Ислам в Чечне (часть3-я, дудаевская революция)

В 1990 г. еще в единой Чечено-Ингушетии, в условиях общей активизации общественно-политической жизни, появляются две исламские политические партии – «Исламский путь» и местное отделение «общесоюзной» Исламской партии возрождения, при этом партия «Исламский путь» активно участвует в чеченском национальном движении (в составе его радикального крыла, добивавшегося отставки республиканского «партократического» руководства).

Революционные события в Чечне в августе-ноябре 1991 г. приводят к созданию де-факто самостоятельной Чеченской Республики на территории большей части бывшей ЧИ АССР. В этих условиях ДУМ ЧИ преобразовывается в Духовное управление мусульман Чеченской Республики (ДУМ ЧР). Его председателем стал, взамен ушедшего в отставку Ш.Газабаева, Мухаммад-Башир-хаджи Арсанукаев.

В начале 1992 г. на фоне обострения противоречий между сторонниками и противниками чеченского режима во главе с президентом Дудаевым произошло размежевание в рядах духовенства. 1 марта продудаевские элементы собрали чрезвычайный съезд мусульман Чеченской Республики (ЧР), который, обвинив муфтият в «пассивности» перед лицом оппозиционных сил, заявил о его упразднении и создании альтернативной религиозной структуры — Исламского центра ЧР во главе с Мухаммад-Хусайном Алсабековым, советником Дудаева по делам религии (сам Дудаев заявлял, что он принадлежит к вирду Кунта-Хаджи). Муфтият, однако, не признал правомочным это решение и продолжил свою работу, несмотря на информационную «блокаду» со стороны чеченских властей.

В январе 1993 г., тем не менее, в республике прошли выборы нового муфтия, которым становится полностью лояльный к политическому курсу Дудаева чеченский алим Махмуд Гаркаев (Мадин Махмуд). С этого времени оба муфтията стали действовать в Чечне параллельно, один — будучи не признанным официальным Грозным.

В начале 1994 г. продудаевским муфтием мусульман Чечни стал сменивший на этом посту М. Гаркаева бывший председатель Исламского центра Мухаммад-Хусайн Алсабеков.

Муфтий Арсанукаев был признан федеральными властями в феврале 1995 года вскоре после начала первой чеченской войны при поддержке пророссийского правительства Саламбека Хаджиева, он умер в 1997 г.

Начиная со времени президенства Джохара Дудаева, политика властей в Чечне и ислам были неразрывно связаны между собой. Муфтии неизбежно превращались в политические фигуры. Значительная часть низшего духовенства (сельские муллы, авторитеты суфийских общин братства Кадирия, особенно последователей Кунта-хаджи) поддерживали режим президента Дудаева как «имама Чечни». Другие представители духовенства (в частности, муфтий М.-Б.Арсанукаев и его сторонники), а также влиятельное в республике Накшбандийская община последователей Дени-шейха (Арсанова), выступали в оппозиции к нему. Духовный глава общины, Ильяс-хаджи Арсанов, стоял у истоков антидудаевского Движения за сохранение единства Чечено-Ингушетии (ДСЕЧИ), созданного в октябре 1991 г.

С приверженцами Накшбандийского тариката в представлении чеченской мусульманской общественности связывается попытка оппозиции совершить переворот в Чечне 31 марта 1992 г. Неслучайно муфтия Арсанукаева, последователя Накшбандийского тариката, Дудаев обвинил в пособничестве оппозиционерам.

Постепенная исламизация общества заставила Дудаева, который не был известен, как ортодоксальный мусульманин, использовать ислам в качестве политического аргумента. Идеологом исламской политики стал вице-президент Чечни – Зелимхан Яндарбиев. Джохар Дудаев уделял исламу особое внимание как важнейшему фактору сплочению чеченского народа, однако при этом подчеркивал, что Чечня станет демократическим и правовым государством, а все ее граждане, независимо от их вероисповедания, будут равны в своих правах и обязанностях. Принятая в марте 1992 г. конституция Чечни зафиксировала отделение религиозных организаций от государства и гарантировала свободу отправления культа для всех граждан республики. В соответствии с этой политикой Дудаевым был принят указ об объявлении православной Пасхи, наряду с мусульманскими праздниками, нерабочим днем.

В апреле 1992 г. указом Дудаева был учрежден Национальный комитет по делам исламской религии при президенте, задачей которого было создание «условий для возрождения исламской религии в Республике, координации и укрепления всесторонних связей с зарубежными исламскими организациями и учреждениями». В октябре 1992 г. председатель Национального комитета по правовой реформе Усман Имаев представил в парламент свой проект нового уголовного кодекса, который предусматривал введение шариатских наказаний за некоторые виды преступлений (в том числе — отсечение руки за воровство). Проект не получил одобрения большинства депутатов. Муфтий республики М.-Б. Арсанукаев, убежденный противник введения шариатского судопроизводства, был также против и доказывал, что общество еще не готово к введению шариатских норм. В феврале 1993 г. сам президент Чечни предложил внести поправки к конституции, которые, в частности, предусматривалось придание исламу статуса государственной религии и введение в республике шариатских судов при сохранении гражданского судопроизводства.

За официальное закрепление за исламом статуса государственной религии, за введение шариата и упразднение других органов власти выступала значительная часть мусульманского духовенства. Одним из влиятельных организаций, проповедовавших эту идею был Совет старейшин (Мехк кел), созданный в период революции главами некоторых чеченских тейпов (родов). Совет старейшин считался «государственным консультативным органом» с функциями «контроля и морального надзора», но с начала 1992 г. он стал претендовать на роль законодательного органа. Совет старейшин действовал в союзе с частью мусульманского духовенства, объединившегося вокруг Исламского центра.

Новым для Чечни течением в исламе с 1990-х гг. стала идеология салафизма или «ваххабизма». Его вдохновителями были дагестанские учителя – Багауддин Кебедов, ставший позднее фактически духовным наставником Конгресса народов Ичкерии и Дагестана, который возглавил Шамиль Басаев, и идеолог умеренного ваххабизма Ахмад-кади Ахтаев (умер 1998 году). Ваххабизм проникал, в основном, во вновь создававшиеся мусульманские общины в Чечне. «Ваххабитами» становились молодые новообращенные мусульмане, которые ставили своей целью возрождение ислама с чистого листа, без примесей народных традиций, адата, и суфизма. Почитание суфийских шейхов в салафитской среде приравнилось к «ширку», т.е. к язычеству. «Салафиты», сторонники чистого ислама, также активно выступали за введение шариата в полном объеме, из их числа вербовались борцы за установление исламского государства на Северном Кавказе.

В условиях усиливающейся оппозиции Дудаеву, экономического и социального кризиса президенту Чечни был необходим образа «вождя, ниспосланного Аллахом», «защитника веры». В апреле-мае 1993 г. сторонники Дудаева на улицах Грозного открыто защищали его как своего «имама».

В свою очередь, к исламу апеллировала и оппозиция, призывавшая народ не допустить установления в республике военной диктатуры или «спекуляции на исламе и исламской республике Джохаром Дудаевым». В гражданский раскол оказалось втянуто и мусульманское духовенство. При этом противостояние между продудаевской и антидудаевской религиозными «партиями» приобрело черты открытой конфронтации между последователями Кадирийского и Накшбандийского тарикатов.

Михаил Рощин, Москва, Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *