На смену ушедшим амирам

podpolie

НАЛЬЧИК, 19 декабря, Caucasus Times.Сегодня об «Имарате Кавказ» в Кабардино-Балкарии напоминают лишь расклеенные в общественных местах фотографии, разыскиваемых «джихадистов», которые влились в ряды ИГИЛ или же были убиты в многочисленных спецоперациях. Вооружённое подполье в республике наконец иссякло. Победа над местной ячейкой Имарата Кавказа досталась республике ценой тысяч жизней молодых мусульман и полицейских.

По данным открытой энциклопедии «Википедия», в период с 2009 по 2015 год в результате вооруженного противостояния силовых структур и исламских боевиков, погибло более 3300 человек. Наибольшее число убитых в Кабардино-Балкарии было зафиксировано в 2005-м году, когда вооруженные люди осуществили попытку насильственного захвата зданий силовых структур в Нальчике. Именно это событие и стало рубиконом в жизни республики, после которого жизнь уже не могла стать прежней.

Точных данных об убитых за весь период с 2005 по 2016 год нет. Сравнительный анализ данных, озвученных разными силовыми ведомствами позволяет сделать вывод о том, что со дня нападения на Нальчик число убитых мусульман и сотрудников силовых органов идет на тысячи - внушительная цифра для малочисленной республики, где титульный этнос кабардинцы (черкесы) составляют чуть более 500 тысяч человек.

Нападение мусульманской молодежи на Нальчик заставило переосмыслить многое. Если до того исламские богословы в республике уделяли недостаточно внимания нетрадиционным для республики течениям, что привело к смещению религиозных постулатов ДУМ в сторону салафизма, теперь на них была возложена работа по борьбе с новомодными радикальными идеями. Теперь они вынуждены находиться в авангарде идеологической борьбы против вахаббизма, хоть и проскальзывают попытки поддаться искушению и выхолостить из похоронных и свадебных ритуалов все этнические компоненты.

Кавказские ячейки всемирного джихадистского движения, пользуясь принципами смещения «Окна Овертона», обозначили свою позицию как крайне радикальную салафитскую, с агрессивной нетерпимостью ко всем этническим компонентам в быту, ко всему российскому и западному. Это крыло, защищаемое вооруженным подпольем, стремилось внедрить в общество такую форму Ислама, которая была бы максимально близка саудовской идеологии.

Однако, адыгское общество также пришло к осознанию того, что необходимо уделять больше внимания воспитанию в духе этнической культуры и традиций. Ведь так называемый «традиционный ислам» для КБР это некий синкретизм этнической культуры и мягкой формы Ислама ханафитского мазхаба.

Черкесское национальное движение, можно сказать, выпустило метастазы, противящиеся арабской ассимиляции, и потянули «Окно Овертона» в другую сторону, призвав полностью отказываться от Ислама и переходить на старинную этническую религию с верой в единого бога Тхьэшхуэ, чьей религией, по сути и является этнический морально-нравственный кодекс черкесов «АдыгэХабзэ». Стали популяризироваться старинные праздники, национальная символика, традиции вплоть до формы приветствия.

Ирина Костерина, социолог фонда имени Генриха Бёлля, участвовавшая в широком исследовании процессов на Северном Кавказе, в своем интервью изданию TheVillage отметила: «Ислам пришел в Кабардино-Балкарию сразу в радикальной версии, и очень много молодых людей стали уходить в леса и быстро погибать. Но, что интересно, молодежь пытается противостоять радикальному исламу именно с помощью проявления национальной идентичности: давайте вспомним наши корни, давайте вспомним, кто мы. И люди вспоминают, что у них есть национальные костюмы, национальные танцы. Это очень интересно: в трех республиках — Чечне, Ингушетии и Дагестане — идет уход от национального к исламу, а в Кабардино-Балкарии — попытка, наоборот, противостоять радикальному исламу через национальные идеи».

Это подтверждается и тем, что черкесское национальное движение в нынешней своей форме в КБР начало развиваться именно с начала 2006 года. Как отмечает общественный активист К., он своими глазами видел бои в Нальчике 13 октября, и это настолько сильно его потрясло, что он осознал опасность того, куда движется общество в идеологическом плане.

«Нападение на Нальчик показало, что наш народ утратил духовные ориентиры, и теперь различные группировки строят свою категориальную матрицу на основе чего-то своего, а общество оказывается разорванным, не имеющим общей системы ценностей и ориентиров», - говорит он.

При этом, нельзя утверждать, что национальный вопрос противостоит религиозному. По мнению собеседника Caucasus Times, духовная основа народа состоит не только из религиозного компонента, и уж точно не из салафитской формы Ислама. «Оружие брали и направляли против своих соплеменников главным образом те, в чьих семьях совсем забыли национальную культуру, где не воспитывали в духе Хабзэ. Базисом духовного стержня черкесов является АдыгэХабзэ (этикет), и восстановив его, мы восстановим единую систему ориентиров. Тогда черкес не будет стрелять в другого черкеса, полицейский не будет пытать и убивать мусульманина только за ношение бороды, а мусульманин не будет видеть врагов в полицейских только из-за формы», - говорит он.

Перетягивание «идеологического каната» дало свои результаты. В настоящий момент существенно снизилось число так называемых «сочувствующих», видящих некую романтику в идее халифата. Большую роль в этом сыграл и ИГИЛ, который провозгласив себя халифатом, в буквальном смысле дискредитировал эту идею. Оставшиеся после «Имарата» боевики перебрались в Сирию. ИГИЛ, будто губка, впитал в себя всех, кто придерживался идеи джихада и халифата.

К 2016 году столкновения, нападения на силовиков и спецоперации практически сошли на нет. Вспомнить можно лишь нападение на сотрудников ГАИ в городе Прохладном. Нападвашие были жителями Баксанского района. Трудно предположить, что заставило молодых людей, старшему из которых было 24 года, совершить убийство сотрудников ГИБДД. Спустя буквально несколько дней, силовики отрапортовали, что нападавшие были ликвидированы. В СМИ прошла информация о том, что их лидер Кауфов Мурат ранее пытался попасть в Сирию, но был задержан при пересечении российско-грузинской границы и возвращен обратно. На практике, силовики чаще выпускают тех, кто задумал воевать на стороне ИГИЛ. Потому число выехавших в Сирию жителей КБР перевалило за 100. И как так получилось, что состоящий на профучете Кауфов смог создать целую бандгруппу, вооружить их и совершить дерзкое преступление?

Теперь в Кабардино-Балкарии наступила эпоха профилактики терроризма и экстремизма. Ее суть заключается в выявлении пособников террористического подполья. При этом, стоит отметить, что борьба с пособниками ведется задним числом, за события, которые уже канули в прошлое, а само подолье разгромлено. За два с небольшим года в целях профилактики терроризма и экстремизма силовые ведомства, среди которых Центр по противодействию экстремизму (ЦПЭ) при МВД республики, такой же, но уже региональный центр при СКФО, ФСБ, а также районные оперативные штабы Следственного комитета, возбудили десятки уголовных дел по статьям «пособничество террористической деятельности», «разжигание ненависти и вражды», «экстремизм». Многие из этих уголовных дел сфабрикованы, в том числе по признательным показаниям, полученным под пытками от самих обвиняемых или по показаниям уже убитых боевиков, либо по данным скрытых свидетелей, о которых известно только самим силовикам. Десятки человек, осуждённых по сфабрикованным ими делам, уже отбывают наказания в местах лишения свободы, так как суды в отношении этих людей проходят стремительно, без присяжных и в закрытом режиме.

Ярким тому примером служит дело жителя Кабардино-Балкарии Аттоева Мурата, похищенного силовиками 22 ноября. «Меня завели в какое-то офисное помещение посадили на колени толкнули, и я упал лицом вниз. Меня стали допрашивать, показывать фотографии, называть фамилии.

Когда я сказал, что их не знаю, они сняли наручники, обвязали руки и ноги скотчем. Затем поставили стул на спину так, чтобы ножки стула стояли на полу для того, чтобы ограничить мои движения. Далее надели на пальцы рук провода, так как руки из-за наручников отекли не могу точно сказать к какому пальцу прикрепили провода. Затем взяли полотенце и ею затыкали мне рот когда я кричал от боли, в ходе пыток электрическим током. Все это продолжалось не менее 3-х часов. Во время пыток с меня требовали показать место, где закопали оружие. Я ответил - не знаю. Затем один из сотрудников сказал "сейчас узнаешь" и начали бить током. Я согласился оговорить себя в преступлениях, которых не совершал и готов подписать любые документы. Я опасался за свою жизнь - с детства болею рядом тяжелых заболеваний, одной из которых киста головного мозга. Я больше не мог терпеть боли и пообещал, что выполню все их требования.

За последние три года в Кабардино-Балкарии арестованы по обвинениям в пособничестве боевикам до 200 человек, лишь единицы приговорены к условному наказанию, остальные получили длительные сроки заключения (от 5 до 14 лет тюрьмы). Совсем недавно НАК бравурно отрапортовал о 49 задержанных боевиках, 328 пособниках, «нейтрализации 95 бандитов» с начала года. Озвучивший данные глава ФСБ Бортников отдельно выделил в этой связи Кабардино-Балкарию, поставив ее в один ряд с Дагестаном. «Мне предъявлено обвинение по ст.208 ч.2 УК РФ (Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем), которой я не совершал. К членам НВФ отношусь крайне негативно и никакого отношения к ним не имею. Я готов пройти любую экспертизу, в том числе проверку на полиграфе, чтобы подтвердить свою непричастность к предъявленным мне обвинениям. Я вынужден был оговорить себя в ходе пыток. И это действительно не выносимая боль и страдание», пишет в своем обращении к правозащитникам и руководителям силовых ведомств Аттоев.

У силовиков в Кабардино-Балкарии сегодня появился новый тренд – охота за пособниками и экстремистами. Помнится, как в 2005 году преследования небольшой салафитской общины привело к появлению вооружённого подполья в мирной Кабардино-Балкарии. Вот и сегодня на выявление пособников и привлечении их к ответственности брошены те же силы, которые несут косвенную ответственность за события 2005 года, когда обычные молодые люди, в числе которых были городские парни, напали на город.


В этой связи стоит отметить, что один из нападавших на сотрудников ГИБДД в городе Прохладный - Ахмед Шевхужев является младшим сыном Султана Шевхужева, убитого в июне 2009 года при спецоперации в Нальчике. После убийства отца Ахмеда и его старшего брата Мухамеда забирали в Центр по борьбе с экстремизмом, известном своими «методами допросов».

Инал Карднов, специально для Caucasus Times

Комментарии

Пишет: Откуда:
20.12.2016 10:49:41

Единственное, в чём трудно согласиться с Иналом Кардановым - что в Республике имеются исламские богословы +++Если до того исламские богословы в республике уделяли недостаточно внимания нетрадиционным для республики течениям, что привело к смещению религиозных постулатов ДУМ в сторону салафизма, теперь на них была возложена работа по борьбе с новомодными радикальными идеями.(С) Председатель ДУМ КБР обучался в Пятигорском филиале пропрезидентской академии управления на фак-тн "муниципальное управление" -по инфо на сайте ДУМ. Ему был задан вопрос с чем связан такой выбор муфтия, он ушёл от ответа.Теперь в его справке стоит специалитет:теолог (лингвистический универ того города). Никогда ни на каких конференциях Дзасежев публично не выступает. Какой он богослов тогда? Он слова не может сказать самостоятельно в религиозной политике. Поэтому такой идеологический разброс внутри КБР: танец живота в исполнении кабардинки, и хиджаб на школьницах