения мы могли бы использовать для обсуждения столь значимого для международной повестки дня события?
Н.Т.: Лиссабонский саммит широко освещался, как своеобразный водораздел в отношениях между НАТО и Россией. Можно сказать, как символ их улучшения. Он также рассматривался Грузией с точки зрения возвращения к итогам Бухарестского саммита 2008 года, который сформулировал такую цель, как постепенное продвижение этой страны к членству в Североатлантическом Альянсе. Однако в то время, как улучшение отношений между РФ и НАТО может наполниться каким-то реальным содержанием, решения Бухарестского саммита в действительности остаются только пожеланиями (4) . При этом непрямым следствием итогов саммита (которые стали победой для всех) может стать улучшение грузино-российских отношений посредством неприменения силы со стороны Грузии в отношении Абхазии и Южной Осетии, а также установления юридических обязательств о неиспользовании силы между Тбилиси и Цхинвали, Тбилиси и Сухуми. Это прозвучало в выступлении Михаила Саакашвили в Европейском парламенте 23 ноября 2010 года, в котором он заявил о готовности пойти на всеобъемлющие переговоры с Дмитрием Медведевым (5) . Это выступление получило позитивную оценку со стороны Европейского Союза. «Я рассматриваю это как конструктивный шаг и позитивный вклад в усилия в направлении мирного и прочного урегулирования конфликта»,- заявила Кэтрин Эштон (6) 25 ноября 2010 года. Эти события, конечно же, не могут рассматриваться в качестве единственного продукта Лиссабонского саммита. Но это — последствия серии геополитических сдвигов, которые произошли со времени августовской войны 2008 года, и частью которых является саммит в столице Португалии.

Caucasus Times: — Во всех этнополитических конфликтах (Балканы, Кипр, Ближний Восток) внешние факторы тесно связаны с внутренней динамикой. Как бы вы определили их соотношение в кавказских конфликтах (Абхазия, Южная Осетия, Нагорный Карабах)? Какие проблемы, с Вашей точки зрения, играли доминирующую роль в начале этих противоборств и продолжают играть сегодня?
Н.Т.: Одной из причин, почему нагорно-карабахский конфликт выглядит более сложным, чем проблемы Абхазии и Южной Осетии является отношение государства-метрополии к процессам демократического транзита. В отличие от Азербайджана Грузия сделала значительные политические и экономические реформы для того, чтобы стать более привлекательной для сепаратистских образований в будущем. Даже если конкретные результаты этих реформ по-прежнему ограничены, Грузия, кажется, движется вперед в некоторых, хотя и не во всех сферах. Таким образом, недостатки в области эффективного управления, децентрализации, верховенства закона, прав человека и т.д. играли и продолжают играть значительную роль в динамике конфликтного урегулирования.

Caucasus Times: — В начале 2000-х годов идея Пакта о стабильности на Кавказе (7) была одной из самых обсуждаемых в Европе. Вы также работали над этой проблемой. Считаете ли Вы ее сегодня реалистичной и актуальной? И какие обстоятельства надо принять в расчет, чтобы оживить эту идею в наши дни?
Н.Т.: После грузино-российской войны и признания Россией независимости Абхазии и Южной Осетии, Грузия фактически потеряла сепаратистские регионы. В этой связи суровая действительность, как бы ни парадоксально это прозвучало, на первый взгляд, может сделать пункты Пакта о стабильности на Кавказе (которые до 2008 года вряд ли могли обсуждаться) более реалистичными. Рассмотрим их более детально.

(1). Конституция. «Федеративные государства и республики в их составе могут составлять свои собственные конституции, не противоречащие компетенции государства». Августовская война 2008 года сделала Грузию более гибкой, что проявилось в готовности уступить абхазам и рассматривать их право иметь свою собственную конституцию. Однако то же самое нельзя сказать об Азербайджане. Отчасти потому что они он доволен ситуацией «ни мира, ни войны» и поддержанию, таким образом, статус-кво.

(2). «Горизонтальные связи между различными уровнями управления, в том числе возможности для самоуправления административно-территориальных единиц и установления отношений с иностранными государствами в пределах их компетенции». Такие отношения уже существуют между Абхазией и Турцией. Предположительно, Грузия не будет возражать против прямого абхазо-турецкого сотрудничества в области экономики, торговли и туризма.

(3). Внешние отношения. «Рамки для сотрудничества и совместных проектов между государствами и организациями в таких сферах, как культура, язык, образование, и.т.п.». Определенно более реалистично выглядит в этой ситуации Грузия на стадии разрешения конфликтов. Это также может обсуждаться и в случае Армении и Азербайджана в рамках Минской группы ОБСЕ (наполнение реальным содержанием Мадридских принципов (8) или вывод армянских сил из регионов, окружающих Нагорный Карабах).

(4). «Южно-Кавказская региональная кооперация» может стать инструментом для разрешения конфликтов в сочетании с турецкой инициативой «Кавказская Платформа», который был озвучен Эрдоганом (9) после августовской войны 2008 года.

Другие же элементы Пакта о стабильности кажутся менее реалистичными в 2010 году, чем в 2000 году. Рассмотрим и их тоже.

(5).Гражданство. «Паспорта будут иметь название «Южно-Кавказское сообщество» и больше значить, чем государственная идентичность (Армения, Азербайджан, Грузия)». В связи с продолжением нагорно-карабахского конфликта это положение кажется нереалистичным, по крайней мере, в ближайшем будущем. Однако недавнее предложение Михаила Саакашвили о создании конфедерации на Южном Кавказе должно быть приняты во внимание (10) . Впрочем, эта инициатива находится только в зачаточном этапе, и она серьезно не обсуждалась.

(6) «Образования, требующие высокой степени автономии, могут иметь территориальные вооруженные силы». Опять же по Грузии это может быть предметом обсуждения, в то время как для Азербайджана нет. Может быть, создание таких вооруженных сил под международным зонтиком (например, ОБСЕ) могло бы стать компромиссным результатом.

Caucasus Times: — Одним из наиболее важных тем Ваших исследований является политика Европейского соседства. Пытались ли Вы сравнивать эту политику с подходами России к своим соседям? Если да, то можете ли Вы как-то прокомментировать результаты такого сравнения? Известно, что на официальном уровне такая политика в Москве не формулировалась. Как мы можем понять российскую политику «соседства» лучше? По конкретным действиям? Но тогда по каким шагам (они ведь, не секрет, довольно противоречивы)?
Н.Т.: Я не проводила сравнительных исследований на эту тему еще, но идея специально обратиться к этому вопросу есть. В обоих случаях, как мне кажется, ни один из игроков не имеет стратегии для отношений с соседями, хотя оба (РФ и ЕС) необходимость ее иметь. В обоих случаях есть попытки распространения влияния, будь это убеждение (как делает ЕС) или разные уловки и хитрости, а также использование силы и рычагов воздействия. Однако ни ЕС, ни Россия реально не продемонстрировали способности эффективно реагировать на кризисы (смотри пример Кыргызстана) (11) . В обоих случаях «Европейское соседство», «Восточное партнерство» для ЕС, СНГ и ОДКБ для России не доказали своей большой эффективности. Удачные решения для соседей пока еще не найдены.

Caucasus Times: — Европейский Союз проводит в отношении Абхазии политику «вовлечения без признания». Достаточно ли этого для укрепления позиций ЕС в этом частично признанном государстве? И какие подходы Вы видите в отношении Нагорного Карабаха и Приднестровья?

Н.Т.: «Вовлечение без признания» не является достаточным, но это — единственный реальный способ укрепить позиции ЕС в урегулировании конфликтов. Для того чтобы сделать его более успешным участия ЕС мог бы:

(1) более активно вовлечь Турцию в качестве посредника между Грузией и Россией.
(2) играть более активную роль в рамках женевских переговоров, думая также об интернационализации мирного урегулирования с российским участием

(3) В случае с Нагорным Карабахом, ЕС должен начать с нуля, так как в отличие от конфликтов в Грузии, здесь Европейский Союз пока что не предпринимал никаких гуманитарных проектов или попыток создания проектов реконструкции. Фактически он не представлен, как посредник из-за монополизма Франции в формате Минской группы.

(4) ЕС, как организация, должен активнее взаимодействовать с Минской группой ОБСЕ.

Caucasus Times: — Последний вопрос связан с подходами Италии к Кавказскому региону? В какой степени этот регион вообще интересен Италии? Рассматривает ли Рим Кавказ вне рамок ЕС, или, напротив целиком полагается на линию Брюсселя? Есть ли различия между «генеральной линией» НАТО и видением Рима в отношении Кавказа (и в первую очередь Грузии)?


Н.Т.: Я бы охарактеризовала позицию Рима в двух аспектах. Прежде всего, надо сказать о персонификации внутренней и внешней политики Италии в период Берлускони (12) и его восхищенным отношением и ярко выраженными симпатиями к Путину. Во-вторых, надо иметь в виду, что Италия проводит не внешнюю политику, как таковую, а делает акцент на внешнеэкономической деятельности. В рамках этих двух аспектов отношения с Россией перевешивает все остальное. Поэтому Италия не будет стоять против Грузии и на уровне риторики поддерживает ее территориальную целостность. Но на практике в своих действиях в рамках НАТО и ЕС она также нацелена на укрепление своих связей с Россией.

Примечания:


1 Институт международных исследований (Istituto Affari Internazionali ) был основан в октябре 1965 года по инициативе его первого директора Альтиеро Спинелли.

2 Илве Анна Мария Линд (1957- 2003) — шведский политик, член Социал-демократической партии, министр иностранных дел Швеции с 1998 по 2003 год. Погибла в результате покушения. Выступала с осуждением политики США в Ираке и Израиля в Палестине, была активным сторонником расширения ЕС.

3 Саммит НАТО в Лиссабоне стал первой встречей лидеров РФ и стран-членов Альянса после августовской войны 2008 года именно в натовском формате. В ходе саммита принят ряд важных решений. Генсек Североатлантического альянса заявил, что Россия и НАТО завершили переговоры по подготовке соглашения об обратном транзите из Афганистана через российскую территорию. Страны НАТО также приняли новую концепцию развития, в которой впервые было прописано, что альянс не является угрозой для России. Была также принята новая стратегическая концепция НАТО (объемный документ из 38 пунктов), в которой 2 пункта посвящено отношениям с Россией. Концепция, в частности указывает: «Несмотря на наши разногласия по ряду конкретных вопросов, мы остаемся убежденными в том, что безопасность НАТО и России взаимосвязана. И конструктивное партнерство, основанное на взаимном доверии, прозрачности может лучшим образом послужить нашей безопасности».

4 В тексте итогового Заявления Бухарестского саммита Североатлантического Альянса 3 апреля 2008 года было записано: «НАТО приветствует евроатлантические стремления Украины и Грузии к членству в НАТО. Сегодня мы пришли к соглашению о том, что эти страны станут членами НАТО». Однако никакие конкретные сроки достижения полного членства в НАТО в данном документе (а также в других последующих документах) указаны не были.

5 См. полный текст выступления Михаила Саакашвили в Европейском парламенте 23 ноября 2010 года на сайте http://www.apsny.ge/2010/pol/1290580021.php

6 Кэтрин Маргарет Эштон (род. в 1956 году) — британский и общеевропейский политический и общественный деятель. Стала первым Верховным представителем по иностранным делам и политике безопасности Европейского союза. Была назначена на этот пост 19 ноября 2009 на саммите 27 лидеров ЕС.

7 В 1999 году вскоре после заключения Пакта о стабильности в Юго-Восточной Европе (в рамках которого США и ЕС гарантировали безопасность стран-участниц) тогдашний президент Азербайджана Гейдар Алиев на Стамбульском саммите ОБСЕ выдвинул идею подготовки аналогичного договора для Кавказского региона, назвав его «Пактом безопасности и сотрудничества на Южном Кавказе». В 2000 году «Пакт стабильности на Кавказе», мыслившийся как многосторонний форум, выдвинул президент Турции Сулейман Демирель. Затем президент Армении Роберт Кочарян предложил создать систему региональной безопасности Южного Кавказа по формуле «3+3+2»: Азербайджан, Армения и Грузия плюс Россия, Иран и Турция при участии ЕС и США в роли наблюдателей. В мае 2000 года рабочая группа Центра европейских политических исследований (в которую входила и Натали Точчи) опубликовала рабочий документ под названием «Кавказский пакт стабильности». См. полный текст документа на сайте http://aei.pitt.edu/11697/01/55.pdf

8 Минская группа ОБСЕ – структура, занимающаяся посредничеством в армяно-азербайджанском конфликте из-за Нагорного Карабаха. Решение о созыве в Минске международной конференции по Нагорному Карабаху было принято 24 марта 1992 года на чрезвычайном заседании Совета Министров стран-членов ОБСЕ. И хотя намеченная конференция в Минске была не проведена, а в столице Белоруссии группа ни разу не собиралась, за группой посредников закрепилось название «Минская». В настоящее время сопредседателями группы являются США, Франция и Россия.

«Мадридские принципы»- условное наименование принципов мирного решения конфликта в Нагорном Карабахе. Были представлены сторонам в 2007 году в Мадриде. В июле 2009 года были опубликованы т.н. «обновленные Мадридские принципы», подписанные тремя президентами стран-сопредседателей Минской группы. Принципы были повторно озвучены 26 июня 2010 года в канадском городе Мускока в совместном заявлении президентов трех стран.

9 Реджеп Тайип Эрдоган (род. в 1954 году)- турецкий политический и государственный деятель. Премьер-министр Турции (с 2003 года), лидер Партии справедливости и развития. Выдвинул инициативу «Платформа стабильности и сотрудничества на Кавказе», которая стала частью официальной повестки дня в ходе его визита в Москву и в Тбилиси 13-14 августа 2008 года, то есть почти через неделю после начала августовской войны.

10 20 июля 2010 года, принимая в Батуми главу Азербайджана Ильхама Алиева, президент Грузии Михаил Саакашвили заявил о необходимости создания конфедеративных отношений, поскольку «грузино-азербайджанские связи переросли из стратегических в нечто большее». Вскоре Саакашвили повторил свое батумское заявление на заседании правительства Грузии. В августе 2010 года замминистра иностранных дел Грузии Нино Каландадзе сообщила журналистам, что «технически Грузия уже дала согласие на создание конфедерации с Азербайджаном». Однако в реальности конкретных механизмов по формированию конфедерации не создано и не создается.

11 В апреле 2010 года в Киргизии произошла вторая за последние пять лет революционная смена власти. Она совпровождалась массовыми беспорядками (они привели к гибели 81 человек им почти 1500 человек получили ранения различной степени тяжести) и межэтническими киргизско-узбекскими столкновениями. На этом фоне в Кыргызстане был без должной подготовки проведен скороспелый референдум по изменению Конституции страны, в соответствие с которой Киргизия стала парламентской республикой . При этом на переходный период (до 31 декабря 2011 года) высшим должностным лицом должен стать временный президент, который по его окончании не будет иметь право занимать пост главы государства.

12 Сильвио Берлускони (род. в 1936 году)- итальянский крупный бизнесмен, политик, государственный деятель. Председатель правительства Итальянской республики в 1994—1995, 2001—2006 гг., и начиная с 2008 года до настоящего времени.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *