Кремль доверяет Кадырову-сыну больше, чем Кадырову-отцу

ЧЕЧНЯ, 8 марта, Caucasus Times — «Переправа пройдена, пора менять лошадей», — так, наверное, нужно понимать смысл кадровых перестановок, которые на этой неделе активно проводил президент Чечни Рамзан Кадыров. Внешне все эти перемещения, назначения выглядели как элементарная рокировка, однако не все так просто и явно неспроста.

Суть одного из своих кадровых решений Рамзан Кадыров «расшифровал» сам. Представляя нового главу Веденского района, он так объяснил необходимость отставки прежних руководителей: «Бывший глава районной администрации и начальник РОВД выполнили поставленные перед ними силовые задачи. Сегодня настало время решать социально-экономические проблемы».

Подобран, причем с учетом мнения населения, новый человек, который, по мнению главы Чечни, способен распутать клубок вопросов, накопившихся в социально-экономической жизни этого горного края. Это — Али Симбаригов, который до этого жил в Ставропольском крае, имея там свой бизнес. Возможно, именно предпринимательский опыт и возможности Симбаригова стали при выборе кандидатуры на должность главы района для Рамзана Кадырова главным аргументом. По крайней мере, он так обозначил и результаты, которых ждет: «Через два года в каждом доме должны быть вода и газ. До конца этого года надо справиться с восстановлением школ и больниц».

Обращаясь к жителям района, Рамзан Кадыров подчеркнул, что не следует жить в ожидании новых кадровых перетрясок: их здесь больше не будет. Здесь же чеченский лидер еще раз подтвердил репутацию человека, который не оставляет без внимания верных соратников. Бывший глава администрации Веденского района Ризван Танталашев назначен советником президента Чечни, а бывший начальник отдела внутренних дел этого района Шамиль-хаджи Хаджимагомаев — заместителем министра по гражданской обороне и чрезвычайным ситуациям.

Однако было бы, по меньшей мере, наивно полагать, что столь же «прозрачны» все кадровые ходы, сделанные в эти дни Кадыровым-младшим. Проглядывает и торопливая решительность, с которой произведены некоторые назначения. Больше того, они выглядят, как логическое продолжение кадровой зачистки, начатой сразу после отставки Алу Алханова. Различные источники в аппарате президента и правительства республики говорят о том, что, за исключением двух-трех человек, «по собственному желанию» под метелку выметено все ближайшее окружение экс-президента.

«Последним из могикан» оставался глава Совбеза Герман Вок, официально находящийся в отпуске. Указ об его освобождении от занимаемой должности, вопреки утверждениям руководителя аппарата президента и правительств ЧР Абдулкахира Израйлова, Алхановым все-таки не был подписан, и с юридической точки зрения Вок сохраняет за собой должность секретаря Совбеза. Тем не менее, как выясняется теперь, Вока задолго до окончания отпуска ушли, а освобожденную таким образом «нишу» решением Рамзана Кадырова занял Халид Вайханов.

Надо полагать, последний испытывает немного радости. Во-первых, для вчера еще вице-премьера правительства это явно не повышение в должности. Во-вторых, сама должность, полученная им, вызывает двоякие чувства. Бывший секретарь Совбеза Рудник Дудаев то ли сгорел, то ли был заживо сожжен в доме-вагончике на территории комплекса правительственных зданий. Его преемник Висенгиреев был бесславно уволен, как и принявший у него дела «алхановец» Вок теперь. Впрочем, в отличие от «ершистых» Рудника Дудаева и Германа Вока, Халид Вайханов слывет человеком «неконфликтным», и, по мнению знающих его людей, создавать ситуацию, характерную для басенных лебедя, рака и щуки, он не будет. Точно так же, как и Магомед Вахаев, утвержденный верхней палатой чеченского парламента председателем Конституционного суда Чеченской Республики.

Впрочем, Магомед Вахаев — это особая «страница» в кадыровской кадровой «летописи». Профессионал высокого класса, с опытом работы еще во внешнеторговом ведомстве СССР, в московских коммерческих структурах, он возглавил министерство труда и социального развития республики сразу после назначения Ахмата Кадырова главой администрации Чечни в июле 2000 года. Надо думать, он до сих пор оставался бы «старым конем, не портящим борозды», если бы не пресса. В первом случае «засветила» его покойная Анна Политковская, рассказав об его вынужденном «путешествии» в багажнике автомашины в Центорой. Во втором случае — Вадим Речкалов, заявив со страниц «МК», что Магомед Вахаев прямо с совещания в руководимом им ведомстве отправился в Кремль на собеседование в качества кандидата на пост президента Чечни.

Но вскоре стало видно: в числе трех «соискателей» кресла главы Чечни, официально представленных полпредом в ЮФО Дмитрием Козаком президенту России, Магомед Вахаев не значится. Тем не менее, надо полагать, в кулуарах власти его имя фигурировало, может быть, и с подачи «МК», и этого оказалось достаточным, чтобы Магомеду Вахаеву подобрали почетное «пожизненное судейство». Обращает на себя внимание и тот факт, что Магомед Вахаев стал первым министром из сформированного еще Ахматом Кадыровым правительства, смешенным с поста после его трагической гибели в мае 2004 года. Алу Алханов серьезных попыток «передвигать» членов кабинета министров вообще не предпринимал. Рамзан Кадыров, став президентом, с ходу нарушил традицию не трогать «отцовские кадры». Одно это позволяет думать, что проводится не рядовая «перетасовка» кадров. И, конечно же, «перемещение» Вахаева было санкционировано новым хозяином республики.
Рамзан, не раздумывая, присваивает все больше прав и, невзирая ни на что, реализовывает их. Так, он уже представил в парламент республики кандидатуру еще одного своего родственника (которых немало среди превых должностных лиц Чечни) Одеса Байсултанова, 1965 г.р., для утверждения в должности председателя правительства республики. Еще год назад такое было немыслимо: премьер республики считался, как принято было говорить в советский период, номенклатурой Кремля, и только после согласования с ним та или иная кандидатура могла быть внесена для утверждения депутатским корпусом. Возможно, это и было сделано. Информации на этот счет нет, поэтому все выглядит как личная инициатива Кадырова. Что же касается личности самого Байсултанова, то известно, что Ахмат-хаджи Кадыров никогда не воспринимал его всерьез, хотя и держал пьющего родственника при должности. Рамзан же выдернул его из дожности завхоза(управляющего делами президента и правительства) и «поднял» сразу до уровня 1-го вице-премьера. В этом качестве Одес выполнял особо деликатные поручения Кадырова-младшего, являясь, в частности, его доверенным в лицом в, мягко говоря, щепетильных финансовых операциях. Ясно, что Байсултанов «вознаграждается» за личную преданность «шефу» и никогда не сможет стать самостоятельной политической фигурой. Кадыров тем самым и дальше будет оставаться единственным действующим лицом на политическом поле Чечне, при этом возможности Москвы повлиять на проводимую в республике политику будут неуклонно снижаться

Другое назначение этой недели: с сегодняшнего дня в качестве мэра Грозного осваивается 36-летний Муслим Хучиев, вчерашний первый заместитель руководителя аппарата президента и правительства Чечни в ранге министра, вице-президент Регионального общественного фонда имени Ахмата Кадырова, председатель регионального отделения партии «Справедливая Россия», а двумя неделями ранее — и один из трех официальных кандидатов на пост президента Чечни в «списке» Дмитрия Козака. Иначе говоря, найдено применение еще одному вчерашнему «назначенному оппоненту» Кадырова-младшего в борьбе за власть. Хотя в данном случае, как представляется, нынешний глава республики руководствовался соображениями иного порядка.

Такое большое «самостоятельное хозяйство», как Грозный, — достаточно лакомый кусочек для всякого знакомого со вкусом власти чиновника. Тем более что еще недавно не в столице Чечни, а в Москве решали, кому можно и кому нельзя доверить такое хозяйство. Тут вполне уместно вспомнить, что на уровне Кремля принималось, например, решение о назначении мэром Грозного Олега Жидкова, ставшего потом заместителем полпреда в ЮФО, а ныне работающего в Национальном антитеррористическом комитете. Не менее уместно сказать, что даже Ахмат-хаджи Кадыров был вынужден принимать кадровые решения с оглядкой на федеральный центр. В республике до сих пор вспоминают его неудачную попытку заменить глав администраций четырех районов, на защиту которых чуть ли не грудью вперед пошел даже тогдашний начальник Генштаба генерал-полковник Анатолий Квашнин. Так что без тени сомнения можно утверждать: позволяя Рамзану Кадырову свободно продвигать или отодвигать те или иные кадры, Кремль демонстрируют возросший уровень доверия к руководству Чечни. Можно сказать и иначе: Кадырову-сыну доверяют больше, чем Кадырову-отцу.

И Рамзан охотно использует более широкие полномочия. В частности, Муслим Хучиев, в последнее время достаточно серьезно укрепивший свои позиции в республике, получил новый «кредит» доверия. За что? По данным пресс-службы правительства республики, он привлек инвестиции в объеме одного миллиарда рублей для восстановления г. Грозного, и якобы есть надежда на все новые вложения со стороны неких инвесторов. Но это — не более чем радужная оболочка, под которым скрывается достаточно темная сторона дела. Суть его — в «черной кошке», пробежавшей недавно тогда еще премьером Кадыровым и двумя братьями Темирбаевыми — мэрами городов Грозный и Аргун.

Заартачился тогда, правда, только глава администрации Аргуна: не сумев собрать и внести предложенную сумму «вклада» в «восстановительные процессы», он и выбить «долг» не позволил. Отказался также отменить принятые городскими властями решения о выделении квартир и земельных участков и уволиться «по собственному желанию». Зная об этом конфликте, в Чечне полагают, что Мовсар Тимербаев — мэр Грозного стал жертвой мести за неповиновение брата. Так это или иначе, утверждать сложно. Известно, однако, и то, что трения между Рамзаном Кадыровым и мэром Грозного возникали и из-за квартир в Грозном. Характерным в этом плане является заявление Кадырова, на тот момент премьера Чечни, что он поможет столичным властям возвратить незаконно занятые квартиры, отдав соответствующие указания командирам, чьи подчиненные вселились в эти квартиры. Выполнил ли Кадыров свое обещание, а подконтрольные ему командиры и их подчиненные — его распоряжение, неизвестно.

Грозный преображается. Круглыми сутками разбираются завалы, вывозится мусор, восстанавливается жилье. Ожидается, что в восстановление столицы республики средства будут вкладываться по нарастающей схеме. Город имеет также немалый фонд т.н. отказных квартир. По этим и ряду других причин можно сказать: Грозный в ближайшие годы будет являться своеобразным денежным мешком республики. Видимо, как полагает Рамзан Кадыров, это тот «мешок», что по «зубам» одного Хучиева.

Два с лишним года кряду говорилось о двоевластии в Чечне. Теперь у нее, безусловно, появился полновластный хозяин. Рамзан Кадыров решает все, в том числе кадровые вопросы.

Адам, Садаев, г. Грозный, Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *