Церковный конфликт под тенью оливковых рощ

СУХУМ, 16 мая, Caucasus Times — В абхазском Новом Афоне, где воскресенье прошло церковно-народное собрание, вокруг знаменитого монастыря растут оливки. Может быть поэтому, события, которые теперь тут происходят, когда-нибудь назовут «оливковой революцией».

15 мая Церковно-народное собрание клириков и мирян приняло решение о создании Анакопийской митрополии с центром в Новом Афоне, которая будет ходатайствовать у Константинополя о даровании ей епископа, а затем и о получении автокефалии Абхазской церкви, независимой от Московской Епархии и Грузинской Епархии.
Так застарелый церковный конфликт абхазского духовенства положил начало новым серьезным общественно-политическим процессам в республике.

Конфликт разгорелся из-за фигуры нового настоятеля Новоафонского монастыря, который фактически был прислан Московским Патриархатом. Братия Новоафонского монастыря отказалась принять нового настоятеля, так как его назначение противоречит уставу обители. А потом, приехавший из России отец Ефрем Виноградов, предки которого были абхазами, совершил серьезную оплошность. Он отменил в монастыре византийские элементы богослужения, и в числе прочего отменил проведение служб на абхазском языке. Остановить обратную реакцию оказалось невозможным.

Теперь молодые священнослужители намерены добиться форсирования процесса создания полноценной автокефальной Абхазской Православной церкви, центром притяжения для которой станет не Москва, а Константинополь. Эти амбиции небезосновательны, но об этом чуть позже.

События конца прошлого месяца послужили первопричиной схода, но сегодня копья ломаются на совершенно другом уровне. Новоафонские события будут уже не просто общим собранием паствы и духовенства, а всенародным сходом, который будет иметь очень большие последствия для будущего страны.

Для Абхазии всенародный сход имеет почти мистическое значение. Сходы организовывались только в периоды серьезных политических испытаний, которые оказывались поворотными в судьбе страны. Например, в 1988 году на сходе в селе Лыхны 30 тысяч человек подписали обращение к властям СССР с просьбой о выходе Абхазии из состава Грузии.

Противостояние в Абхазской церкви отражает общий кризис, когда общество уже не принимает прежнюю систему организации жизни государства и лидеров, которые правят страной. «Церковным Багапшем» в данном случае стал отец Виссарион, пожилой уже женатый священник, который любит большие застолья и стал героем многих анекдотов. Просто в отличие от мирских политических процессов, в Церкви появились яркие, молодые претенденты на лидерство, которые с одной стороны выступают за решительные шаги в сторону создания Абхазской православной Церкви, с другой, не поддерживают экспансию Русской Православной церкви.

Отец Дорофей Дбар только что вернулся из Греции, где получил сан архимандрита и таким образом стал самым статусным священнослужителем в Абхазии. К стилю и методам управления в Абхазской церкви у него много вопросов, но сегодня церковные дела станут лишь частью общественного протеста.

Поэтому власти приложили массу усилий, чтобы предотвратить сход. Сначала церковных революционеров Дорофея Дбара и нынешнего настоятеля Новоафонского монастыря отца Андрея Ампара пытались увещевать в кабинетах администрации президента и правительства. Затем было заседание Совета безопасности Абхазии, на котором руководители страны выступили категорически против проведения схода и прямо заявили, что воспрепятствуют этому всеми доступными методами. Премьер-министр Сергей Шамба заявил по этому поводу: — «я не дам им монастырь». На национальном телевидении введена цензура, и освещение позиции сторонников схода под запретом. По этому поводу все тот же глава правительства Шамба заявил: — «мы не пустим их на ТВ, у них и так много СМИ, которые освещают их позицию».
Но потом власти совершили серьезную ошибку. Они привлекли к обсуждению внутриполитических проблем представителей Русской православной церкви. В эфире национального телевидения появилось интервью уполномоченного по вопросам религии в правительстве Абхазии Резо Кация с заместителем председателя отдела внешних церковных связей Русской Православной Церкви Николаем Балашовым, который естественно, подверг жесткой критике «раскольников». Однако в Абхазии очень не любят, когда внутренние процессы начинают комментировать люди со стороны. И власти, таким образом, забили гол в свои ворота.

Впрочем, есть интрига. Среди руководителей страны, резко критикующих церковный сход нет вице-президента Александра Анкваба. Многие считают, что он поддержал молодых священнослужителей. Если это так, то Анкваб самый хитрый в Абхазии политик. Движение в поддержку Дорофея Дбара, это очень мощный общественный порыв, в котором объединились самые разные силы, выступающие против нынешнего стиля управления страной и излишнего влияния на внутренние процессы со стороны соседних государств. Эта сила сейчас обретает формы, хотя не носит общенациональный характер. Но вместе с этим она значительно мощнее любых политических сил, существующих в Абхазии. Если Анквабу удастся обуздать «абхазский национализм», то он следующий президент. Но в таком случае смены элит не будет. Анкваб – представитель того же поколения, что и Багапш, единственное отличие между ними заключается лишь в том, что вице-президент не партийный функционер, а матерый милиционер.

Премьер Сергей Шамба на том самом заседании Совбеза, сказал, что Москва выступает категорически против церковной реформы в Абхазии, и если это произойдет, то все это будет иметь последствия и не в церковных делах тоже. В такой, на первый взгляд внутриполитической проблеме сразу появилась геополитика.

Дорофей Дбар и молодое абхазское духовенство не зря обратило свое внимание на Константинополь, где находится Вселенский Патриархат. Русская и Грузинская православные церкви являются историческими союзниками, и сколько бы Московский Патриархат не помогал абхазскому духовенству, признания оттуда Абхазская церковь не получит. Константинополь же выступает в какой-то степени историческим оппонентом РПЦ, но более того, считает себя вправе даровать автокефалии и епископа. Но самое главное, древний Питиунтский епископат, древняя Абхазская церковь, был частью Константинопольской церкви. Поэтому, контакты с Греческой церковью и Вселенским патриархатом, безусловно, — это определенный шанс для абхазского православия.

Однако Москва и устами РПЦ, и устами дипломатов уже заявила о категорическом неприятии пути, предлагаемого молодым абхазским духовенством.
Одним словом воскресные события должны положить начало совершенно новым процессам в истории Абхазии, которые потом, может быть и назовут «оливковой революцией».
Антон Кривенюк, специально для Caucasus Times

Антон Кривенюк, специально для Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *