Коррупция в зеркале общественного мнения

ПРАГА, 17 августа, Caucasus Times — Коррупция традиционно относится к числу наиболее острых и часто обсуждаемых проблем современной России. Несмотря на декларируемое российским руководством усиление борьбы с коррупцией, в последние годы уровень коррупционной активности в России демонстрирует устойчивую тенденцию к дальнейшему росту. Так, в 2007 г. Россия по состоянию коррупции оказалась на 143 месте в мире (из 180); при этом еще в 2006 г. Россия занимала более высокое 127 место.

Инициируемые федеральным центром кампании по борьбе с коррупцией активно поддерживаются властями республик Северного Кавказа. Так, например, правительство Кабардино-Балкарии в июле 2009 г. утвердило представленную министром образования и науки КБР С. Шхагапсоевым отраслевую программу противодействия коррупции на 2009-2010 гг. Аналогичная программа была разработана и министерством здравоохранения Кабардино-Балкарии. Однако каких-либо ощутимых положительных сдвигов данные меры не приносят.

По данным международной организации Transparency International, в 2008 г. в России был зафиксирован самый высокий уровень коррумпированности в госсекторе за последние восемь лет. Результаты опроса, проведенного Барометром Мировой Коррупции по заказу Transparency International, свидетельствуют о том, что в 2008 г. резко возросло количество россиян, вынужденных дать взятку для получения требуемой услуги (29% в 2008 г. по сравнению с 17% в 2007 г.) Все большее распространение коррупционной практики в стране вызывает растущее беспокойство населения. По данным опроса, проведенного Центром Юрия Левады в 2008 г., 45% россиян назвали коррупцию самой главной бедой России. Последние опросы ВЦИОМ свидетельствуют о том, что три четверти населения считают уровень распространенности коррупции в России высоким и очень высоким. Вместе с тем, имеет место процесс привыкания и адаптации населения к коррупционной практике. Результаты опроса, проведенного в 2008 г. по заказу Transparency International, показали, что подавляющее большинство россиян (63%) полагают, что призывать коррупционеров к ответу бесполезно.

По мнению профессора Социологического института РАН Я. Гилинского, коррупция в современной России является уже сложившимся мощным социальным институтом, тесно интегрированным в систему государственной власти и наносящим значительный урон экономике государства. Так, глава МВД России Р. Нургалиев оценил ущерб, который наносит коррупция экономике России, примерно в 40 миллиардов рублей в год, оговорившись при этом, что истинные масштабы коррупции в силу ее латентного характера точно определить невозможно. Эксперты полагают, что коррупция является серьезным препятствием для социально-экономического и политического развития государства. Социально-экономические последствия широко распространенной коррупции в конечном счете проявляются в обнищании населения и в росте социальной напряженности в российских регионах. В политической сфере прямым следствием коррупции является падение доверия населения к органам власти и потеря государственными институтами поддержки общества.

* * *
В наиболее яркой и драматичной форме многочисленные негативные последствия коррупции как в политической, так и в социально-экономической сфере проявляются на российском Северном Кавказе, где в силу целого ряда исторически сложившихся факторов все общероссийские проблемы традиционно приобретают особенно острый, затяжной и болезненный характер.

По мнению ряда экспертов, именно широко распространенная в регионе коррупция является одной из важных причин взрывоопасной ситуации во многих республиках Северного Кавказа, где растет религиозный экстремизм, ухудшается экономическая ситуация, усиливается социальная напряженность и наблюдается резкий рост недоверия населения к органам государственной власти. Отдельной крайне острой проблемой является массовая безработица среди молодежи. В интервью радио «Свобода» 28 июня 2009 г. Р. Хасбулатов охарактеризовал настроения, господствующие в настоящее время среди населения всего Северного Кавказа, как «пессимизм и отчаяние». Р. Хасбулатов полагает, что свойственное нынешней России колоссальное социальное расслоение общества особенно остро и болезненно воспринимается именно на Северном Кавказе, население которого привыкло к многовековому существованию в условиях относительного социального равенства и в силу этого значительно сложнее и болезненнее адаптируется к реалиям российского «дикого капитализма».

* * *
Серия экспресс-опросов, проведенных информационным агентством «Сaucasus Times» в столицах национальных республик Северного Кавказа с декабря 2008 по май 2009 г., была посвящена детальному анализу коррупции в северокавказском регионе и отношению населения к данной проблеме. Главным объектом изучения стала прежде всего бытовая коррупция в ее различных проявлениях и мнение населения по поводу степени ее распространенности в различных социальных институтах и сферах жизнедеятельности.

В ходе исследования, в частности, выяснялось мнение респондентов о том, в какой именно сфере проблема коррупции стоит наиболее остро; сталкивались ли опрашиваемые лично с проявлениями коррупции и если да, то где именно. Кроме того, в ходе опроса респондентам предлагалось дать свою собственную оценку изменениям в масштабе коррупции в своей республике за последние несколько лет, а также спрогнозировать возможное развитие коррупционной ситуации в своей республике в ближайшие годы. Отдельный вопрос был призван выявить мнение населения северокавказского региона по поводу основного источника коррупции в их республике. Помимо вопросов, связанных с исследованием коррупционной ситуации в северокавказских республиках, респондентам также задавались вопросы, связанные с текущими проблемами их республик. В ряде северокавказских столиц опрашиваемым также предлагалось дать свою собственную оценку политике федерального центра на Северном Кавказе.

В рамках данного социологического исследования с декабря 2008 по май 2009 г. были проведены экспресс-опросы в столицах шести национальных республик Северного Кавказа, в том числе в столице Чечни г. Грозном, в столице Кабардино-Балкарии г. Нальчик, в столице Карачаево-Черкесии г. Черкесск, в столице Дагестана г. Махачкала, в столице Северной Осетии г. Владикавказ и в самом крупном населенном пункте Ингушетии г. Назрань. Размер выборки в каждом из опросов составлял 400 респондентов старше 16 лет. Всего в ходе данного исследовательского проекта было опрошено 2400 респондентов. Анкеты состояли из нескольких тематических блоков. Интервью проводились интервьюерами, которые прошли специальный тренинг под руководством корреспондентов информационного агентства «Сaucasus Times». В полевой части исследования приняло участие 36 интервьюеров. Средняя длительность интервью составляла около 15-20 минут; во всех северокавказских республиках интервью проводились на русском языке.

Следует отметить, что в ряде случаев некоторые опрашиваемые демонстрировали обеспокоенность и нежелание отвечать на определенные вопросы анкеты, что, судя по всему, было вызвано их опасениями за собственную безопасность. Чаще всего респонденты обнаруживали нервозность и нежелание обсуждать определенные темы в ходе опросов в Чечне и в Ингушетии.

В результате проведенного исследования была получена ценная, многообразная и во многом уникальная информация, позволяющая выявить отношение населения к различным аспектам коррупционной ситуации в их республиках, определить ожидания населения в связи с дальнейшим развитием коррупции в регионе, а также провести сравнительный анализ положения в различных республиках Северного Кавказа. Информация, полученная в ходе данного исследовательского проекта, легла в основу предлагаемой читателю работы.

Структура данной книги определяется хронологией и географией проведенных опросов. Первая глава работы посвящена общему обзору и сравнительному анализу коррупционной ситуации во всех северокавказских республиках; последующие главы содержат развернутый анализ результатов отдельных опросов в каждой из столиц республик Северного Кавказа.

ГЛАВА 1. КОРРУПЦИОННАЯ СИТУЦИЯ НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ: ОБЩИЙ ОБЗОР

Результаты опросов в столицах шести республик Северного Кавказа (Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия, Чечня, Дагестан, Северная Осетия и Ингушетия) показали, что наиболее коррумпированными структурами в своих республиках население северокавказского региона считает местные правоохранительные органы (53%), а также систему образования (51%) и здравоохранение (49%). Именно эти структуры респонденты указывали чаще всего, отвечая на вопрос о том, «где, на Ваш взгляд, проблема коррупции в Вашей республике стоит наиболее остро?». К числу коррумпированных опрошенные отнесли также судебную систему (39%), органы социального обеспечения (30%) и налоговые органы (28%). Только 8% опрошенных затруднилось с ответом на данный вопрос. (См. таблицу в конце данной главы).

Примечательно, что только правоохранительные органы вошли в тройку наиболее коррумпированных, по мнению опрошенных, структур во всех шести республиках Северного Кавказа. В то же время, число тех, кто отнес правоохранительные органы к самым коррумпированным структурам, серьезно отличается в зависимости от республики. Так, если в столице Чечни 44% опрошенных считает, что в правоохранительных органах проблема коррупции стоит наиболее остро, то в столице Кабардино-Балкарии Нальчике число тех, кто придерживается данного мнения, составило 64%, а в столице Северной Осетии Владикавказе – 65%.

В целом население столиц северокавказских республик продемонстрировало определенные различия во взглядах на то, в каких сферах проблема коррупции в их республике стоит наиболее остро. Так, подавляющее большинство опрошенных жителей столицы Кабардино-Балкарии Нальчика отнесло к наиболее коррумпированным структурам сферу образования (78%), за которой последовали правоохранительные органы (64%) и налоговые органы (56%). Жители столицы Карачаево-Черкесии г. Черкесск наиболее коррумпированой структурой своей республики считают здравоохранение (49%), а также правоохранительные органы (43%) и образование (31%). Население столицы Дагестана г. Махачкала также полагает, что самой коррумпированной структурой в их республике является сфера образования (63%), за которой следуют правоохранительные органы (58%) и суды (44%). Жители столицы Северной Осетии г. Владикавказ на первое место по степени коррумпированности поставили правоохранительные органы (65%), на втором и третьем местах оказались образование (54%) и суды (51%). В столице Чечни г. Грозном опрошенные в качестве наиболее коррумпированных структур указали образование (61%), а также здравоохранение (55%) и правоохранительные органы (44%). В самом крупном населенном пункте Ингушетии г. Назрань опрошенные на первое место по степени коррумпированности поставили правоохранительные органы (45%), за которыми последовали образование (41%) и здравоохранение (38%).

* * *
Ответы жителей столиц северкавказских республик на вопрос о том, «сталкивались ли Вы лично с проявлениями коррупции и если да, то в какой сфере?», создают более предметную картину коррупционной ситуации в северокавказском регионе, свидетельствующую о значительно большей распространенности коррупционной практики в республиках Северного Кавказа по сравнению с Россией в целом.

Только 19% опрошенных в республиках Северного Кавказа заявило о том, что они не имеют личного опыта столкновения с коррупцией. Наибольшее число опрошенных в столицах республик Северного Кавказа отметило, что они сталкивались с проявлениями коррупции в здравоохранении (43%), а также в сфере образования (37%) и в правоохранительных органах (28%). (См. таблицу в конце данной главы). Следует подчеркнуть, что по данным опроса в России в 2008 г., проведенного по заказу международной организации Transparency International, 14% опрошенных россиян заявили о том, что им пришлось давать взятку в сфере образования; при этом 19% давало взятки в сфере здравоохранения и 30% — в правоохранительных органах. Таким образом, данные цифры позволяют предположить, что коррупционная практика в сфере образования и здравоохранения распространена на Северном Кавказе в значительно большей степени, чем в среднем по России. Вместе с тем, столкновение с проявлениями коррупции в правоохранительных органах находится на примерно одинаковом уровне.

Любопытной тенденцией, зафиксированной в ходе исследования, является то обстоятельство, что в половине столиц республик Северного Кавказа большинство опрошенных лично сталкивалось с проявлениями коррупции в области здравоохранения, которая опередила по этому печальному показателю остальные структуры. В трех из шести столиц республик Северного Кавказа (в Черкесске, Махачкале и Грозном) большинство отметило наличие личного опыта столкновения с коррупцией именно в сфере здравоохранения. Так, в Черкесске 41% опрошенных имеет опыт столкновения с коррупцией в здравоохранении и 37% — в правоохранительных органах. В Махачкале 75% респондентов заявило о личном опыте столкновения с коррупцией в здравоохранении и 50% — в сфере образования. В Грозном 44% имеет личный опыт столкновения с коррупцией в здравоохранении и 33% — в образовании. Вместе с тем, в столице Кабардино-Балкарии и в столице Северной Осетии большая часть опрошенных указала на личный опыт столкновения с коррупцией в сфере образования (47% опрошенных в Нальчие и 45% опрошенных во Владикавказе).

Общей чертой подавляющего большинства республик Северного Кавказа является то обстоятельство, что количество заявивших об отсутствии личного опыта столкновения с коррупцией обычно оказывается в несколько раз меньше, чем число тех, кто непосредственно сталкивался с какими-либо проявлениями коррупции. Число заявивших об отсутствии личного опыта столкновения с коррупцией варьируется от 9% в Карачаево-Черкесии до 21% в Кабардино-Балкарии, что значительно меньше количества тех жителей данных республик, кто указал на наличие личного опыта столкновения с проявлениями коррупции в различных инстанциях. Особняком здесь стоит ингушская Назрань, где рекордно высокое число опрошенных (31%) заявило о том, что они не сталкивались с проявлениями коррупции, в то время как 26% указало опыт столкновения с коррупцией в здравоохранении и 25% — в образовании, что значительно ниже показателей в других республиках Северного Кавказа. Возможной причиной данного явления может быть нежелание некоторых респондентов в Назрани признать наличие личного коррупционного опыта в силу различных обстоятельств, прежде всего опасений за собственную безопасность. Следует отметить, что в ходе опроса в Назрани интервьюеры отмечали настороженное поведение и обеспокоенность значительной части респондентов, а также их нежелание давать ответы на некоторые вопросы.

* * *
Ответы жителей столиц северокавказских республик на вопрос о том, «как, на Ваш взгляд, изменился масштаб коррупции в Вашей республике за последние несколько лет?» продемонстрировали, что в оценках изменений в коррупционной ситуации в регионе местным населением доминирует пессимизм. Общее количество пессимистов в республиках Северного Кавказа, считающих, что масштаб коррупции в их республике увеличился или «скорее увеличился», составило 45% (из них 23% заявило, что масштаб коррупции увеличился и 22% — «скорее увеличился»). Общее число оптимистов, которые полагают, что уровень коррупции в их республике за последние годы уменьшился или «скорее уменьшился», составило только 17% (из них 12% полагает, что коррупция «скорее уменьшилась» и лишь 5% — уменьшилась). Таким образом, общее число тех, кто склонен к негативной оценке происшедших изменений в сфере коррупции (45%) почти в три раза превышает общее количество оптимистов (17%). При этом 23% опрошенных полагает, что уровень коррупции в их республике не изменился, а 15% затруднились с ответом на данный вопрос.

Опрошенные в разных республиках демонстрировали значительно расходящие оценки изменений, происшедших в регионе в сфере коррупционной активности. Наиболее позитивно происшедшие изменения оценили опрошенные в столице Карачаево-Черкесии г. Черкесск, где число оптимистов несколько превысило число пессимистов. Так, 23% респондентов в Черкесске полагают, что уровень коррупции в их республике увеличился или «скорее увеличился», в то время как 27% считают, что коррупция в Карачаево-Черкесии уменьшилась или «скорее уменьшилась».

В отличие от столицы Карачаево-Черкесии, в столицах всех остальных республик Северного Кавказа пессимисты заметно преобладают над оптимистами. Наиболее негативные оценки изменениям в сфере коррупции дали респонденты в г. Владикавказ и в г. Грозный. Так, в столице Северной Осетии 71% считает, что коррупция в их республике увеличилась или «скорее увеличилась», в то время как противоположного мнения придерживается лишь 5% опрошенных. В столице Чечни 62% полагает, что уровень коррупции в их республике возрос или «скорее возрос», в то время как только 5% опрошенных считает, что коррупция уменьшилась или «скорее уменьшилась». Разрыв между пессимистами и оптимистами в пользу пессимистов достаточно велик также в Кабардино-Балкарии (43% пессимистов и 8% оптимистов) и в Дагестане (43% пессимистов и 29% оптимистов).

* * *
Ответы респондентов на вопрос о том, как, по их мнению, может измениться масштаб коррупции в их республике в ближайшие годы, также продемонстрировали заметное преобладание негативных ожиданий. В целом в столицах республик Северного Кавказа 40% опрошенных ожидает, что уровень коррупции в их республиках увеличится или «скорее увеличится» (из них 17% считает, что коррупция увеличится и 23% — «скорее увеличится»). Число тех, кто полагает, что масштаб коррупции уменьшится или «скорее уменьшится», составило лишь 17% (из них только 5% считает, что коррупция уменьшится и 12% — «скорее уменьшится»). 26% полагает, что уровень коррупции останется прежним и 17% затруднилось дать ответ на данный вопрос.

Общей чертой большинства северокавказских республик является то, что негативные ожидания в вопросе о возможных изменениях в коррупционной сфере в ближайшие годы характерны для половины или почти половины опрошенных. Наибольшее число пессимистов и скептиков, предсказывающих рост коррупции в своих республиках, было зафиксировано в столице Северной Осетии Владикавказе (в целом 53%, из них 26% считает, что коррупция возрастет и 27% — «скорее возрастет») и в столице Кабардино-Балкарии Нальчике (в целом 51%, из них 22% считает, что уровень коррупции возрастет и 29% — «скорее возрастет»). Пессимисты полностью доминируют и среди опрошенных в Чечне, где 49% считает, что коррупция в их республике увеличится или «скорее увеличится». Число оптимистов, ожидающих уменьшения коррупции, колеблется от 9% в Чечне до 15% в Кабардино-Балкарии и 17% в Дагестане, в несколько раз уступая числу пессимистов в этих республиках.

Единственной республикой, где количество оптимистов существенно превысило число пессимистов, стала ингушская Назрань. Только 8% опрошенных жителей Назрани ожидает, что коррупция в их республике возрастет или «скорее возрастет», в то время как 38% полагает, что уровень коррупции в Ингушетии снизится или «скорее снизится». Одной из возможных причин подобного нехарактерного для региона в целом оптимизма могут быть ожидания перемен к лучшему, связанные с недавней сменой руководства в республике, когда Ю-Б. Евкуров сменил на посту президента Ингушетии малопопулярного в республике М. Зязикова.

Вместе с тем следует отметить, что 30% опрошенных в Назрани полагает, что уровень коррупции в республике не изменится. Аналогичной точки зрения по поводу развития коррупционной ситуации в своих республиках придерживается 36% опрошенных в дагестанской Махачкале, 31% в североосетинском Владикавказе и 24% в столице Кабардино-Балкарии Нальчике.

* * *
Реакция опрошенных на вопрос о том, «что, на Ваш взгляд, является основным источником коррупции в Вашей республике?» показала, что большая часть населения почти всех республик Северного Кавказа склонна усматривать истоки коррупционной деятельности в первую очередь в местных властях. Так, 62% всех опрошенных в столицах северокавказских республик назвало основным источником коррупции в своей республике местные власти и 42% — федеральные власти. При этом 27% опрошенных усматривает главный источник коррупции в самом населении и 11% затруднилось с ответом на поставленный вопрос.

Наиболее критическое отношение к местным властям продемонстрировали жители североосетинского Владикавказа, где 81% опрошенных указал в качестве основного источника коррупции местные власти, 43% — само население республики и 36% — федеральные власти. Весьма критически к местным властям относятся также в столице Дагестана Махачкале и в столице Кабардино-Балкарии Нальчике. Так, в Махачкале 74% опрошенных считает основным источником коррупции местные власти, в то время как 59% указали в этом качестве федеральные власти и 19% — само население. В Нальчике 65% опрошенных усматривает основной источник коррупции в деятельности местных властей, 41% — в самом населении и 29% — в федеральных властях.

Единственной республикой Северного Кавказа, где большинство опрошенных назвало главным источником коррупции не местные, а федеральные власти, стала Карачаево-Черкесия. По мнению 54% опрошенных жителей Черкесска, федеральные власти представляют собой основной источник коррупции в Карачаево-Черкесии, в то время как 46% указало в этом качестве местные власти.
ГЛАВА 2. ОПРОС В НАЛЬЧИКЕ, КАБАРДИНО-БАЛКАРИЯ, ДЕКАБРЬ 2008 г.: 77% ЛИЧНО СТАЛКИВАЛОСЬ С ПРОЯВЛЕНИЯМИ КОРРУПЦИИ; 75% УВЕРЕНО, ЧТО МАСШТАБЫ КОРРУПЦИИ В КАБАРДИНО-БАЛКАРИИ НЕ ИЗМЕНЯТСЯ ИЛИ ВОЗРАСТУТ

Опрос в столице Кабардино-Балкарии г. Нальчик, проведенный информационным агентством «Caucasus Times» 10-25 декабря 2008 г. и посвященный проблемам коррупции в республике, показал как широкую распространенность коррупции в Кабардино-Балкарии, так и высокую степень озабоченности большинства населения данной проблемой. Примечательно, что подавляющее большинство опрошенных жителей Нальчика (77%) лично сталкивалось с проявлениями коррупции в различных социальных институтах и сферах жизни; при этом 75% уверено в том, что масштабы коррупции в республике в ближайшие несколько лет либо не изменяться, либо возрастут.

Отвечая на вопрос о том, где именно проблема коррупции в республике стоит наиболее остро, подавляющее большинство опрошенных указало сферу образования (78%), за которой последовали правоохранительные органы (64%) и налоговые органы (56%). Более половины респондентов (53%) полагает, что наиболее остро проблема коррупции стоит в сфере здравоохранения, в то время как 48% считает наиболее коррумпированной судебную систему. Примечательно, что наименьшее количество опрошенных (29%) отнесло к самым коррумпированным структурам органы социального обеспечения. Только 2% опрошенных затруднилось с ответом на данный вопрос.

Ответы респондентов на вопрос о том, сталкивались ли они лично с проявлениями коррупции, свидетельствуют о том, подавляющее большинство населения Нальчика лично соприкасалось с коррупцией в различных сферах. Так, почти половина опрошенных (47%) сталкивалась с коррупцией в сфере образования. При этом 35% респондентов отметили, что они сталкивались с проявлениями коррупции в здравоохранении, 27% — в правоохранительных органах, 25% — в органах соцобеспечения и 16% — в налоговых органах. Только пятая часть опрошенных (21%) заявила о том, что они лично не сталкивались с проявлениями коррупции. 2% респондентов затруднились с ответом на этот вопрос.

Оценивая динамику изменения масштабов коррупции в Кабардино-Балкарии за последние несколько лет, подавляющее большинство опрошенных (76%) продемонстрировали скептицизм, отметив, что масштаб коррупции в республике либо не изменился (33%), либо увеличился (23%), либо «скорее увеличился» (20%). Только 7% опрошенных полагает, что объем коррупции «скорее уменьшился» и 1% — уменьшился. 16% затруднились дать определенный ответ на данный вопрос.

Довольно скептическими оказались и ожидания населения по поводу развития ситуации в коррупционной сфере в ближайшие годы. Так, подавляющее большинство опрошенных не ждет никаких изменений к лучшему в данной области, полагая, что в ближайшие несколько лет масштаб коррупции либо не изменится (24%), либо увеличится (22%), либо «скорее увеличится» (29%). Только 11% надеется на то, что объем коррупции «скорее уменьшится» и лишь 4% — уменьшится. Таким образом, общее число пессимистов в данном вопросе составило 75%, в то время как количество оптимистов – 15%. 10% респондентов не смогли дать определенный ответ на данный вопрос.

Большинство опрошенных жителей столицы Кабардино-Балкарии (65%) полагает, что главным источником коррупции в республике являются местные власти. Отвечая на вопрос об источниках коррупции, опрошенные оказались весьма самокритично настроенными, указав в качестве второго важного источника коррупции само население республики (41%). Наиболее снисходительное отношение опрошенные продемонстрировали в отношении федеральных властей. Так, только 29% указало федеральные структуры в качестве основного источника коррупции. 12% затруднилось ответить на данный вопрос.

Несмотря на озабоченность проблемой коррупции и весьма пессимистичные ожидания в связи с возможным развитием ситуации в данной области в ближайшие годы, население Нальчика продемонстрировало достаточно позитивное отношение к руководству Кабардино-Балкарии за последние годы. Так, 26% опрошенных оценило деятельность руководства КБР в последние годы положительно, 23% — «скорее положительно» и только 12% — отрицательно и 29% — «скорее отрицательно». Общее количество склонных к положительной оценке руководства КБР составило, таким образом, почти половину опрошенных (49%), превысив общее число пессимистов (41%).

Отвечая на вопрос о наиболее острых проблемах Кабардино-Балкарии, большинство опрошенных (66%) назвало безработицу. Среди самых актуальных проблем республики респонденты также указали коррупцию (52%), социальную незащищенность (42%), низкое качество образования (38%), религиозный экстремизм (35%) и межнациональные отношения (34%). 11% затруднились с ответом на данный вопрос.

Примечательно, что подобные результаты были получены и в ходе предыдущего опроса в Нальчике в августе 2008 г., когда респондентам задавался аналогичный вопрос. Так, в ходе опроса в августе 2008 г. в Нальчике большинство опрошенных (81%) самой острой проблемой назвало социально-экономическую сферу, имея в виду безработицу и низкие зарплаты. Второй наиболее острой проблемой были названы недостатки властей, прежде всего коррупция и непрофессионализм (50%). Следует отметить, что в ходе более ранних опросов общественного мнения в столице Кабардино-Балкарии социально-экономические проблемы в еще большей степени доминировали среди наиболее актуальных проблем республики. Так, во время проведенного «Caucasus Times» опроса общественного мнения в Нальчике в сентябре 2005 г. 95% заявили о том, что самые острые проблемы Кабардино-Балкарии заключаются в социально-экономической области.

Таким образом, подавляющее большинство населения столицы Кабардино-Балкарии, как и несколько лет назад, продолжает считать, что основные проблемы республики коренятся в социально-экономической сфере и в широко распространенной коррупции.

ГЛАВА 3. ОПРОС В МАХАЧКАЛЕ, ДАГЕСТАН, МАРТ 2009 г.: ТОЛЬКО 14% НЕ СТАЛКИВАЛОСЬ С ПРОЯВЛЕНИЯМИ КОРРУПЦИИ; 63% СЧИТАЮТ, ЧТО НАИБОЛЕЕ КОРРУМПИРОВАНА СИСТЕМА ЗДРАВООХРАНЕНИЯ

24 февраля – 6 марта 2009 г. информационное агентство «Caucasus Times» провело опрос общественного мнения в г. Махачкала, столице Дагестана, который является самой многонациональной и многонаселенной республикой Северного Кавказа. В ходе исследования было опрошено 400 жителей Махачкалы старше 16 лет, представляющих различные профессии и основные национальности Дагестана.

Данный опрос, посвященный коррупции и другим наиболее острым проблемам республики, продемонстрировал, что подавляющее большинство населения столицы Дагестана лично сталкивалось с проявлениями коррупции в самых разных социальных институтах и органах государственной власти в республике. Весьма примечательно и то обстоятельство, что жители Махачкалы оказались в основном пессимистами как в своих оценках изменений масштабов коррупции за последние несколько лет (69% полагают, что уровень коррупции в республике либо не изменился, либо возрос), так и в своих прогнозах на ближайшее будущее (80% считают, что масштабы коррупции в Дагестане либо не изменятся, либо возрастут).

Сомнительную «пальму первенства» по степени коррупционности в Дагестане, по мнению большинства опрошенных, держит местная система здравоохранения. Отвечая на вопрос о том, где именно проблема коррупции в республике стоит наиболее остро, подавляющее большинство опрошенных указало здравоохранение (63%). В число наиболее коррумпированных структур вошли также правоохранительные органы (58%) и суды (44%). Кроме того, значительная часть респондентов отнесла к числу коррумпированных структур также систему образования (43%) и органы социального обеспечения (39%). Примечательно, что наименьшее количество опрошенных (17%) отнесло к самым коррумпированным структурам налоговые органы. Характерно, что оценки жителей Махачкалы, касающиеся коррупционной ситуации в их республике, несколько отличаются от мнений жителей столицы Кабардино-Балкарии Нальчика. Так, в ходе аналогичного опроса, проведенного в Нальчике в декабре 2008 г. в тройку наиболее коррумпированных структур Кабардино-Балкарии уверенно вошли образование (78%), правоохранительные органы (64%) и налоговые органы (56%), в то время как тройка самых коррумпированных структур Дагестана, по мнению жителей Махачкалы, включает здравоохранение (63%), правоохранительные органы (58%) и суды (44%).

Ответы респондентов на вопрос о том, сталкивались ли они лично с какими-либо проявлениями коррупции, свидетельствуют о том, что только 14% опрошенных не имеет данного опыта, в то время как подавляющее большинство населения Махачкалы непосредственно соприкасалось с коррупцией в различных сферах. Так, подавляющее большинство опрошенных (75%) сталкивалась с коррупцией в области здравоохранения, 50% — в системе образования и 38% — в органах соцобеспечения. При этом 28% респондентов отметили, что они сталкивались с проявлениями коррупции в правоохранительных органах, 22% — в судах и 13% — в налоговых органах. 3% респондентов затруднились с ответом на данный вопрос.

В своих оценках динамики изменения уровня коррупции в Дагестане за последние несколько лет, подавляющее большинство опрошенных (69%) продемонстрировали скептицизм, отметив, что масштаб коррупции в республике либо не изменился (26%), либо увеличился (18%), либо «скорее увеличился» (25%). Только 11% опрошенных полагает, что объем коррупции в их республике «уменьшился» и 18% — «скорее уменьшился». 2% затруднились дать определенный ответ на данный вопрос. Таким образом, общее число пессимистов, считающих, что уровень коррупции в Дагестане увеличился или «скорее увеличился» (43%) заметно превысило число оптимистов, полагающих, что масштабы коррупции в республике уменьшились или «скорее уменьшились» (29%).

Ожидания населения Махачкалы в связи с дальнейшим развитием ситуации в коррупционной сфере в Дагестане в ближайшие годы также оказались в основном пессимистическими. Подавляющее большинство опрошенных не склонно ждать каких-либо изменений к лучшему в данной области, полагая, что в ближайшие несколько лет масштаб коррупции либо не изменится (36%), либо увеличится (27%), либо «скорее увеличится» (17%). Примечательно, что лишь 11% выразило надежду, что объем коррупции «скорее уменьшится» и только 6% — уменьшится. Общее число пессимистов в данном вопросе, ожидающих роста коррупции, составило 44%, в то время как количество оптимистов, надеющихся на снижение уровня коррупции – 17%. Только 3% респондентов не смогли дать определенный ответ на данный вопрос.

Подавляющее большинство жителей столицы Дагестана (74%) склонно усматривать основной источник коррупции в местных властях. При этом 59% назвало в качестве главного источника коррупции федеральные власти и только 19% — само население республики. Примечательно, что в данном вопросе жители Махачкалы оказались гораздо менее самокритичны, чем жители Нальчика, 41% которых считает, что главным источником коррупции в Кабардино-Балкарии является само население республики. Впрочем, подобно жителям Махачкалы, подавляющее большинство опрошенных в Нальчике (65%) также считает, что местные власти представляют собой главный источник коррупции в республике.

Общий критический настрой населения Махачкалы проявился и в их ответах на вопрос о том, как они оценивают политику федеральных властей на Северном Кавказе. Если положительно и «скорее положительно» политику Москвы на Северном Кавказе оценило соответственно 18% и 21% опрошенных, то число оценивших ее отрицательно или «скорее отрицательно» оказалось существенно выше, составив соответственно 30% и 20% опрошенных. Таким образом, общее число недовольных политикой федерального центра в северокавказском регионе составило 50%, существенно превысив общее количество тех, кто склонен позитивно оценивать политику Москвы в регионе (39%). 11% опрошенных затруднились с ответом на данный вопрос.

Схожие цифры были получены и при ответах респондентов на вопрос об их отношении к деятельности властей Дагестана за 2008 год. 16% оценили деятельность республиканского руководства «положительно», 20% — «скорее положительно», 40% — «скорее отрицательно» и 18% — «скорее отрицательно». Если общее число положительно или «скорее положительно» оценивших деятельность как федеральных властей, так и властей Дагестана оказалось примерно равным (39% склонно к положительной оценке политики федерального центра и 36% — к положительной оценке республиканских властей), то общее число тех, кто склонен к критической оценке руководства Дагестана (58%) заметно превысило число тех, кто высказал критическое отношение к политике федерального центра (50%).

Отдельный вопрос в ходе исследования был посвящен выяснению того, какие проблемы население Махачкалы считает наиболее острыми для Дагестана. Как и ранее, значительное большинство опрошенных назвало в качестве самых острых проблем республики проблемы социально-экономического характера, в том числе социальную незащищенность (66%), коррупцию (58%) и безработицу (56%). Судя по всему, данный выбор был сделан респондентами под влиянием последствий экономического кризиса, который оказывает все более существенное негативное воздействие на северокавказский регион, обостряя существующие здесь традиционные социально-экономические проблемы.

Весьма важным представляется и то обстоятельство, что почти половина опрошенных жителей Махачкалы (47%) в качестве наиболее острой проблемы Дагестана указала религиозный экстремизм, что свидетельствует о растущей обеспокоенности населения религиозной ситуацией в республике и деятельностью религиозных радикалов.

ГЛАВА 4. ОПРОС ВО ВЛАДИКАВКАЗЕ, СЕВЕРНАЯ ОСЕТИЯ, МАРТ 2009 г.: 65% СЧИТАЮТ, ЧТО ПРОБЛЕМА КОРРУПЦИИ СТОИТ НАИБОЛЕЕ ОСТРО В ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНАХ; 53% ОЖИДАЮТ РОСТА КОРРУПЦИИ В БЛИЖАЙЩИЕ ГОДЫ.

15–27 марта 2009 г. информационное агентство «Caucasus Times» провело опрос общественного мнения в столице Северной Осетии г. Владикавказ. В ходе исследования в общей сложности было опрошено 400 жителей Владикавказа старше 16 лет, в основном осетин по национальности, представляющих различные профессии и возрастные группы. Главной целью опроса было выявление отношения со стороны населения к коррупционной ситуации в Северной Осетии, к другим наиболее острым проблемам в республике, а также к политике федерального центра на Северном Кавказе.

Данный опрос показал, что, как и в других республиках Северного Кавказа, подавляющее большинство населения столицы Северной Осетии (79%) лично сталкивалось с разнообразными проявлениями коррупции в самых разных сферах жизни и в социальных институтах республики, включая органы государственной власти. Примечательно, что только 21% из общего числа опрошенных жителей Владикавказа заявил об отсутствии личного опыта столкновения с различными проявлениями коррупционной деятельности. Подобно жителям столицы Кабардино-Балкарии Нальчика и столицы Дагестана Махачкалы, большинство жителей Владикавказа продемонстрировали в основном пессимистические настроения как в своих оценках изменений масштабов коррупции в Северной Осетии за последние годы (90% опрошенных заявило о том, что уровень коррупции в республике либо не изменился, либо увеличился, либо «скорее увеличился»), так и в своих прогнозах на ближайшее будущее (так, 84% считают, что масштабы коррупции в Северной Осетии либо не изменятся, либо возрастут, либо «скорее возрастут»).

Отвечая на вопрос о том, в какой именно сфере в Северной Осетии проблема коррупции стоит наиболее остро, подавляющее большинство опрошенных указало правоохранительные органы (65%). Помимо правоохранительных органов, в тройку самых коррумпированных структур Северной Осетии вошли также сфера образования (54%) и суды (51%). Кроме того, около трети респондентов отнесли к числу коррумпированных структур республики также систему здравоохранения (35%), налоговые органы (35%) и органы социального обеспечения (30%). Следует отметить, что в ходе проведения аналогичных опросов в республиках Северного Кавказа правоохранительные органы неизменно оказываются в тройке наиболее коррумпированных структур. Так, в ходе предыдущего опроса, проведенного в начале марта 2009 г. в Махачкале, в тройку самых коррумпированных структур Дагестана, по мнению опрошенных жителей Махачкалы, вошли здравоохранение (63%), правоохранительные органы (58%) и суды (44%).

Ответы жителей Владикавказа на вопрос о том, сталкивались ли они лично с какими-либо проявлениями коррупции и если да, то в какой сфере, свидетельствуют о том, что только 21% опрошенных не имеет данного опыта, в то время как подавляющее большинство населения Владикавказа (79%) имеет личный опыт непосредственного соприкосновения с коррупцией в различных социальных институтах и органах власти. Примечательно, что большая часть опрошенных (45%) заявила о том, что она сталкивалась с коррупцией в области образования. 34% респондентов сталкивались с проявлениями коррупции в здравоохранении. Почти треть опрошенных (29%) заявили о том, что они сталкивались со случаями коррупции в правоохранительных органах и в судах и 14% — в органах социального обеспечения. Любопытно, что хотя правоохранительные органы, по мнению большинства опрошеных (65%), являются наиболее коррумпированной структурой в республике, о личном опыте столкновения с проявлениями коррупции в правоохранительных органах заявило только 29% опрошенных. Судя по всему, мнение о коррумпированности правоохранительных органов у значительной части респондентов сложилось не столько на основании личного опыта, сколько под влиянием социального окружения.

Подавляющее большинство опрошенных жителей Владикавказа (90%) продемонстрировали скептицизм в своих оценках динамики изменения уровня коррупции в Северной Осетии за последние годы. Так, 19% отметило, что масштаб коррупции в республике не изменился (19%), в то время как 41% полагает, что он увеличился и 30% — «скорее увеличился». Лишь очень незначительное число респондентов продемонстрировало оптимизм в данном вопросе. Так, только 1% опрошенных полагает, что объем коррупции в их республике «уменьшился» и 4% — «скорее уменьшился». 5% затруднились дать какой-либо определенный ответ на данный вопрос. Таким образом, общее число убежденных пессимистов, считающих, что уровень коррупции в Северной Осетии увеличился или «скорее увеличился» (71%) многократно превысил число оптимистов, полагающих, что масштабы коррупции в республике уменьшились или «скорее уменьшились» (5%).

Ответы респондентов на вопрос о возможных изменениях в масштабе коррупции в Северной Осетии в ближайшие годы показали, что ожидания населения Владикавказа в этой области являются в основном пессимистическими. Как и в соседних республиках Северного Кавказа, подавляющее большинство опрошенных жителей Владикавказа не склонно ждать каких-либо изменений к лучшему в данной области, полагая, что в ближайшие несколько лет масштаб коррупции либо не изменится (31%), либо увеличится (26%), либо «скорее увеличится» (27%). Только 5% выразило надежду на то, что объем коррупции уменьшится и лишь 7% — «скорее уменьшится». Общее число пессимистов, ожидающих роста коррупции, составило, таким образом, 53%, в то время как количество оптимистов, надеющихся на снижение уровня коррупции – лишь 12%. При этом 4% респондентов не смогли дать определенный ответ на данный вопрос.

Реакция населения на вопрос об основных источниках коррупции в их республике выявила наиболее критическое отношение к местным властям. Так, 81% жителей столицы Северной Осетии склонно усматривать основной источник коррупции в республике именно в деятельности местных властей. При этом 43% опрошенных назвало в качестве главного источника коррупции само население республики и 36% — федеральные власти. 6% затруднилось дать определенный ответ на данный вопрос. Следует отметить, что в ходе предыдущих опросов в Нальчике и в Махачкале большинство опрошенных жителей данных северокавказских столиц также называло в качестве основного источника коррупции в их республиках местные власти.

Оценка жителями Владикавказа политики федерального центра на Северном Кавказе также оказалась преимущественно критической. Так, только 8% опрошенных оценило политику Кремля в северокавказском регионе положительно и 20% — «скорее положительно». Число тех, кто оценил политику Москвы негативно, оказалось существенно выше. 16% заявило о своей отрицательной оценке политики федерального центра и 42% оценило ее «скорее отрицательно». Общее число недовольных политикой Москвы в северокавказском регионе среди опрошенных во Владикавказе составило 58%, более чем в два раза превысив общее количество тех, кто оценивает политику Кремля положительно или «скорее положительно» (28%). 14% опрошенных затруднились ответить на этот вопрос.

Отвечая на вопрос о том, какие проблемы являются для Северной Осетии наиболее острыми, большинство опрошенных указало проблемы социально-экономического характера. Так, среди трех самых острых проблем республики опрошенные жители Владикавказа назвали коррупцию (68%), безработицу (59%) и социальную незащищенность (49%). Около трети опрошенных (32%) в качестве наиболее острой проблемы назвало низкое качество образования, 15% — религиозный экстремизм и 10% — внесудебные казни. Только 4% респондентов считает главной проблемой республики вопрос Пригородного района. 3% затруднились с ответом на данный вопрос. Примечательно, что в ходе предыдущего опроса в столице Дагестана Махачкале среди трех наиболее острых проблем Дагестана опрошенные также назвали социально-экономические проблемы, в том числе социальную незащищенность (66%), коррупцию (58%) и безработицу (56%), что свидетельствует о растущем негативном воздействии экономического кризиса в России на население всего северокавказского региона.

ГЛАВА 5. ОПРОС В ГРОЗНОМ, ЧЕЧНЯ, АПРЕЛЬ 2009 г.: 61% ПОЛАГАЕТ, ЧТО СФЕРА ОБРАЗОВАНИЯ ЯВЛЯЕТСЯ НАИБОЛЕЕ КОРРУМПИРОВАННОЙ В РЕСПУБЛИКЕ; 45% СЧИТАЮТ ГЛАВНЫМ ИСТОЧНИКОМ КОРРУПЦИИ МЕСТНЫЕ ВЛАСТИ

10–15 апреля 2009 г. информационное агентство «Caucasus Times» провело регулярный опрос общественного мнения в столице Чечни г. Грозном. В целом было опрошено 400 жителей Грозного старше 16 лет, главным образом чеченцев по национальности, представляющих различные социальные слои, профессии и возрастные группы. Главная цель опроса состояла в исследовании отношения жителей столицы Чечни к коррупционной ситуации и в выявлении других наиболее острых проблем в их республике. Отдельный вопрос, который задавался респондентам в ходе исследования, касался их отношения к политике федерального центра на Северном Кавказе.

Особенностью проведения опроса в Чечне стало то обстоятельство, что, в отличие от других республик Северного Кавказа, значительная часть местных респондентов в ходе опроса демонстрировала тревожное и крайне обеспокоенное поведение. Многие из жителей Грозного отказывались отвечать на вопросы анкеты, объясняя свое нежелание принимать участие в исследовании тем, что они «не хотят связываться с властями», а также тем, что результаты опроса, по их словам, «все равно ничего не изменят».

Тем не менее, результаты опросы свидетельствуют о том, что коррупционная ситуация в Чечне и отношение к данной проблеме со стороны местного населения в целом похожи на положение в других северокавказских республиках.

Так, подобно жителям столиц других республик Северного Кавказа, подавляющее большинство населения столицы Чечни (83%) заявило о том, что оно лично сталкивалось с проявлениями коррупции в самых разных сферах жизни и в социальных институтах республики, включая в первую очередь сферу образования, а также здравоохранение и правоохранительные органы. Только 17% от общего числа опрошенных жителей Грозного отметили, что они не имеют личного опыта столкновения с различными проявлениями коррупции.

Ответы респондентов на вопрос о том, где, по их мнению, проблема коррупции стоит в Чечне наиболее остро, показали, что в тройку наиболее коррумпированных, по мнению опрошенных, структур республики входят сфера образования (61%), здравоохранение (55%) и правоохранительные органы (44%). Следует отметить, что данный результат в целом совпадает с результатами опросов в столицах других республик Северного Кавказа, где именно эти структуры также фигурировали в числе наиболее коррумпированных. Кроме того, жители Грозного считают, что коррупция весьма распространена также в органах соцобеспечения (36%), в судах (32%) и в налоговых органах (22%). 8% затруднились дать определенный ответ на данный вопрос.

С различными проявлениями коррупции «лично сталкивалось» 83% опрошенных; при этом только 17% заявили об отсутствии у них личного опыта в данной сфере. Наибольшее число респондентов лично сталкивалось с коррупцией в области здравоохранения (44%), в образовании (33%) и в правоохранительных органах (27%). Кроме того, 19% заявило о своем опыте столкновения с различными проявлениями коррупции в органах соцобеспечения и 15% — в налоговых органах. Только 4% опрошенных затруднились дать ответ на вопрос о том, сталкивались ли они лично с проявлениями коррупции и если да, то в какой сфере.

Ответы респондентов на вопрос о том, как, по их мнению, изменился масштаб коррупции в Чечне за последние несколько лет, показали, что большинство опрошенных склонно к негативной оценке происшедших в республике изменений. Так, 34% респондентов заявили о том, что масштаб коррупции увеличился и 28% — «скорее увеличился»; при этом 13% полагает, что уровень коррупции в Чечне остался без изменений. Оптимистичную оценку происшедшим изменениям дали только 5% опрошенных, из которых 4% считает, что коррупция в республике «скорее уменьшилась» и лишь 1% — «уменьшилась». Значительное число опрошенных (20%) затруднились с ответом на данный вопрос.

Подобно жителям столиц других республик Северного Кавказа, ожидания жителей Грозного в связи с возможным развитием коррупционной ситуации в Чечне в ближайшие годы также оказались в значительной степени пессимистичными. Почти половина опрошенных (49%) ожидает дальнейшего роста коррупции в Чечне в ближайшие годы; при этом 18% считает, что уровень коррупции увеличится и 31% — «скорее увеличится». 17% опрошенных полагает, что масштаб коррупции в их республике существенно не изменится. Оптимистами в данном вопросе оказалось лишь 9% респондентов; из них 3% считает, что коррупция уменьшится и 6% — «скорее уменьшится». Четверть опрошенных (25%) не смогли дать определенный ответ на этот вопрос.

Реакция респондентов на вопрос о том, кто является основным источником коррупции в Чечне, в целом соответствует настроениям жителей других республик Северного Кавказа, усматривающих главный источник коррупции прежде всего в местных властях. Большинство опрошеных жителей Грозного также полагает, что основным источником коррупции в Чечне являются именно местные власти (45%). Второе и третье места в списке основных источников коррупции с небольшим отрывом заняли соответственно федеральные власти (33%) и само население республики (30%). 16% респондентов затруднились с ответом на даный вопрос.

Вопрос об отношении к политике федерального центра на Кавказе выявил заметное преобладание критических настроений у большинства жителей чеченской столицы. Так, 33% опрошенных оценили политику Москвы на Северном Кавказе отрицательно и 27% — «скорее отрицательно». Количество тех, кто склонен к положительной оценке политики федерального центра, оказалось существенно ниже. Лишь 9% оценило политику федерального центра положительно и 11% — «скорее положительно»; при этом 20% затруднились с ответом на данный вопрос.

Следует отметить, что число положительно оценивших политику федерального центра в Чечне оказалось намного ниже, а количество тех, кто затруднился с ответом на данный вопрос, существенно выше, чем в соседнем Дагестане, Кабардино-Балкарии или Северной Осетии. Это свидетельствует о более критическом отношении населения Чечни к политике Москвы в северокавказском регионе по сравнению с другими республиками Северного Кавказа.

Среди наиболее острых проблем в современной Чечне опрошенные назвали проблемы социально-экономического характера, прежде всего безработицу (66%), социальную незащищенность (52%) и коррупцию (48%), что в целом соответствует мнению населения других республик Северного Кавказа, страдающих от последствий социально-экономического кризиса в регионе. Кроме того, обеспокоенность значительной части населения Грозного вызывает также качество образования. Так, 41% опрошенных жителей Грозного назвал низкое качество образования среди наиболее острых проблем в Чечне. 15% респондентов считает главной проблемой республики внесудебные казни.

Представляет интерес то обстоятельство, что, в отличие от соседнего Дагестана, где 47% опрошенных назвало в числе главных проблем религиозный экстремизм, население Чечни не считает данную проблему особенно острой. Так, только 14% опрошенных в Грозном указало религиозный экстремизм в числе наиболее острых проблем Чечни. 7% опрошенных затруднились с ответом на данный вопрос.

ГЛАВА 6. ОПРОС В ЧЕРКЕССКЕ, КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИЯ, АПРЕЛЬ 2009 г.: 91% ЛИЧНО СТАЛКИВАЛСЯ С ПРОЯВЛЕНИЯМИ КОРРУПЦИИ; 54% СЧИТАЮТ ФЕДЕРАЛЬНЫЕ ВЛАСТИ ГЛАВНЫМ ИСТОЧНИКОМ КОРРУПЦИИ

20–27 апреля 2009 г. информационное агентство «Caucasus Times» провело регурярный опрос общественного мнения в столице Карачаево-Черкесии г. Черкесск. В ходе исследования было опрошено 400 жителей Черкесска разных национальностей старше 16 лет, в основном карачаевцев, черкесов и русских, представляющих различные профессии и возрастные группы. Основная цель исследования состояла в выявлении отношения со стороны населения к коррупционной ситуации в Карачаево-Черкесии, а также к другим наиболее острым проблемам, стоящим перед республикой. Кроме того, отдельный вопрос, на который отвечали респонденты в Черкесске, касался отношения населения к политике федерального центра на Северном Кавказе.

Результаты данного опроса свидетельствуют о том, что подавляющее большинство населения столицы Карачаево-Черкесии (91%) непосредственно сталкивалось с разными формами коррупции. Лишь 9% от общего числа опрошенных в Черкесске заявило о том, что им не приходилось сталкиваться с различными проявлениями коррупционной практики. Следует отметить, что процент тех, кто имеет личный опыт столкновения с коррупцией в столице Карачаево-Черкесии оказался несколько выше, чем в столицах других республик Северного Кавказа. Так, если в Черкесске опыт столкновения с различными проявлениями коррупции имеет 91%, то в столице Северной Осетии Владикавказе это число составило 79%, а в столице Дагестана Махачкале — 86% опрошенных.

* * *
Среди наиболее коррумпированных структур своей республики жители Черкесска назвали здравоохранение (49%), правоохранительные органы (43%) и сферу образования (31%). Примечательно, что именно эти структуры назывались в качестве наиболее коррумпированных и жителями столиц других северокавказских республик. Любопытной особенностью Карачаево-Черкесии является то обстоятельство, что многие респонденты, отмечая в качестве самых коррумпированных правоохранительные органы, указывали прежде всего на сотрудников республиканского ГИБДД, которые, по их мнению, в большей степени склонны к вымогательству взяток, чем сотрудники ГИБДД соседних российских регионов. По мнению респондентов, коррупция в сфере образования проявляется прежде всего в широко распространенной практике дачи взяток за положительные результаты ЕГЭ и за школьные медали, а также в подарках учителям и преподавателям. Помимо здравоохранения, правоохранительных органов и образования, жители Черкесска назвали в числе коррумпированных структур также суды (21%), органы соцобеспечения (18%) и налоговые органы (11%). 6% затруднились с ответом на данный вопрос.

Ответы жителей Черкесска на вопрос о том, сталкивались ли они лично с какими-либо проявлениями коррупции и если да, то в какой сфере, свидетельствуют о том, что только 9% опрошенных не имеет данного опыта, в то время как подавляющее большинство населения (91%) имеет личный опыт непосредственного соприкосновения с различными формами коррупционной практики. Наибольшее число опрошенных (41%) заявило о том, что они сталкивались с коррупцией в области здравоохранения, 37% — в правоохранительных органах и 22% — в сфере образования. Кроме того, 15% сталкивалось с коррупцией в судах, 7% — в органах соцобеспечения и 6% — в налоговых органах. 7% затруднилось с ответом на данный вопрос.

Особенностью Черкесска, отличающей его от других северокавказских столиц, стало и то обстоятельство, что, оценивая динамику изменения уровня коррупции в Карачаево-Черкесии, более трети респондентов (39%) затруднились с ответом на данный вопрос. В других республиках Северного Кавказа число затруднившихся с ответом было значительно меньше, в то время как большая часть опрошенных указывала на рост коррупции. Так, во время опроса в североосетинском Владикавказе 19% отметило, что масштаб коррупции в республике не изменился, 41% — что он увеличился и 30% — «скорее увеличился». Среди жителей Черкесска 11% считает, что уровень коррупции в их республике не изменился, только 10% — увеличился и 13% — «скорее увеличился». В то же время, 20% респондентов в Черкесске заявило, что масштаб коррупции «скорее уменьшился» и 7% — уменьшился. Таким образом, общее число оптимистов (27%) несколько превысило количество пессимистов (23%). В отличие от Черкесска, население других столиц северокавказских республие склонно к более негативной оценке изменений в масштабе коррупции в их республиках за последние несколько лет.

Отвечая на вопрос о возможных изменениях в масштабе коррупции в Карачаево-Черкесии в ближайшие годы, треть респондентов (33%) вновь затруднились с ответом. Значительная часть опрошенных (29%) продемонстрировала в данном вопросе сдержанный пессимизм, указав, что масштаб коррупции в Карачаево-Черкесии в ближайшие годы «скорее увеличится»; при этом 8% уверены в том, что коррупция возрастет. Только 6% опрошенных полагает, что уровень коррупции в их республике уменьшится и 9% — «скорее уменьшится». 15% заявило о том, что масштаб коррпуции не изменится. Таким образом, в прогнозах дальнейшего развития коррупционной ситуации в Карачаево-Черкесии общее число пессимистов, ожидающих, что коррупция увеличится или «скорее увеличится» (37%), заметно превысило число оптимистов (15%), надеющихся на снижение уровня коррупции в республике.

Реакция респондентов на вопрос о том, что является основным источником коррупции в Карачаево-Черкесии, выявила заметные отличия жителей Черкесска от населения других северокавказских республик. Так, большинство опрошенных жителей Черкесска (54%) считает главным источником коррупции федеральные власти и менее половины опрошенных (46%) — местные власти. В отличие от жителей Черкесска, население других северокавказских столиц склонно усматривать главный источник коррупции прежде всего в местных властях. Так, 81% жителей столицы Северной Осетии усматривает основной источник коррупции в республике в деятельности местных властей и только 36% — в федеральных властях.

Ответы жителей Черкесска на вопрос об их отношении к политике федерального центра на Кавказе также выявили существенную разницу в настроениях жителей столицы Карачаево-Черкесии и жителей других столиц северокавказских республик. В своей оценке политики федерального центра в северокавказском регионе население Черкесска оказалось значительно более благожелательным, чем население других северокавказских столиц. Так, более половины респондентов в Черкесске (58%) заявили о своем в целом позитивном отношении к политике федерального центра на Кавказе; при этом 35% оценивает ее положительно и 23% — «скорее положительно». В целом негативное отношение к политике Кремля на Кавказе продемонстрировало существенно меньшее число опрошенных (37%); из них 19% оценивает политику центра «скорее отрицательно» и 18% — отрицательно. 5% затруднились с ответом на данный вопрос. Следует отметить, что в ходе предыдущего опроса в североосетинском Владикавказе общее число недовольных политикой Москвы в северокавказском регионе среди опрошенных составило 58%, более чем в два раза превысив общее количество тех, кто оценивает политику Кремля положительно или «скорее положительно» (28%).

Судя по всему, причиной в основном благожелательного отношения жителей Черкесска к политике федерального центра является инициированная Кремлем смена руководства Карачаево-Черкесии, когда стоявшего во главе республики непопулярного М. Батдыева, зять которого был признан виновным в убийстве семерых жителей республики, сменил Б. Эбзеев, пользующийся пока кредитом доверия со стороны населения.

Ответы респондентов на вопрос о наиболее острых проблемах Карачаево-Черкесии, наоборот, показали сходство настроений жителей Черкесска с жителями других северокавказских регионов. Среди наиболее острых проблем своей республики жители Черкесска в первую очередь назвали проблемы социально-экономического характера, включая безработицу (58%), коррупцию (37%) и социальную незащищенность (16%). Именно эти три проблемы называет в качестве самых острых и население других столиц северокавказских республик.
ГЛАВА 7. ОПРОС В НАЗРАНИ, ИНГУШЕТИЯ, МАЙ 2009: 59% СЧИТАЕТ МЕСТНЫЕ ВЛАСТИ ОСНОВНЫМ ИСТОЧНИКОМ КОРРУПЦИИ

25-31 мая информационное агентство «Caucasus Times» провело регулярный опрос общественного мнения в самом крупном населенном пункте Республики Ингушетия г. Назрань. Всего было опрошено 400 жителей Назрани старше 16 лет, в основном ингушей и чеченцев по национальности, которые представляли различные социальные слои, профессии и возрастные группы. Основная цель данного опроса заключалась в исследовании отношения жителей самого крупного города Ингушетии к различным аспектам коррупционной ситуации в республике, прежде всего в выяснении вопроса о том, в каких сферах деятельности коррупция является наиболее распространенной.

* * *
Следует отметить, что в ходе исследования проявилась значительно большая, чем в других регионах Северного Кавказа, настороженность, обеспокоенность и явное нежелание респондентов давать ответы на некоторые вопросы, включенные в анкету. Данное обстоятельство не позволило выявить отношение респондентов к некоторым проблемам, в том числе к политике федерального центра на Северном Кавказе.

Отвечая на вопрос о том, где проблема коррупции в Ингушетии стоит наиболее остро, большинство опрошенных назвали правоохранительные органы (45%), сферу образования (41%) и здравоохранение (38%). Указанная жителями Назрани тройка наиболее коррумпированных, по их мнению, структур в целом соответствует мнению жителей других республик Северного Кавказа, которые в ходе предыдущих опросов среди самых коррумпированных органов в своих республиках называли правоохранительные органы, образование и здравоохранение. В числе коррумпированных жители Назрани также указали суды (36%), органы социального обеспечения (30%) и налоговые органы (27%), что также в целом соответсвует настроениям жителей других северокавказских республик. Вместе с тем, более четверти всех опрошенных (26%) затруднились с ответом на данный вопрос.

Любопытной особенностью результатов опроса в Назрани, отличающей самый крупный город Ингушетии от других городов Северного Кавказа, стало то обстоятельство, что около трети всех опрошенных (31%) заявило о том, что они лично не сталкивались с какими-либо проявлениями коррупции. Следует отметить, что в столицах других республик Северного Кавказа число тех, кто заявлял об отсутствии личного опыта столкновения с проявлениями коррупции, было обычно существенно ниже, не превышая 20%. Возможной причиной столь высокого процента тех, кто предпочел заявить об отсутствии личного опыта столкновения с коррупцией, является широко распространенная в республике атмосфера страха за собственную безопасность, что также проявилось в прямом отказе многих респондентов отвечать на «неудобные», с их точки зрения, вопросы. Среди тех, кто заявил о личном опыте столкновения с коррупцией, большая часть имела подобный негативный опыт в здравоохранении (26%) и в сфере образования (25%), а также в правоохранительных органах (21%) и в органах соцобеспечения (16%). 6% опрошенных затруднились с ответом на данный вопрос.

Ответы респондентов на вопрос о том, как изменился масштаб коррупции в Ингушетии за последние несколько лет, показали, что значительное число опрошенных не видит каких-либо существенных изменений в данной области в последнее время. Так, 37% респондентов полагает, что масштаб коррупции в республике не изменился, в то время как 11% считает, что он увеличился и 13% — «скорее увеличился». При этом 6% опрошенных отметило, что коррупция в республике уменьшилась и 16% — «скорее уменьшилась». 14% респондентов затруднилось с ответом на данный вопрос.

Говоря о возможном развитии коррупционной ситуации в республике в ближайшие годы, около трети респондентов (30%) отметила, что положение в данной области не изменится. Только 2% считает, что коррупция увеличится и 6% — «скорее увеличится». Примечательно, что почти треть респондентов в Назрани (30%) продемонстрировала осторожно-оптимистичные ожидания, заявив о том, что коррупция в их республике «скорее уменьшится»; при этом 8% опрошенных уверены в понижении уровня коррупции в ближайщие годы. Данные цифры существенно превышают аналогичные показатели в других республиках северокавказского региона. Вместе с тем, около четверти опрошенных (24%) затруднились дать определенный ответ на этот вопрос.

Мнения жителей Назрани о том, кто является основным источником коррупции в Ингушетии, в целом совпали с мнениями жителей столиц других северокавказских республик. Большинство респондентов в Назрани (59%) считает, что главным источником коррупции в их республике являются местные власти. Значительно меньшее число респондентов (43%) склонно усматривать основной источник коррупции в деятельности федеральных властей. Около трети опрошенных (31%) считает, что в роли главного источника коррупции выступает само население республики. 17% опрошенных затруднились с ответом на этот вопрос.

Таким образом, наиболее критическое отношение жители Назрани продемонстрировали к местным властям, назвав их главным источником коррупции. Примечательно, что, в отличие от некоторых других северокавказских республик, недавняя смена руководства Ингушетии и назначение в октябре 2008 г. президентом республики Ю-Б. Евкурова, сменившего на этом посту непопулярного М. Зязикова, судя по всему, не изменили в целом критическое отношение населения к республиканскому руководству.

Следует отметить, что и в большинстве других республик Северного Кавказа население также склонно в большей степени усматривать основной источник коррупции прежде всего в деятельности местных властей.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Предыдущий исследовательский проект информационного агентства «Сaucasus Times», посвященный изучению общественного мнения на Северном Кавказе в год парламентских и президентских выборов в России в 2007-2008 гг., убедительно показал широко распространенную социальную апатию, а также скептицизм и неверие большинства населения северокавказских республик в эффективность выборов и в их способность оказать какое-либо позитивное влияние на положение в регионе.

Результаты последнего опроса «Сaucasus Times» в 2008-2009 гг., посвященного проблеме коррупции на Северном Кавказе, свидетельствуют о том, что широко распространенный скептицизм, пессимизм и дефицит веры в возможность каких-либо положительных сдвигов в будущем среди населения республик Северного Кавказа касается не только института парламентских и президентских выборов в России, но и положения в сфере коррупции, являющейся одной из самых острых проблем как России в целом, так и Северного Кавказа. В целом следует отметить, что результаты многолетних исследований «Сaucasus Times» в северокавказском регионе вполне подтверждают мнение Р. Хасбулатова, считающего, что настроение населения республик Северного Кавказа определяется «пессимизмом и отчаянием».

С началом экономического кризиса российские социологи фиксируют общий рост тревожности, конфликтности и внутренней агрессии в российском обществе, что находит свое выражение в различных формах социальной патологии. В еще большей степени данные явления характерны для российского Северного Кавказа.

* * *
Одним из самых главных результатов исследования является зафиксированная в ходе опросов уверенность большинства жителей северокавказских столиц в том, что проблема коррупции в их республике стоит наиболее остро в таких ключевых для жизнедеятельности государства сферах как правоохранительные органы (53%), образование (51%) и здравоохранение (49%). Подавляющее большинство опрошенных жителей столиц республик Северного Кавказа (81%) признало, что они имеют личный опыт столкновения с различными проявлениями коррупционной практики; при этом наиболее часто респонденты лично сталкивались с коррупцией в здравоохранении (43%), образовании (37%) и в правоохранительных органах (28%).

Следует отметить, что данные опроса в России в 2008 г., проведенного по заказу авторитетной международной организации Transparency International, показали, что в среднем по России число тех, кто признал личный опыт столкновения с коррупцией в сфере образования и здравоохранения в виде дачи взяток за предоставление услуг, оказался существенно ниже, чем на Северном Кавказе. Так, если на Северном Кавказе с коррупцией в сфере здравоохранения сталкивалось 43% опрошенных, то в среднем по России подобный негативный опыт признало 19% опрошенных. Если на Северном Кавказе 37% опрошенных заявило о столкновении с коррупцией в области образования, то в среднем по России число тех, кто сталкивался с подобной проблемой, составило 14%. Вместе с тем, количество тех, кто сталкивался с коррупцией в правоохранительных органах, оказалось примерно одинаковым (30% в среднем по России и 28% на Северном Кавказе).

В ходе опроса весьма рельефно проявилась преимущественно негативная оценка жителями северокавказских столиц происшедших за последние годы изменений в области коррупции в их республиках. Так, почти половина всех опрошенных в столицах республик Северного Кавказа (45%) выразила уверенность в том, что масштаб коррупции в их республике увеличился или «скорее увеличился»; при этом 23% опрошенных считает, что уровень коррупции не изменился. Только 17% респондентов оказались оптимистами в оценке произшедших изменений, заявив о том, что уровень коррупции за последние годы уменьшился или «скорее уменьшился».

Схожий уровень пессимизма проявился и во взглядах опрошенных на возможное развитие коррупционной ситуации в их республиках в ближайшие годы. 40% респондентов полагает, что уровень коррупции в их республике возрастет или «скорее возрастет» и 26% считает, что он не изменится. Лишь 17% опрошенных выразило уверенность в том, что коррупция в их республике уменьшится или «скорее уменьшится».

Подобный пессимизм может служить и весьма красноречивой негативной характеристикой местных властей, которые, по мнению большинства опрошенных жителей столиц республик Северного Кавказа, представляют собой главный источник коррупции в регионе. Так, 62% опрошенных в республиках Северного Кавказа в качестве основного источника коррупции указали именно местные власти, в то время как 42% — федеральные власти и 27% — само местное население.

Ислам Текушев, Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *