Абхазия и Россия: праздник «дружбы и братства» не удался

СУХУМ, 1 октября, Caucasus Times -В год 200-летия вхождения Абхазии в состав России, праздник «дружбы и братства» не удался.

27 сентября, когда в Сухуме отмечали 17-летнюю годовщину освобождения города от грузинских войск, в престижном отеле «Атриум –Виктория» прошла конференция «Исторический выбор Абхазии. К 200-летию вхождения Абхазского княжества в Россию».

Мероприятие прошло «в режиме ограниченного доступа». Не было многих политиков и экспертов, у которых есть что сказать на тему российско-абхазских отношений.

Но конференция однозначно была эксклюзивом. Организаторы привезли на нее двух одиозных в Абхазии личностей – корреспондента российской газеты «Московский комсомолец» Марину Перевозкину и публициста Андрея Епифанцева.

Марина Перевозкина написала несколько статей на тему отъема в Абхазии жилья у этнических русских, а Епифанцев обвиняет абхазов в этнократии.

В 2010-м исполнилось двести лет с тех пор, как Абхазское княжество вошло в состав Российской империи. Организатор конференции московский Институт стран СНГ упорно пытается сделать из этой даты праздник.

Это уже третий, приуроченный к юбилею форум, который проходит в Сухуме. Как и последний, они были организованы российскими фондами и госструктурами.

Но праздничного настроения не получается. Абхазские и российские эксперты и политики сильно расходятся в оценках и исторического прошлого и сегодняшних реалий. И похоже, что столь частые визиты в Сухум групп российских экспертов попытка доказать свою правоту в этих спорах.

Российское экспертное сообщество знакомо с современной Абхазией недолго и пока не очень хорошо.

И главное разочарование российских политиков и экспертов в том, что для Абхазии союз с Россией — прагматичная политическая сделка по формуле «безопасность в обмен на лояльность». В Москве ожидали «духовного союза» с клятвами о дружбе в веках.

На практике это выражено удивлением, что Абхазия ни сейчас, ни когда-либо потом не собирается вступать в состав России.

Ожиданиям московских политиков намного больше соответствует формат отношений с Южной Осетией.

Пока Абхазия была не признана Россией, никто особо не разбирался в том, как относятся в Абхазии к России. А признание побудило российских экспертов думать, что это первый шаг к вступлению республики в состав России.

На самом деле, за годы непризнанности идеология абхазского общества изменилась. Идей интеграции в рамках одного государства ни с соседями с юга, ни с соседями с севера, нет.

После признания Абхазия сильно сблизилась с Россией экономически и политически, но еще больше отдалилась как социально-культурное пространство.

Константин Затулин, директор Института стран СНГ всегда в числе организаторов мероприятий, подобных этой, сентябрьской конференции. Но на прошлой конференции их спор с историком Станиславом Лакоба перерос в перепалку. Тезис о «добровольности» вхождения Абхазии в состав Российской империи в 1810 году не поддерживается абхазскими учеными. Фактической интеграции Абхазии предшествовали более полувека войны и депортация десятков тысяч абхазов в Турцию.
В Абхазии нет исторической обиды на Россию, но историк и политик Станислав Лакоба, автор учебника по истории Абхазии, предлагает называть вещи своими именами.

Российские эксперты предлагают поставить историю в зависимость от политической конъюнктуры. В Абхазии с таким подходом не согласны.

Возможно поэтому, конференция 27 сентября прошла без аншлага абхазских ученых. Они не всегда политкорректны. И в прошлый раз назревавший скандал пришлось предотвращать российскому послу в Абхазии Семену Григорьеву.

Прикладные вопросы сегодняшних реалий на первом месте в повестке дня экспертного сообщества. Список претензий к Абхазии, которые сформулированы российскими экспертами, пока не очень большой. В основном, это вроде сугубо внутренняя проблема жилищного мошенничества. О ней никто бы не знал, если бы жертвами квартирной мафии не становились почти исключительно этнические русские.

Марина Перевозкина, журналист «Московского комсомольца», опубликовавшая серию статей по этой теме, в Абхазии теперь знаменита. Благодаря ее статьям, группа пострадавших обратилась с иском в суд на МИД России, который, по мнению истцов, не приложил достаточных усилий для защиты граждан России в Абхазии.

Другие противоречия касаются взаимодействия Москвы и Сухума в оборонной и правоохранительной сферах. Они не публичны и известны только узкому кругу экспертов, имеющих источники в этих структурах.

Российские жалобы в адрес Абхазии правомочны. Но с этим ничего нельзя поделать, пока в Абхазии малоэффективное управление, чрезмерная коррупция и клановость.

Годы изоляции помогли сформироваться в Абхазии новой идеологии, но законсервировали технологии управления и культуру власти на уровне 1990 года.

К тому же за годы блокады местная властная вертикаль отучилась контактировать с внешним миром и не ожидала, что с признанием все ее проблемы окажутся как на открытой ладони.

Поэтому корреспондент «Московского комсомольца» Марина Перевозкина в целом права.

Но «феномен Епифанцева», — другого автора «разгромных» статей об Абхазии в национализме.

Абхазской «осью зла» для этой категории экспертов и журналистов является нежелание Абхазии инкорпорироваться в Россию. В ином случае они бы простили все: «распил» российских денег, ущемление прав этнических русских и многое другое.

Российские эксперты и журналисты не стесняются публично формулировать свои претензии к Абхазии. Возможно, кто-то из них и выражает точку зрения российских властей на эти проблемы.

Но вопросы есть и в обратном направлении. Однако сухумские эксперты излишне скромны. Обсуждение пока не выходит за рамки абхазской прессы. Впрочем, это дело времени.

Сколько стоят услуги России за признание и безопасность от Грузии?

Ограничится ли эта плата гарантиями сохранить пророссийскую направленность, или эта цена выше и включает и экономические преференции?

Например, приход в Абхазию компании Роснефть, планы по передаче Абхазской железной дороги РЖД и т.д.

Приход в Абхазию крупных российских компаний однозначно сокращает поле для развития национального бизнеса, а небезупречные соглашения в сфере обороны делают непонятными некоторые функции собственной системы безопасности.

Вероятно, в сухумских коридорах власти знают ответы на вопросы о цене признания. Но не спешат поделиться с обществом. Если местная политическая среда не сможет получить ответов на месте, то она будет задавать их в Москве.

Абхазии предстоит не выбрать ни одно из двух зол: Нельзя допустить российских чиновников и экспертов к «наведению порядка», ибо российская традиция управления и взаимодействия общества с властью не имеет ничего общего с намного более демократичными правилами игры в Абхазии.

С другой стороны, опасно закрыться от требований России ростом антироссийских настроений.

Выход у Абхазии один – нормальные, динамичные реформы, основанные на собственной традиции. У страны есть положительный опыт таких реформ. Просто о нем забыли с тех пор как появились российские деньги.

Фото — mk.ru

Антон Кривенюк, специально для Caucasus Times

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *