Ингушское пекло

НАЗРАНЬ, 26 сентября, Caucasus Times — Маленькая республика на Северном Кавказе — Ингушетия уже не первый год проходит испытание террором против гражданского населения.

Регион вступил в Х1Х век с массой кричащих проблем: десятки тысяч беженцев из соседних Северной Осетии и Чечни, высокий уровень безработицы, коррупция, неопределенность с административными границами, обиды за утраченные в середине прошлого столетия исконно ингушские земли, которые отошли СО-Алании. К этим бедам с момента избрания руководителем республики генерала ФСБ Мурата Зязикова прибавилось худшее зло — похищения и убийства молодых людей. Счет жертв «эскадрона смерти» давно уже ведется на сотни.
Власти — и местные, и федеральные — сложную ситуацию объясняют идущей в регионе борьбой с исламскими экстремистами. Но этот тезис не выдерживает критики: радикально настроенных граждан в республике, возможно, даже меньше, чем в соседних субъектах РФ. Больше того, все опросы общественного мнения подтверждают, что абсолютное большинство ингушей не мыслят себя вне России, а религиозность населения ничуть не «затмевает» ее приверженность светским нормам человеческого общежития. Наблюдателями, аналитиками не подвергается никакому сомнению и то обстоятельство, что население готово подчиниться всякой власти, действующей в рамках функционирующих в стране законов. Тем не менее, против гражданского населения применяются репрессии такого масштаба, который не укладываются в рамки ни одного федерального или местного закона, в том числе закона «О борьбе с терроризмом».

Безусловно, все федеральные структуры владеют исчерпывающей информацией о захлестнувшей Ингушетию волне насилия и произвола. Это, однако, не подвигло органы государственной власти России к ясному, аргументированному объяснению происходящего. Если же исходить из той позиции, что властью не предпринимается эффективные меры для пресечения творящегося беззакония, то остается сделать единственный вывод: Москва заинтересована именно в таком развитии ситуации в регионе. Какие при этом преследуется цели — можно только предполагать.

Мало осведомленное о том, как строятся и осуществляются политические процессы, что входит в компетенцию местных властей и мало зависит от них, население Ингушетии во всех своих несчастиях винит президента Зязикова. Он, как считают многие, не то что не пытается установить контроль над действиями силовых структур, но и всецело поддерживает проводимый ими курс «зачистки» региона от молодежи. Жертвами ее становятся, как правило, ребята в возрасте 17-24 дет.

Характерная для Ингушетии последних лет ситуация сложилась не так давно, например, в небольшом городке Карабулаке. В людном месте несколько человек крепкого телосложения в гражданской одежде предприняли попытку задержать местного жителя, но парню удалось вырваться из их рук. По нему, убегающему от своих преследователей, был открыт огонь из пистолетов. Он упал раненный, и был добит выстрелом в голову. Подоспевшей ингушской милицией убийцы были задержаны, и обнаружилось, что у каждого в потайном кармане хранится удостоверение сотрудника одной из спецслужб. Через несколько часов по приказу «сверху» все они были отпущены.

Имеются многочисленные доказательства того, что в некий отряд, занимающийся целенаправленными похищениями и убийствами молодых людей, входят русские, чеченцы, ингуши, осетины. По рукам местных жителей ходит их список, но насколько он достоверен, пока неизвестно. Занимавшийся расследованием этих преступлений подполковник ФСБ Алихан Калиматов был убит после того, как он сообщил о намерении назвать имена тех, кто как отдает соответствующие приказы бойцам этого отряда, так и тех, кто их выполняет, зная, что они заведомо незаконны.

В последние месяцы ингуши становятся жертвами похищений не только в самой Ингушетии, но и, скажем, в Москве. При этом все больше подтверждений находится тому факту, что похищаемые входили в круг знакомых того же Калиматова. Скорее всего, «эскадрон смерти» пытается получить однозначный ответ на вопрос, успел ли Калиматов до своего убийства сообщить кому-либо те сведения, которые ему в ходе следствия удалось раздобыть.

Президент Зязиков подвергается жесткому давлению со стороны общественности, но он только открещивается от всего происходящего, говоря, что силы, занимающиеся похищениями и убийствами, ему не подчиняются и напрямую связаны с Москвой и Владикавказом, куда похищенные вывозятся. Эта позиция, конечно же, не находит понимания со стороны населения, и оно — уже в массовом, организованном порядке — настаивает на уходе главы республики в отставку. Участники митингов с этим требованием в один голос говорят: при предшественнике нынешнего президента — Руслане Аушеве власть не оставляла без должного внимания ни одного преступления, поэтому ситуация, подобная нынешней, была просто невозможна. Это — с одной стороны. С другой стороны, ингуши с завистью говорят о соседней Чечне, где президент Рамзан Кадыров нашел-таки управу на действовавших там «эскадронов смерти», и не спускает «силовикам» ни одного случая нарушения закона. Рамзан Кадыров для жителей Ингушетии стал примером того, как лидер республики должен действовать в сложной ситуации.

Явное или мнимое бессилие Мурата Зязикова управлять протекающими в республике процессами стало совершенно очевидной причиной того, что доведенная до отчаяния часть жителей Ингушетии ищет «панацею» от своих бед уже за рамками не работающих здесь законов. Так, после нашумевшего убийства владельца оппозиционного сайта «Ингушетия.Ру» Магомеда Евлоева, уже в пределах обычного права вайнахов — адата, официально президенту Зязикову, министру внутренних дел Мусе Медову объявлена кровная месть. Она распространяется не только конкретно на этих двух человек, но и более досягаемых для вендетты их близких и дальних родственников. Случившиеся после объявления мести уже как минимум два покушения на родственников Зязикова (в одном случае был убит его двоюродный брат) говорят о том, что традиционная для этого региона «машина восстановления справедливости» в виде кровной мести уже, скорее всего, запущена. Как показывает многосотлетняя история народов этого края, чтобы остановить эту «машину», понадобятся огромные усилия наиболее авторитетных членов общества и долгие годы, а то и десятилетия.

В Назрани есть немало интеллектуалов, которые, отслеживая события на всем Кавказе, пытается докопаться до причин безжалостных репрессий, обрушившихся на их родной народ. Так, четверо депутатов ингушского парламента в беседе с автором этих строк — независимо друг от друга — заявили, что якобы ведущаяся в республике борьба с экстремистами от религии является лишь «дымовой завесой», за которой организаторы репрессий пытаются скрыть свои истинные цели. Одна из этих целей — «вогнать основную массу населения в ступор» с тем, чтобы народ, утопая в реке невинной крови своих сыновей, думал лишь о возможностях остановки машины смерти, а не, скажем, о вопросах территориальной реабилитации или возвращения ингушских беженцев в места своего постоянного жительства на территории нынешней Северной Осетии. Депутаты полагают, что именно эта цель, а не что-то другое, заставляет Москву удерживать во власти в Ингушетии Мурата Зязикова.

Послушный приказу генерал — идеальный «громоотвод» для федерального центра.
Аргументируя свою позицию, парламентарии указывают, в частности, на то, что Россия добивается достижения своих целей в конфликтных зонах принципом «клин клином вышибают». Так, во всех «зонах ответственности» — Абхазия, Южная Осетия, Нагорный Карабах — российских «миротворцев» были проведены широкомасштабные «зачистки» по этническому признаку. Пережили ее в Северной Осетии и ингуши, и тогда же Россия для закрепления достигнутого «результата» отгородила от ингушей ингушские селения Пригородного района блокпостами, усиленными нарядами милиции и армейских подразделений. И, конечно же, начиная с 1992 года, ингушам не разрешали возвратиться к родным пепелищам не для того, чтобы сегодня или завтра «открыть все шлагбаумы» перед желающими возвратиться к дедовским очагам. И только в данном контексте, по мнению моих собеседников, становится понятным, почему «не потопляем» нынешний ингушский президент: чем больше будет накапливаться недовольства им, тем меньше в Ингушетии будут вспоминать и говорить о чем-то, не связанном с этим.

Сложившаяся сегодня в Ингушетии ситуация, по мнению депутатов, является зеркальным отражением той обстановки, что была в Чечне в 1999-2004 гг. В ужасе от еженощных похищений, бессудных расправ чеченское население попросту забыло такие слова и понятия, как «свобода», «независимость». Ингуши должны забыть слова и понятия «земля», «территория», «Родина», тогда Кремль, возможно, подарит им уже ингушского «Рамзана Кадырова». И не надо будет, как это они сейчас делают, писать на заборах и стенах «Зязиков — убийца», «Медов — враг своего народа».
Другим объяснением случившегося, которое население «придумало для себя», является мнение, что кремлевские «ястребы» мстят ингушскому народу за предоставление убежища сотням тысячам чеченских беженцев. Приверженности этой точки зрения ссылаются, в частности, на известные приказы командовавшего в этот период группировкой федеральных сил «Запад» генерала Владимира Шаманова о плотном прикрытии административной границы Чечни и Ингушетии, чтобы предотвратить бегство мирных граждан из зоны боевых действий. Шаманов то ли предполагал прикрыться ими как щитом, то ли им ставилась цель уничтожить по возможности большее количество жителей Чечни. Обе эти версии могут быть серьезно аргументированы: на устроенном на границе с Ингушетией контрольно-пропускном пункте (КПП)»Кавказ» режим пропуска был до предела жестким, в отдельные дни и недели КПП пропуск людей не осуществлял вовсе, на подступах к нему выстраивались многокилометровые очереди. Одновременно по подходящим колоннам беженцев на федеральной трассе «Кавказ» «работали» авиация и артиллерия, и люди под бомбами и снарядами гибли десятками и сотнями. Эти смертельные атаки на мирных жителей фигурируют, в частности, в исках жителей республики в Европейский суд по правам человека.

Значительная часть ингушского населения полагает, что федеральные власти не хотят и не могут простить ингушам имевшие место в 1994-1996 гг. митинги протеста против войны в Чечне, а также то, что уже в период второй войны они предоставили беженцам-чеченцам кров и пищу. В данном контексте уместно вспомнить один исторический факт. Осенью 1942 года советская Красная Армия предала огню одиннадцать селений в высокогорном чеченском обществе Хильдехарой, обвинив их жителей в пособничестве бандитам. Представителям соседних горских общин под угрозой немедленного расстрела было в категорической форме запрещено принимать в своих селениях, домах, и помогать кому бы то ни было из «хильдехароевцев». Ингуши такого запрета не получали, но, по сути, получается так, что их наказывают за гуманизм, сочувствие терпящему бедствие братскому народу.
С другой стороны, без обнародования каких-либо доказательств, еще в 1994-1996 гг. представители федеральных сил обвиняли ингушские власти в том, что они, во-первых, в ходе войны в Чечне «обкатывают» в ней собственных боевиков, имея намерение позднее использовать их в осетино-ингушском конфликте, а, во-вторых, обеспечивает «крышу» чеченским боевикам. Это второе обвинение в той или иной форме остается «действующим» и с момента начала второй военной компании в Чечне. Безусловно, по ходу войны часть боевиков из Чечни переходила на территорию Ингушетии, но обвинять в этом ингушей — абсурд. Прикрывать и их, и их республику обязаны дислоцированные вдоль границы подразделения федеральных сил, и если они не справляются со своими задачами, то чем виновато население? Но в том и дело, что у российских генералов мозги «шиворот-навыворот». Даже в переходе чеченским полевым командиром Русланом Гелаевым государственной границы с Грузией — при чем в обоих направлениях — они обвиняли грузинские власти, а не собственные пограничные и прочие войска. Подобным же образом вместо того, чтобы «перевязать собственную больную голову», эти генералы и политики стараются проделать эту операцию со здоровой ингушской «головой».

Особая «щепетильность» этой ситуации заключается в том, что, формально высказывая как бы доверие нынешнему президенту Ингушетии — генералу ФСБ Зязикову, федеральный центр фактически ставит под сомнение и его преданность, верность себе.

И, наконец, об оружии. Как известно, в момент распада СССР оно — десятки тысяч единиц — растеклось по всему Северному Кавказу. Часть, конечно, осела и в Ингушетии, однако стремление каждого ингуша стать обладателем хоть какого-то «ствола» стало чем-то вроде жизненной необходимости с момента начала осетино-ингушскому конфликта. Видя, как российские танковые колонны разрывают живую плоть ингушских селений Пригородного района СОА, а идущие следом отряды мародеров и насильников грабят эти села и измываются над женщинами, детьми и стариками, сотни ингушей в бессильной ярости устремились в соседнюю Чечню с тем, чтобы только раздобыть автомат. Известны десятки случаев, когда ингуши отдавали за «Калашников» машины, на которых приехали. За годы, прошедшие после той трагедии, жизнь ингуша не стала безопасней, а власть — менее глухой к бедам и чаяниям ингушского народа. Хуже того, не принимая мер для пресечения творящегося в регионе насилия, наказания виновных, власти заставляют отдельных представителей ингушского народа прибегать к дедовским способам «восстановления справедливости» — кровной мести, которую без оружия не осуществить. Иначе говоря, образовался замкнутый круг: федеральная власть якобы разоружает регион, на самом же деле происходит обратное — население вооружается, чтобы защитить себя, своих близких и родных, а если с ними случилось непоправимое, то и отомстить.

Москва на протяжении многих лет старалась придать войне в Чечне «внутричеченский характер». По большому счету, эти усилия оказались напрасными. А вот в Ингушетии, кажется, этот «механизм» сработал, и еще многие годы конфликт внутри самих ингушей обещает быть главным в республике. И тут уже ровным счетом никакого значения не будет иметь судьба ни президента Зязикова, ни какого-либо другого ингуша. Эта «каша» уж совсем будет не по вкусу Кремлю, но он, кажется, еще этого не знает и не понимает.

С. Султанов, Назрань, специально для Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *